Как известно, в число орденской символики ранее (а за рубежом в некоторых случаях и сейчас) входили не только знаки ордена, но и специфическое одеяние, которое к XVIII-XIX вв. стало чаще всего носиться лишь на торжественных церемониях. Мы как-то касались этого вопроса на нашем канале в отдельном материале, да и периодически сталкиваемся с орденскими костюмами при атрибуции различных портретов. Сегодня пойдет речь о своеобразной «награде» с не менее своеобразным церемониальным одеянием.
Любителям истории России XIX в. должно быть знакомо имя князя Петра Владимировича Долгорукова (1816-68). Политический эмигрант, активный публицист и обличитель современных ему российских порядков, автор многих статей в «Колоколе» Герцена. С последним он, впрочем, не всегда и не во всем соглашался. Некоторое время Долгоруков даже подозревался в авторстве анонимки, полученной Пушкиным и побудившей его вызвать Дантеса на дуэль, правда, потом было доказано, что рука все-таки не его, да и сам князь «с негодованием» отвергал эти обвинения как клевету.
Так вот, в 1863 г. П.В. Долгоруков в издававшемся им в Париже журнале «Листок» опубликовал следующее сатирическое «сообщение»:
«Из Петербурга пишут, что наше мудрое правительство, по случаю вступления России во второе тысячелетие безурядицы, собирается учредить двое новых орденов, а именно: в награду лицам, известным и своею преданностью самодержавию и своими невысокими умственными способностями, — орден Полосатого Осла; в награду благонамеренным писателям, которые порют дичь в защиту самодержавия, — орден Дичи».
Далее в заметке Долгоруков перечислил «официалов», то есть членов якобы назначенной администрации обоих орденов: канцлер Н. В. Елагин, вице-канцлер Катакази, генерал-адъютанту Огареву якобы поручено разработать орденские одеяния, государственному секретарю В. П. Буткову составить уставы и т. д.
Николай Васильевич Елагин (1817-91) с 1848 г. служил в Санкт-Петербургском цензурном комитете, с 1857 г. - чиновником особых поручений при Главном управлении цензуры. Своими трудами на поприще цензуры он и заслужил «внимание» Долгорукова. Портрета Н.В. Елагина, увы, похоже, не сохранилось.
«Вице-канцлер орденов» Катакази – это, судя по всему, Гавриил Антонович Катакази (1794-67). Гавриил Антонович долго служил по ведомству иностранных дел и в период нахождения посланником при дворе греческого короля Оттона даже выступал за введение в Греции конституции. Поэтому не совсем ясно, чем же он настроил против себя Долгорукова – возможно, в свою бытность сенатором с 1847 г. он перешел на консервативно-реакционные рельсы.
В упомянутой заметке Долгоруков, конечно же, не отказал себе в удовольствии поименовать и вельмож, якобы пожалованных в кавалеры новоучрежденных орденов. Среди кавалеров ордена Полосатого Осла он назвал министра Императорского двора генерал-адъютанта графа В.Ф. Адлерберга, главного начальника III отделения Собственной Е. И. В. канцелярии и шефа Отдельного корпуса жандармов генерала от кавалерии В.А. Долгорукова, главноначальствующего над Почтовым департаментом Ф.И. Прянишникова, фельдмаршала князя А.И. Барятинского.
В силу своеобразного характера П.В. Долгорукова и его репутации недруги у него были не только среди российского «истэблишмента», но и среди оппозиционных эмигрантов, одним из которых он сам являлся. Через некоторое время после публикации князем его заметки про «новоучрежденные в России ордена», в одном эмигрантском издании появился портрет самого Долгорукова в «церемониальном одеянии» ордена Полосатого осла. Подпись под рисунком гласит:
«В журнале «Листок», издаваемом бывшим князем Долгоруковым, он объявляет, что ему пишут из Петербурга, что по случаю вступления России во второе тысячелетие учреждается новый орден Полосатого осла. Он просит составить форму одежды этого ордена. Выполняем его желание».
Что ж, на мой взгляд, получилось, симпатично.
Весь описанный сюжет, безусловно, интересен как пример саркастического взгляда критически настроенного ума XIX в. (точнее даже двух – самого Долгорукова и отреагировавшего на его сатиру художника) на активно бытовавшие в современный ему период геральдическо-символические традиции.
И да – жаль, что упомянутые П.В. Долгоруковы награды в действительности не были учреждены. Им вполне нашлось бы применение не только в XIX в.
Все использованные в материале изображения взяты из открытых источников и по первому требованию правообладателей могут быть удалены.