– Почему тебе нужны деньги на лечение, если у твоего сына новая машина? – удивились родственники.
Вопрос, заданный с таким неприкрытым осуждением, застал Анну Павловну врасплох. Она замерла с чашкой чая в руках и перевела взгляд с племянницы Веры, которая только что озвучила то, о чем, видимо, думали все собравшиеся за столом, на своего брата Виктора. Тот смущенно отвел глаза.
– Семейный совет, значит, – тихо произнесла Анна Павловна. – А я-то думала, что вы просто соскучились.
В комнате повисла тишина. Вера, в отличие от своего отца, не собиралась отступать или смягчать удар.
– Тетя Аня, мы действительно соскучились. Но мы также беспокоимся за тебя. Ты говоришь, что тебе нужны деньги на операцию, при этом Димка разъезжает на новеньком автомобиле. Не кажется ли тебе это странным? Сын должен заботиться о матери в первую очередь.
Анна Павловна поставила чашку на стол и расправила плечи. В свои шестьдесят четыре она сохранила осанку, которой позавидовали бы многие молодые женщины. Учительница начальных классов с сорокалетним стажем, она привыкла держать спину прямо.
– А я должна заботиться о сыне, – спокойно ответила она. – И мне очень неприятно обсуждать с вами наши с Димой отношения.
– Но тетя Аня! – вмешалась сестра Веры, Наташа. – Это же твое здоровье! Ты не можешь ходить на этом колене, оно же совсем разрушено. Врач сказал, что без эндопротезирования ты скоро вообще не сможешь передвигаться. А Дима... Извини, но все знают, что он уже второй год сидит без работы, а машину вдруг купил!
Виктор наконец поднял глаза на сестру.
– Анют, мы же волнуемся. Ты всегда была для него готова на все, а он... – он запнулся, подбирая слова. – Ему, похоже, все равно, что с тобой будет.
Анна Павловна поднялась из-за стола с неожиданной для ее больного колена легкостью. Боль пронзила ногу, но она не подала виду.
– Дорогие мои родственники, – голос ее звучал с той особой, учительской интонацией, от которой даже самые отъявленные хулиганы замолкали. – Я ценю вашу заботу. Но я просила помощи, а не суда над моим сыном. Если вы не можете помочь – так и скажите. Но не смейте судить то, чего не понимаете.
– Анют, – Виктор поднялся следом, – не горячись. Просто это выглядит... неправильно. Нам больно видеть, как ты экономишь на всем, даже на лекарствах, а твой сын позволяет себе такие траты.
– И куда он на ней ездит? – не унималась Вера. – На собеседования, которые почему-то никак не заканчиваются работой?
Анна Павловна молча взяла свою сумку, достала из нее кошелек и положила на стол деньги.
– За чай и пирожные. Очень вкусно, Наташенька, спасибо, – она повернулась к двери.
– Тетя Аня! – воскликнула Наташа. – Ты что? Мы же семья! Какие деньги?
Анна Павловна обернулась:
– Вот именно, Наташа. Мы семья. И именно поэтому я надеялась на вашу поддержку, а не на допрос с пристрастием.
Она вышла из квартиры брата, прикрыв за собой дверь. Уже на лестничной площадке она услышала возмущенный голос Веры:
– Вот как всегда! Чуть что – сразу обижается. А про Димку своего слова плохого не даст сказать!
Анна Павловна медленно спускалась по лестнице, тяжело опираясь на перила. Колено болело все сильнее. На улице моросил мелкий осенний дождь, и она раскрыла зонт, купленный еще в прошлом году – старенький, но крепкий.
«Как и я сама», – подумала Анна Павловна с невеселой улыбкой.
Автобус подошел почти сразу. Она с трудом поднялась по ступенькам, и какой-то молодой человек тут же уступил ей место. Анна Павловна поблагодарила его кивком. Ей было приятно это проявление вежливости, но одновременно немного горько – значит, со стороны уже заметно, что она немощна.
Дорога домой заняла около получаса. Все это время Анна Павловна думала о разговоре с родственниками. Она понимала их недоумение. Со стороны действительно выглядело странно: пожилая учительница на пенсии просит денег на операцию, а ее безработный сын тем временем покупает автомобиль.
«Если бы они знали правду», – подумала Анна Павловна и тут же одернула себя. Нет, они не должны знать. Никто не должен.
Когда она вошла в свою квартиру, из кухни раздался голос сына:
– Мам, это ты? Как прошло?
Дима вышел в прихожую. Высокий, худой, с глубокими морщинами на лбу, хотя ему было всего тридцать семь. В последнее время он сильно осунулся, и под глазами залегли темные круги.
– Все хорошо, – соврала Анна Павловна, разуваясь. – Виктор обещал помочь.
– Правда? – в голосе сына прозвучало недоверие.
– Правда-правда, – улыбнулась она. – А ты чего дома? Не поехал сегодня?
– Поздно уже, – Дима посмотрел на часы. – Клиенты в это время редко бывают. Я ужин разогрел, пойдем.
На кухне он усадил мать за стол и поставил перед ней тарелку с разогретым борщом.
– Мам, я сегодня заработал три тысячи, – сказал он, садясь напротив. – Все тебе отдам. И завтра, надеюсь, будет неплохой день. В пятницу вечером обычно много заказов.
– Оставь себе, Димочка. Тебе нужнее.
– Мама! – он стукнул ладонью по столу. – Мы уже обсуждали это. Я отдаю тебе все, что зарабатываю. Это же на твою операцию.
Анна Павловна не стала спорить. Она знала, что сын все равно положит деньги в ту банку в серванте, куда они откладывали на ее лечение. Знала она и то, что сам он часто остается голодным, экономя каждую копейку.
– Как твое колено? – спросил Дима, внимательно глядя на мать.
– Лучше, – снова соврала она. – Мазь, которую ты купил, помогает.
– Точно? – он не выглядел убежденным. – Может, тебе стоит взять в поликлинике направление в дневной стационар? Хотя бы капельницы поставят, обезболивающие...
– Перестань, – отмахнулась Анна Павловна. – У меня все хорошо. Лучше расскажи, как твои дела на работе?
Дима помрачнел.
– Нормально. Работаю.
– Сложно тебе, – она протянула руку и погладила его по плечу. – Никогда не думала, что мой сын станет таксистом.
– Временно, мам. Это временно.
– Конечно, временно, – согласилась она. – Ты хороший программист. Просто... время сейчас такое. Столько компаний закрылось.
Дима кивнул. После того, как фирма, где он работал, обанкротилась, а новую работу найти не удавалось месяц за месяцем, он решил пойти в такси. Анна Павловна была против – ей казалось унизительным, что ее сын, с высшим образованием и десятилетним опытом работы, будет развозить пассажиров. Но выбора не было.
А потом случилось то, о чем не знали родственники, да и вообще никто, кроме них двоих. В такси Дима познакомился с человеком, который предложил ему работу. Необычную работу. Дима долго колебался, но когда узнал, что колено матери в таком состоянии, что без операции она скоро не сможет ходить вообще, согласился. Операция стоила больших денег, а очередь по квоте могла растянуться на годы. Лечащий врач сказал, что через полгода-год может быть уже поздно.
– Ты думаешь, у нас получится накопить до Нового года? – спросила Анна Павловна, глядя на сына.
– Уверен, – он улыбнулся. – Сейчас хорошо пошло. Да и Виктор обещал помочь, ты же сказала.
Анна Павловна кивнула, хотя знала, что брат не даст ни копейки. Особенно после сегодняшнего разговора.
– Машина-то как? Не барахлит? – спросила она, меняя тему.
– Отлично работает, – оживился Дима. – Расход минимальный, а это для такси главное. И клиенты довольны – чистая, комфортная.
Анна Павловна улыбнулась, глядя на воодушевленное лицо сына. Она помнила, как он переживал, решаясь на покупку автомобиля в кредит. Это было рискованно, но без своей машины в такси много не заработаешь, а арендовать было еще дороже в долгосрочной перспективе. Машину он выбрал самую простую, не новую, но в хорошем состоянии.
То, что родственники считали ее новой, было забавным недоразумением. Машина была просто чистой. Дима всегда был аккуратным человеком, а тут еще и работа требовала содержать автомобиль в идеальном состоянии.
Поужинав, Анна Павловна отправилась в свою комнату. Дима настоял, чтобы она легла отдыхать пораньше – завтра ей предстоял тяжелый день. Несмотря на больное колено, она все еще подрабатывала репетитором, занимаясь с отстающими учениками начальных классов.
Лежа в постели, Анна Павловна думала о том, что сказали сегодня ее родственники. Конечно, они не могли знать всей правды. Не могли знать, что их племянник, помимо работы в такси, делает кое-что еще – то, о чем она узнала случайно, обнаружив на его компьютере странные файлы.
Дима писал программы. Не совсем легальные программы. Системы, которые помогали обходить защиту банковских серверов. Он не занимался взломами сам – просто создавал инструменты для тех, кто этим занимался. Он никогда не говорил матери, сколько ему платят за это, но она видела, как быстро растет сумма в их «банке на операцию».
Когда она узнала об этом, то была в ужасе. Они страшно поссорились. Дима кричал, что это единственный способ быстро заработать деньги на ее лечение, что иначе она останется инвалидом, а она кричала, что лучше быть инвалидом, чем знать, что сын стал преступником из-за нее.
В ту ночь они оба не спали. А утром Дима пришел к ней и пообещал, что это ненадолго. Только чтобы накопить на операцию. Потом он завяжет с этим и будет искать нормальную работу. Анна Павловна не верила, что все будет так просто, но видела в глазах сына такую решимость, что не стала спорить.
«Мой мальчик, что же ты делаешь», – подумала она, засыпая. И последнее, что промелькнуло в ее сознании перед сном – лицо брата, когда он говорил: «Ему, похоже, все равно, что с тобой будет».
Если бы они только знали.
Утром Дима уже не спал, когда Анна Павловна вышла на кухню. Он сидел за ноутбуком, быстро печатая что-то. Увидев мать, он захлопнул крышку.
– Доброе утро, мам! Я кашу сварил и чай заварил.
– Спасибо, сынок. Ты сегодня рано.
– Да, нужно кое-что закончить, – он отвел глаза. – И потом на линию выйти пораньше. Пятница же.
Анна Павловна не стала расспрашивать, что именно он «заканчивает». Меньше знаешь – крепче спишь, как говорится.
После завтрака Дима уехал, а Анна Павловна стала готовиться к занятию с Петей Соловьевым, мальчиком из третьего класса, который никак не мог освоить таблицу умножения. Она расставила на столе карточки с примерами, приготовила цветные карандаши для наглядных объяснений.
Петя пришел в сопровождении мамы, молодой женщины с усталыми глазами. Пока Анна Павловна занималась с мальчиком, его мама сидела в коридоре, листая журнал.
– Петя сегодня молодец, – сказала Анна Павловна после занятия. – Уже почти все примеры на умножение шестерки решает без ошибок.
– Спасибо вам, Анна Павловна, – улыбнулась женщина. – Вы единственная, кто смог найти к нему подход. В школе уже хотели на комиссию отправлять.
Они попрощались, и Анна Павловна, прихрамывая, пошла проводить их до двери. Уже в прихожей Петина мама неожиданно спросила:
– Анна Павловна, а что с вашей ногой? Вы так сильно хромаете.
– Артроз, – махнула рукой Анна Павловна. – Возраст.
– Вам бы к хорошему специалисту...
– Собираюсь, – улыбнулась Анна Павловна. – Вот накоплю денег и пойду.
Петина мама нахмурилась, но ничего не сказала. Попрощавшись еще раз, они ушли.
Анна Павловна вернулась на кухню и села за стол. Колено снова болело. Она достала из шкафчика обезболивающее, запила таблетку водой и посмотрела в окно. На душе было неспокойно.
Дима вернулся поздно вечером, когда она уже легла. Она услышала, как он осторожно ходит по кухне, стараясь не шуметь. Потом скрипнула дверь ее комнаты, и Дима тихо спросил:
– Мам, ты спишь?
– Нет, сынок. Заходи.
Он присел на край ее кровати.
– Как твой день?
– Хорошо, – она улыбнулась в темноте. – Петя Соловьев уже освоил таблицу умножения до шести. Прогресс!
– А у меня тоже хорошие новости, – в голосе Димы звучало волнение. – Я сегодня... заработал много. Очень много.
Анна Павловна похолодела.
– Как это? – тихо спросила она.
– Я закончил программу, – быстро ответил он. – Ту, над которой работал. И получил оплату. Большую. Мам, у нас теперь есть вся сумма на твою операцию! Понимаешь? Вся!
Она молчала, не зная, что сказать.
– Мам, – Дима наклонился ближе, – я завтра позвоню в клинику и запишу тебя. И мы больше не будем ждать, понимаешь? Твое колено скоро перестанет болеть. Ты сможешь ходить нормально!
– Сынок, – наконец произнесла она, – а что если... Что, если тебя поймают?
– Не поймают, – уверенно ответил он. – Я все продумал. И потом, я же обещал – это последний раз. Я больше не буду этим заниматься. Честно.
Анна Павловна протянула руку и погладила его по щеке.
– Хорошо, Димочка. Я верю тебе.
Она действительно хотела верить. Но тревога не отпускала ее.
Утром следующего дня раздался звонок в дверь. Анна Павловна, которая как раз пила чай на кухне, пошла открывать. На пороге стояла Петина мама.
– Анна Павловна, извините за ранний визит, – сказала она. – Можно войти?
– Конечно, проходите, – Анна Павловна пропустила ее в квартиру. – Что-то случилось?
– Нет-нет, – женщина прошла на кухню и села за стол. – Я вот что хотела сказать... Мой муж – хирург. Он специализируется как раз на суставах. И когда я рассказала ему о вас, он... В общем, он готов сделать вам операцию. По себестоимости.
Анна Павловна опешила.
– Но... почему?
– Потому что вы помогаете нашему Пете, – просто ответила женщина. – И потому что я вижу, как вам тяжело. А мой муж может помочь.
Анна Павловна не знала, что сказать. Это было так неожиданно.
– Я... Я не знаю, что сказать.
– Скажите «да», – улыбнулась Петина мама. – Мой муж – очень хороший специалист. И он действительно хочет помочь.
– Я должна подумать, – тихо сказала Анна Павловна. – И поговорить с сыном.
– Конечно, – кивнула женщина. – Вот наш телефон. Позвоните, когда решите.
Она ушла, оставив Анну Павловну в полной растерянности. Когда Дима вернулся домой, она рассказала ему о предложении.
– Это судьба, мам! – воскликнул он. – Нужно соглашаться!
– А как же... деньги, которые ты заработал?
– Мы их отложим, – сказал Дима. – Мало ли что. А операцию сделаешь у мужа Петиной мамы. Если он хороший специалист, то почему нет?
Анна Павловна обняла сына.
– Спасибо тебе, Димочка. За все.
Он обнял ее в ответ, и она почувствовала, как напряжение последних месяцев начинает отпускать его. Может быть, теперь все действительно наладится.
Через неделю раздался звонок. Это был Виктор.
– Анют, ты не обижайся на нас, – начал он без предисловий. – Мы просто волновались. И... в общем, я тут посоветовался с детьми, и мы решили помочь тебе с операцией. Все вместе скинемся. Что скажешь?
Анна Павловна улыбнулась в трубку.
– Спасибо, Витя. Но знаешь, у меня уже все решено. Мне помогают другие люди. Добрые люди.
– Какие еще люди? – удивился брат.
– Родители одного мальчика, с которым я занимаюсь. Его отец – хирург, специалист по суставам. Он сделает мне операцию почти бесплатно.
– Вот это да, – протянул Виктор. – А мы тут думали... В общем, извини нас, Анют. Мы тогда наговорили лишнего.
– Ничего, – спокойно ответила она. – Главное, что вы беспокоились обо мне. Это приятно.
После разговора Анна Павловна долго сидела у окна, глядя на улицу. За стеклом шел снег – первый в этом году. Белые хлопья медленно опускались на землю, покрывая ее чистым, нетронутым покровом.
«Как будто начинается новая жизнь», – подумала Анна Павловна.
В прихожей щелкнул замок – вернулся Дима. Он вошел на кухню, сияя улыбкой.
– Мам, угадай что? Меня пригласили на собеседование! В нормальную компанию, программистом! – он плюхнулся на стул напротив. – Я сегодня подвозил парня, мы разговорились, оказалось – он HR-менеджер в айти-фирме. Увидел, что у меня ноутбук с наклейками, спросил, чем занимаюсь. Я рассказал про свой опыт, а он говорит – приходи на собеседование, у нас как раз нужен человек с твоей специализацией!
– Это же замечательно! – Анна Павловна взяла сына за руку. – Видишь, все налаживается.
Дима кивнул, и его глаза подозрительно заблестели.
– Все будет хорошо, мам. У нас все будет хорошо.
И Анна Павловна поверила. Впервые за долгое время она поверила, что все действительно будет хорошо.
Самые популярные рассказы среди читателей: