А бывает так, что злишься не потому, что другой сделал что-то не так, сильно задел, причинил боль, а потому, что рядом с этим другим у тебя внутри запустился какой-то твой собственный механизм, из-за которого больно.
Например, другой чем-то недоволен. Необязательно даже чем-то, что связано с тобой, чем-то своим. Но внутри тебя живёт связка «другой недоволен — опасность — я должен срочно что-то сделать, чтобы другой был доволен». Вероятно, эта связка появилась когда-то, когда кто-то очень близкий, от которого просто так не отдалиться, будучи чем-то недовольным, становился опасен для тебя. А может не для тебя опасен, а для себя самого, вот только ты без этого другого не выжил бы, потому тебе тоже было страшно. Ты можешь и не помнить, откуда эта связка внутри тебя возникла, но она есть. И есть другой. И он недоволен. А ты должен непременно как-то это изменить. Но ты не можешь. Или даже можешь, но не хочешь. Но должен, должен, должен... Иначе катастрофа. И тогда ты начинаешь на этого другого злиться. Иногда, прям, говоришь даже, что бесит его недовольное лицо. А иногда и не понимаешь, в чём дело. Просто злишься. И от непонимания становится ещё больнее или страшнее, и тогда злишься ещё сильнее.
Или например, ты обнаруживаешь, что нуждаешься в другом, что хочешь больше внимания, хочешь быть ближе. Возможно, даже сближаешься. Казалось бы — всё прекрасно. Но где-то глубоко внутри тебя живёт связка «нуждаться в других нельзя — самые близкие люди всегда и самые опасные». Разумеется, оно возникло не на пустом месте. И ты можешь даже знать, откуда вот это всё. И даже на уровне логики можешь понимать, что вот конкретно этот человек ничем не угрожает, что в случае чего ты можешь уйти или постоять за себя. Но тело помнит всё и его не переубедишь логикой. И тогда тебя изнутри разрывает между желанием приблизиться и ужасом, связанным с приближением. И от этого больно. И хочется либо перестать нуждаться, либо перестать бояться, но поскольку ни то, ни другое невозможно, начинаешь злиться. Злиться на этого другого. За то, что нуждаешься в нём. Хочется или сбежать подальше, или оттолкнуть, или сделать так, чтобы он оттолкнул, или и ему тоже делать больно, чтобы не только тебе больно, или вовсе уничтожить бы его, и тогда больше не будет больно.
Или, допустим, рядом с другим ты становишься очень мягким, сентиментальным, нежным, каким-то таким, каким быть нельзя. Почему нельзя? Всё потому же. Потому что либо на собственном опыте, либо от очень значимых и важных людей усвоил, что все эти телячьи нежности — одно сплошное «фу», что нельзя быть мягкотелым, нужно всегда держать лицо и быть готовым держать удар. Уже и не вспомнить, почему и зачем, но это знание о том, как надо, оно настолько вшито в тебя, что иначе ты и не можешь. А тут этот другой, и ты рядом с ним превращаешься в какую-то мерзкую сопливую размазню. Аж противно. А противно-то из-за него. Не было бы этого другого —не было бы и этого невыносимого отвращения к себе. Бесит, гад такой!
Или другой тебя не ценит. Не так, чтобы тотально, а в каких-нибудь даже мелочах. К примеру, не восторгается твоими блинчиками на завтрак, навыками вождения в непогоду, сохранившейся в памяти сотней сонетов Шекспира, ещё чем-то... А тебе очень нужна положительная обратная связь. Ты без неё, как без воздуха. Как будто перестаёшь существовать. Перестаёшь помнить о том, какой ты. Проваливаешься в едкую и липкую панику, в которой невозможно найти себя. Другой должен постоянно тебя отражать, причём не просто отражать, а так, чтобы тебе это отражение нравилось. И головой, вроде, даже понимаешь, что так нельзя, что есть в этом что-то странное, но не можешь перестать нуждаться в идеальном отражении. И не было бы этого другого — не было бы невыносимости. Это всё из-за него.
А может, ты привык считывать малейшие изменения настроения другого или, постоянно подстраиваться, или всё-всё отдавать другому, даже в ущерб себе, или непременно выглядеть безупречно рядом с другим, или ещё чего. Это не этот конкретный другой требует, это ты когда-то привык к тому, что так надо, что ты должен. Что-то очень важное когда-то зависело от каких-то пунктов в этом списке (или у тебя другой список, свой), возможно, даже выживание зависело. И теперь ты не можешь от себя вот этого всего не требовать. И устаёшь, конечно, выполняя эти требования. И злишься, да.
А есть ещё истории про невыносимую зависть или стыд на фоне другого, про прочие невыносимые состояния, в которых слишком сложно себя выдерживать, и которые актуализируются именно рядом с другим, который при этом может даже ничего в твой адрес и не хотеть, и не делать.
Хорошо, если ты, хотя бы, осознаёшь вот это всё. Сложнее, если нет. Тогда и самому не понятно, как так оно устроено, что одновременно и «хочу быть рядом» и «ненавижу, убил бы», и чтобы справиться, хотя бы, с невыносимостью от непонимания психика предлагает цепляться за формальные поводы, выискивая, что не так с этим другим, что он, такой разэдакий, постоянно делает не так, где он неправ. И находит, разумеется. Потому что в непонимании, без хоть какого-то объяснения причин своего состояния, своей злости, выдерживать её ещё сложнее, а если найти объяснение, то уже только от этого становится легче, вдобавок появляется возможность разрядить внутреннее напряжение через нападение на другого или предъявление ему своей злости. Вот только очень быстро напряжение возвращается, потому что причина была не в том, что ты придумал в качестве объяснения. И так по кругу до тех пор, пока не заметишь, что же такое прячется за злостью.
Онлайн-группа про отношения со злостью.
Ещё почитать по теме: