Когда Нина копила на их серебряную свадьбу, она не думала, к чему приведут её старания. Уже три года она экономила на всём, откладывала.
«Это для нас», — говорила она себе. — «Для романтики», — добавляла, глядя на мужа, как на того, кто когда-то прислал ей первую открытку с признанием в любви.
До поездки они почти не разговаривали. Утром Лёня смотрел телевизор на кухне, Нина варила кашу и собиралась на работу. Вечером он ужинал, читая новости в телефоне. Потом ложился на диван и смотрел футбол или фильмы. Иногда просто спал.
— Ты совсем замкнулся, — сказала Нина однажды. — Мы же почти не общаемся.
— А о чём нам говорить? — ответил он, не отрываясь от экрана. — Всё одно и то же.
Она знала, что он устал. Ему было тяжело на работе, коллеги сменились, начальник — молодой. Лёня говорил, что не чувствует себя нужным. Она старалась его поддерживать. Готовила его любимые блюда, предлагала сходить в кино или в театр, но он отказывался.
Идея с поездкой была её попыткой вернуть семейное счастье. Сделать что-то хорошее для них обоих. Но он, кажется, просто принял это как должное. Даже не спросил, куда они поедут.
Когда она сообщила ему, что всё забронировано, он сказал:
— Ну ладно. Хоть воздухом подышим.
И всё. Ни радости, ни интереса. Но она всё равно надеялась на то, что все будет хорошо.
И вот, наконец, наступил отпуск!
Они сидели в лобби отеля с шикарным видом, а муж не мог оторваться от телефона. Отправлял фотографии коктейлей, говорил по видео связи.
— День добрый! С приездом. Вы такой спортивный мужчина! Приходите играть в волейбол!
Меланья — так звали эту жизнерадостную девицу в шортах и белоснежной футболке с логотипом курорта.
— Аниматор, — оживился он, — Хорошая! Сразу поняла, что я когда-то занимался!
— Видел бы ты себя со стороны, Лёнь, — не выдержала Нина, отпивая из бокала с апельсиновым соком. — Глаза навыкате, изо рта чуть слюна не капает. Как будто всю жизнь анимации тебе не хватало.
— Ну ты даёшь, — отмахнулся он. — Мы, вообще-то, отдыхать приехали. Я веселюсь. Или мне по уставу надо скучать с тобой у бассейна?
Он был в отпуске. В отпуске от всего: от быта. От неё.
Нина вглядывалась в его лицо — слегка загорелое, напряжённое, с этими морщинами, что теперь тянулись не только от глаз, но и от углов рта. Муж старел — упрямо, некрасиво. И вместо того чтобы цепляться за то, что у них осталось, он рванул в сторону бесшабашной юности.
В первый день она списала его поведение на новизну. Во второй — на глупость. На третий — серьёзно напряглась.
Он-то возвращался — под утро с пьяной хрипотцой и хихиканьем. Но в остальном — он уже был где-то в других декорациях, где жена не фигурировала ни как партнёр, ни как женщина, ни как просто человек, ради которого стоило бы вернуться в номер раньше и в трезвом виде.
— У тебя когда-то совесть была? Или ты её пропил в бесплатном баре? — спросила Нина, когда он ввалился в номер в пятом часу утра.
— Господи, ты опять начинаешь, — отмахнулся он. — Я же не с бабами по номерам хожу. Мы просто на шоу задержались. Она пригласила. Всё честно.
— Кто — она?
Он пожал плечами. Имя не назвал. Только усмехнулся:
— А ты завидуешь. Страшно быть одной на старости лет, да?
Она смотрела, как он плюхнулся на кровать и громко захрапел. Нина посмотрела на мужа и поняла, что ничего кроме неприязни к нему не чувствует. Ни-че-го!
Прошло ещё два дня. Лёня почти не появлялся в номере днём. Возвращался поздно, под утро. Он говорил, что участвовал в конкурсе, потом «сидели всей командой». Когда жена просила: «Оставайся вечером со мной, давай просто прогуляемся». Он отвечал: «Ну мы же не за этим приехали».
— Мы приехали вдвоём, — сказала она ему как-то вечером. — Я хотела, чтобы мы были вместе. Неужели тебе это неважно?
Он пожал плечами.
— Не начинай. Мы просто отдыхаем по-разному. Сходи на СПА, съезди куда-нибудь. Я отдыхаю по-своему. Не напрягай меня, ладно?
В день годовщины он не пришёл к завтраку. Потом не пришёл к обеду. Телефон был выключен. Нина просидела весь день у бассейна. Потом вернулась в номер.
Вечером она надела платье, которое привезла специально. Белое, простое, чуть выше колена. Она думала, что они пойдут на ужин, как раньше, когда ещё встречались. Мечтала, что он подарит хотя бы цветок. Хоть что-нибудь скажет.
Она уже поела и собиралась уходить, как заявился Леонид. Он пришёл с Меланьей и какой-то весёлой парой. Он был навеселе, громко разговаривал. Увидев Нину, усмехнулся:
— А вот и моя спутница! Старушка, с которой я тут живу! Всё за её счёт, представляете? Ужинаем, отдыхаем, пьем — "олл инклюзив" (все включено)!
Меланья отвела взгляд. Один мужчина из компании неловко кашлянул. Нина встала.
— Ты серьёзно? — спросила она спокойно.
Он засмеялся:
— Ну а что? Я платил за нашу свадьбу! Ты платишь все годовщины!
Его смех был столь неуместен и неприятен, что люди в зале стали оборачиваться.
Нина ничего не ответила. Просто ушла.
В номере она села на кровать. Сняла туфли, посидела в тишине. Потом открыла ноутбук, купила билет на ближайший рейс. Не самый удобный, с пересадкой.
Внизу в баре, она передала ему конверт. В нём была записка: «На память. Удачи. Я ухожу».
Он открыл рот, хотел что-то сказать. Но она уже повернулась и ушла.
В аэропорту было тихо. Люди сидели с чемоданами, пили кофе. Она смотрела в окно. Самолёт готовили к взлёту.
Нина не чувствовала боли. Не было обиды, слёз, паники. Была только усталость. И какое-то странное облегчение. Всё кончилось. Всё ясно.
Нина больше не чувствовала себя обязанной. Не ждала перемен, не надеялась, что он «осознает». Просто хотела вернуться домой.
Когда самолёт поднялся в воздух, она спокойно заснула.
Через неделю он позвонил.
— Ты где?
— Я дома.
— Ты серьёзно бросила меня там? Это вообще нормально?
— А как ты считаешь?
Он замолчал.
— Ты же знала, что это просто курортная фигня. Я же не ушёл навсегда.
— А я — ушла, — сказала она. — Я больше не хочу возвращаться к прошлому. Ты можешь делать что хочешь.
Он вздохнул. Что-то пробормотал. Потом отключил вызов.
Она положила телефон и осознала, что ей действительно легче. Незачем цепляться за то, что давно утратило человеческий облик.
Спасибо за лайки и репосты! Новые истории выходят каждый день. Подпишитесь, чтобы не пропустить!