— Что ты так улыбаешься? — спросил он настороженно. — Мама же ждет тебя.
— Сам можешь отправляться, — Ирина потянулась в кресле. — А я сегодня никуда не еду.
— Как это не едешь? — Артем отложил газету. — Мы же договаривались.
— Нет. Ты с мамой договорился, а меня даже не спросил.
***
Ирина положила телефон и улыбнулась. После четырех месяцев субботнее утро принадлежало только ей, никаких поездок через полгорода к Валентине, списков дел на весь день, упреков мужа, что мама одна мучается с этим ремонтом. Артем недоверчиво смотрел на жену из-за газеты, словно не понимал, как она посмела сказать нет собственной свекрови.
Четыре месяца назад все началось так невинно. Валентина позвонила с просьбой о помощи, нужно было поклеить обои в гостиной. Совсем немного, сказала она, и Артем сразу согласился за жену.
— Ириша же мастерица, — заявил он тогда, — у нее руки золотые. Справится за выходные.
Но пара дней превратилась в недели, потом в месяцы. Сначала гостиная, кухня, спальня. А сейчас на очереди была уже коридор, и конца этому ремонту не предвиделось.
Каждую субботу в половине седьмого утра Ирина упаковывала валики, кисти и банки с краской в старые пакеты. Час езды на другой конец города, десять часов работы в пыли и духоте, а поздно вечером — обратная дорога домой.
— Ириша, я тут подумала, — встречала ее каждый раз Валентина в домашнем халате, — раз уж ты приехала, может, заодно и потолок подкрасим? А то он такой желтый от старости.
И Ирина кивала, внутренне подсчитывая, сколько выходных уже потратила на чужую квартиру. При таком темпе ремонт затянется еще на год.
— Слушай, может, ты сам на этих выходных поедешь к маме? — пробовала она говорить с мужем за ужином. — Поможешь с тяжелой работой?
— Ириша, ты же знаешь, у меня руки не оттуда растут, — отвечал Артем, даже не поднимая головы от тарелки. — А у тебя руки золотые, мама хвалит.
Ирина вспомнила вчерашние комментарии свекрови:
— Ириша, ты эту стену не так покрасила, видишь разводы? И обои криво наклеила, в углу пузырь торчит. Переделывать придется.
А ведь в детстве отец терпеливо учил ее правильно держать кисть и наносить краску ровными мазками. Тогда это было интересно, а сейчас превратилось в каторгу.
Дома тем временем накопились собственные проблемы. В детской отвалился кусок обоев, кран на кухне капал все сильнее, а в ванной появилась плесень в углу.
— Это подождет, — отмахивался Артем, — сначала маме поможем, потом за свое возьмемся.
А на работе коллеги качали головами сочувственно. Тяжело, конечно, но что поделаешь. Все через это проходили.
В среду Валентина позвонила с новым списком дел: ободрать старые обои в спальне, покрасить батареи, заменить плинтус в коридоре. Муж, даже не посоветовавшись с женой, бодро пообещал:
— Конечно, мам, Ира в субботу приедет. Она все сделает, не переживай.
— Почему ты решаешь за меня? — спросила Ирина, когда Артем положил трубку.
— А что не так? — ответил он с искренним удивлением. — Моя мама помогала твоей матери, когда та болела. Теперь наша очередь.
Ирина вспомнила эту помощь, Валентина три раза приезжала к ее маме. Приносила пирожки, сидела за чаем, расспрашивала о здоровье. Максимум полдня, да и те с удовольствием — поговорить, посплетничать. А не каторжный труд с краской и шпаклевкой каждые выходные.
Она начала вести дневник трат времени и денег. Записывала каждую поездку, покупку материалов, часы работы. Цифры поражали: шестнадцать выходных, по десять часов каждый. Сто шестьдесят часов — это месяц рабочего времени. Плюс материалы на сумму больше двадцати тысяч рублей.
— Если бы Валентина наняла бригаду, — подсчитывала Ирина, — ремонт стоил бы тысяч семьдесят, а закончился бы за неделю.
Подруга Света высказывалась прямо:
— Ира, тебя банально эксплуатируют. Валентина не нищая старушка, у нее пенсия сорок тысяч и куча денег от продажи дачи лежит в банке. Она просто жадная и привыкла, что вокруг нее все прыгают бесплатно.
— Но она же свекровь, — начинала Ирина.
— Родные — это когда все друг другу помогают, — перебивала Света. — А не когда одного человека превращают в бесплатную рабочую силу.
В четверг вечером Валентина снова позвонила Артему с очередным планом:
— Сынок, я тут решила, давай в эти выходные коридор переделаем. Обои уже купила, краску для потолка тоже.
Ирина поняла, что больше не может.
— Нет, — спокойно сказала она, когда муж положил трубку. — Я больше не поеду.
— Как это не поедешь? — Артем не мог поверить.
— Никак. Не поеду. Наймите рабочих.
— Но ведь мы же договаривались! — возмутился он. — У мамы все готово, материалы куплены!
— Мы не договаривались. Вы с Валентиной решили за меня. А я отказываюсь.
Тут Ирина встала и демонстративно прошла в прихожую. Достала из шкафа пакет со строительными инструментами, валики, кисти, шпатели, высыпала все содержимое прямо на пол.
— Все! — громко сказала она, пиная валик ногой. — Хватит! Пусть твоя мама сама красит свои стены! А я увольняюсь с этой бесплатной сверхурочной работы. Не могу больше. Хватит, Тема!
— Ты что творишь? — Артем вскочил с дивана. — Собери немедленно!
— Не буду! — Ирина швырнула в стену малярную кисть. — Четыре месяца я собирала, таскала, работала как ломовая лошадь! Теперь пусть кто хочет, тот и собирает!
Вечером разразилась семейная буря. Артем не мог поверить.
— Ты что? Мама одна, она старая, а ты думаешь только о себе!
— Валентине шестьдесят пять, не девяносто. Она отлично соображает и вполне может нанять рабочих.
— Зачем тратить деньги, когда есть родные?
— А время ничего не стоит? Мои силы не считаются?
— Ты эгоистка! — взорвался Артем. — Забыла, кто тебя кормит и одевает!
— Я работаю наравне с тобой и трачу свою зарплату на материалы для твоей мамы. Кто кого кормит? 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 🔔