Морские волны бились о берег, смывая за собой мелкую гальку и песок. Небо было дымчато-голубым и где-то там, на горизонте, сливалось с морем. Да так, что не поймёшь, где заканчивалось море и где начиналось небо... Ульяна, казалось, не слышала шума, не видела толпы отдыхающих, обосновавшихся на берегу и отмокающих в воде. Она видела только море: прекрасное, волнующее, бесконечное... Такое, каким она его запомнила…
"Как жаль, что завтра мне уже нужно уезжать! - грустно подумала Ульяна, - Снова нужно возвращаться в свой серый город, где даже трава уже посерела, выжженная солнцем. Возвращаться в свою серую жизнь, в свой серый облик..." С сожалением Ульяна взглянула на свой ярко-синий сарафан, на соломенную шляпку с синей лентой... Уже через пару дней она сменит этот лёгкий яркий наряд на привычный серый офисный костюм... А ей так не хотелось уезжать назад, прощаясь с морем! Когда-то в детстве, когда она был на море прошлый раз (единственный раз, не считая этого), Ульяна влюбилась в это самое море. Эта любовь была такая огромная, такая настоящая, что через 15 лет стала только сильнее! Тогда Уля бросила монетку, чтобы вернуться назад. Монетка сработала только через 15 лет...
Уля любила море. Его тихий вечерний шёпот, его грозный рёв во время бури, его спокойствие в жаркий полдень... Уля любила море любым! А ещё она любила тех, кто жил у моря: старушек, торгующих фруктами из собственного сада, расположившихся на местном базарчике, вежливых и статных хозяев съёмного жилья, расслабленных вальяжных отдыхающих, подростков, продающих кукурузу прямо на пляже... Здесь, на юге, люди были добрее. Или это Уле так казалось?! Но, так или иначе, Ульяне очень хотелось остаться здесь навсегда...
Тогда, в детстве, когда Уля была на море в первый раз, она мечтала торговать у моря кукурузой или пахлавой: это ведь так здорово - доставлять удовольствие и радость людям! Сейчас Уля работала бухгалтером и никакого удовольствия и радости от своей работы не ощущала...
А с морем, между тем, пора было прощаться...
Уля вдруг вспомнила, с каким трудом ей удалось приехать-таки сюда, на море. От этого стало ещё грустнее…
...- Улька, ты же о море мечтаешь?! - коллега по работе и заодно приятельница Ульяны Света взглянула на девушку, - У меня знакомые едут на выходных по горящей путёвке от нашей местной турфирмы. Туда автобусом, обратно - тоже. Проживание включено... И что-то там совсем не дорого! Тысяч 15... Хочешь, узнаю?! От нашей турфирмы часто бывают горячие туры: скидки почти в половину стоимости. Я в прошлом году так ездила: очень даже ничего…
- Ну, узнай... - протянула Ульяна, хотя и понимала, что у неё вряд ли получится поехать к морю...
- Мам, может, съездим в этом году на море?! - спросила Ульяна у матери, вернувшись домой после работы. Слова Светы прочно засели у неё в голове, и детская мечта снова ожила.
- Какое море, Улька?! - запричитала пожилая женщина, - Я еле-еле хожу со своими больными ногами! А тебе всё море... Лучше деньги откладывай мне на санаторий: мне подлечиться нужно!
- На санаторий ты и сама уже отложила из моей зарплаты, - вздохнула Ульяна, - ты ведь туда каждый год ездишь… А на море можно поехать по горящей путёвке... Мне Светлана предложила... Получается совсем недорого...
- Знаю я твоё "недорого"! - хмыкнула женщина, - Тем более, мне на море нельзя: там солнце сумасшедшее! Сама же знаешь... У меня и так давление скачет!
- Может, я сама тогда съезжу? - робко предложила Ульяна. - Я давно о море мечтаю, ты же знаешь... У меня как раз отпуск через неделю... Сто лет уже нигде не отдыхала…
В принципе, Уля ни разу не отдыхала нигде одна…
- Сама?! На море?! Это ж какие деньжища туда отвезти надо?! Тебе что, делать больше нечего?! На речку, вон, сходи – чем тебе не море?! Та же вода, только пресная… А вообще, пока ты в отпуске будешь, нужно ремонт в моей комнате сделать! Я давно уже обои новые присмотрела. И мебель бы не мешало обновить. Хоть немного... Я кресло-качалку на дачу хочу! Кстати, на даче тоже много чего нужно сделать: прополоть, огурцы собрать и закатать, помидоры удобрить... - начала перечислять Зоя Станиславовна, - Какое море?! Что за блажь?!
Ульяна поняла, что моря ей опять не видать. Как, впрочем, и самого отпуска: только дела да заботы, заранее предусмотренные её матерью... Всё как всегда... Ульяна прожила так 20 лет, поэтому происходящее её совсем не удивило... Но как же хотелось на море!
...Зоя Станиславовна родила Ульяну, что называется, для себя. На тот момент ей было уже 37 лет. Зоя ни разу не была замужем: так и не нашла того идеального мужчину, которому готова была бы отдать руку и сердце. А не идеальные её не впечатляли... Тем более, что в мужском внимании Зоя не нуждалась: она была красивой женщиной, и лет с 20 умело этим пользовалась. По молодости Зоя погуляла, повеселилась, а потом стала любовницей состоятельного мужчины, который практически ни в чём ей не отказывал: и по курортам возил, и драгоценности дарил, и вещи покупал хорошие, и квартиру снимал... Да только, когда Зое перевалило за 30, любовь и внимание к ней её мужчины начали постепенно угасать. Как и его денежные в неё вливания... И оказалось, что, по сути, ничего-то у Зои и нет! Ни машины, ни квартиры, ни мужа богатого! А всё, что есть - это тряпки, которым грош цена - не продавать же их! И драгоценности, которые уйдут разве что по цене лома драгоценных металлов... Сама Зоя нигде ни дня не работала: ходила на фитнес, в бассейн да по магазинам... К реальной жизни Зоя оказалась не готова... Когда её любимый мужчина, который, к слову, был на 20 лет старше её и имел свою фирму, а также жену-ровесницу и 2 детей, сказал Зое, что её время истекло, и он нашёл себе любовницу помоложе, то Зоя попросила "отступные": хоть малюсенькую квартиру в городе. Не даром же она ходила в его любовницах почти 10 лет!
Мужчина раскошелился: решил "уйти красиво". Так Зоя стала хозяйкой собственной жилплощади...
После 30 достойного мужчину оказалось найти не так уж просто. Пришлось Зое даже на работу выйти: нужно же было как-то жить! А платить за неё желающих не было...
Работала Зоя секретаршей у какого-то начальничка на местном молокозаводе. Естественно, с начальником она тоже закрутила. Но тот был прочно женат, и на что-то большее, чем просто служебный роман, Зое рассчитывать не приходилось. Зато мужчина помогал ей деньгами, что было очень кстати при её небольшой зарплате...
Так Зоя прожила до 36 лет. А потом вдруг задумалась о ребёнке. Ведь годы-то идут, часики тикают: если не сейчас - то когда?! Да и пресловутый стакан воды в старости никто не отменял! Сказано - сделано! Забеременела Зоя от своего начальника, а тот чуть не поседел со страху: не собирался он больше становиться отцом! Но Зоя и не требовала от него подобных жертв: она рожала для себя, а он мог бы просто помогать ей с ребёнком "по возможности"...
Беременность проходила тяжело, как и сами роды: Зоя поправилась на 20 килограмм и так уже и не смогла их сбросить. Естественно, о роли любовницы олигарха ей пришлось забыть... К тому же почти всю беременность женщина провела в стационаре: то давление, то отёки, то угроза прерывания… Родила Зоя через экстренное кесарево сечение: внезапно произошла отслойка плаценты. Ребёнок родился слабым и болезненным. Девочка плохо спала по ночам, почти не ела и, соответственно, плохо набирала вес, была беспокойной. Пока малышке Ульяне исполнился год, Зоя уже сто раз пожалела о том, что её родила...
... Ульяна росла с чувством вины, которое мать настойчиво прививала ей с детства. Это ведь дочь была виновата в том, что мама поправилась и утратила былую красоту. Это с её рождением мама приобрела кучу болячек, от которых придётся страдать ей всю оставшуюся жизнь. Это из-за неё им приходиться ютиться вдвоём в крошечной однокомнатной квартире. Это из-за Ульяны мать не смогла построить успешную карьеру и удачно выйти замуж... Всё, что в жизни Зои не сбылось, произошло из-за Ульяны! Мать не забывала напоминать об этом дочери постоянно. И уже совсем скоро Ульяна была уверена в том, что именно она – источник всех бед своей матери, что Зоя пошла ради её рождения на ужасные муки и пожертвовала своей красотой и молодостью. Да что там молодостью: всю жизнь она положила к ногам дочери! Поэтому Зоя должна была ей быть благодарна по гроб жизни…
Ульяна всячески пыталась искупить свою вину. Сначала - наивно, по-детски: делилась с матерью конфетами, которыми её угощали, делала всю домашнюю работу, чтобы мамочка могла отдохнуть, слушалась Зою беспрекословно, покупала ей мороженное и шоколадки за свои сэкономленные деньги... Потом, когда подросла и смогла подрабатывать, - отдавала матери все заработанные деньги, никогда не требуя того, что требовали от родителей её одноклассницы. Не было у Ульяны ни красивых модных вещей - только те, что матери отдавали её подруги и знакомые после своих детей. Не было у неё и нового телефона - она пользовалась старым телефоном матери. А себе Зоя купила новый... Не ездила Ульяна на море - только на дачу, помогать матери, на всё лето: родители Зои умерли, и их домик в селе служил Зое и Ульяне дачей…
Мать заботилась об Ульяне ровно настолько, насколько это было необходимо. Ничего лишнего, как говорится. У Ульяны была школьная форма, которую Зоя покупала ей на несколько лет – «на вырост» и домашние вещи, которые отдавали им соседи и родственники. Никаких супермодных вещей, которыми хвастались её подруги и одноклассницы: лишняя трата денег, как говорила Зоя. Зоя готовила, конечно, супы и каши дочери, покупала какие-то фрукты и овощи. Но шоколадные конфеты, например, она покупала исключительно для себя, как и дорогую сырокопчёную колбасу, и красную рыбу, и морепродукты… «Ребёнку всё равно это вредно! – говорила она знакомым, - Все необходимые витамины и микроэлементы она получает!» И, вроде бы, нельзя сказать, чтобы Зоя была не права, но её отношение к дочери нельзя было назвать нормальным…
Только один раз побывала девочка на море: когда ей было 7 лет. Зое путёвка досталась бесплатно - от работы. Ездили мать и дочь в Крым на 10 дней. Этого Ульяне хватило, чтобы навсегда влюбиться в море... И пусть Зоя даже на отдыхе не расщедрилась на аттракционы или вкусняшки для дочери: Ульяне было достаточно моря. Она купалась, загорала, любовалась прибоем, наслаждалась каждой минутой, проведённой здесь, у моря. И очень не хотела уезжать…
Море навсегда осталось в её душе. Оно манило её к себе длинными зимними ночами, когда Уля не могла уснуть. Звало её, когда она пропалывала грядки на даче. Влекло, когда по дороге домой Улины каблуки вязли в раскалённом асфальте…
- Какое море?! – хмыкнула Зоя, когда однажды Ульяна попросила мать поехать на отдых, - Ты знаешь, как это дорого?! У нас нет лишних денег! И так с копейки на копейку перебиваемся!
Хотя со стороны этого и не скажешь: Зоя всегда была хорошо одета, с модной укладкой, с маникюром и макияжем. На себя женщина денег не жалела…
- Мам, а если всего на несколько дней?! – не сдавалась Ульяна, - Есть же какие-то уценённые путёвки… Танька с родителями каждый год ездит на море!
- У Таньки родители богатые! И отец у неё в ГАИ работает. А твой отец тебя и знать не хочет! Я уж не говорю о какой-то там помощи… Вот вырастешь, на работу устроишься – и повезёшь меня к морю! – хмыкнула Зоя.
Ульяна поняла, что мать ей не переубедить. Та ездила отдыхать только за чужой счёт…
…Ульяне пришлось поступать в училище: мать, всё просчитав, решила, что учить её дальше невыгодно:
- Поступишь после 9 класса, а через 3-4 года уже работать пойдёшь! Будешь мне финансово помогать. Сначала родители вкладывают в детей, а потом приходит время детям отдавать долги…
Об этих «долгах» и обязанностях детей перед родителями Зоя готова была говорить вечно… И это были не просто слова…
Отучившись, Ульяна устроилась бухгалтером в одну небольшую компанию. Зарплата у неё была не слишком высокая, но ведь и опыта не было! Хотя, если честно, Ульяне никогда не нравилась эта профессия. Уля считала её скучной и нудной. Но мать не оставила ей выбора: Ульяна хорошо знала математику, поэтому и выбрала для неё Зоя именно эту специальность. Хотя сама девочка с большим удовольствием отучилась бы на учителя математики или просто пошла бы работать продавцом.
- Продавцом – это бесперспективно! – заявила Зоя, - А бухгалтер – это востребованная и высокооплачиваемая профессия! Ульяна ненавидела свою работу. Ненавидела каждый день, когда нужно было идти в опостылевший офис. Тем более, в её жизни всё равно ничего не изменилось: Уля по-прежнему ютилась с матерью в тесной квартире, но уже двухкомнатной. Зоя Станиславовна обменяла на неё с доплатой свою однушку. Комната Ульяны была скромной и аккуратной. Девушка сама готовила, убиралась, делала покупки. Деньги она отдавала матери, и та выдавала ей определённые суммы на бытовые нужды. Девушка даже новую вещь себе купить не могла без согласования с матерью! А ты обычно очень не хотя давала Ульяне деньги, хоть и были они, собственно говоря, Ульянины! О модных вещах девушке приходилось только мечтать: мать была прижимиста на деньги. У Ули и подруг-то, можно сказать, не было: мать не одобряла близких доверительных отношений с кем-то, кроме неё. «Лучшая подружка – это твоя подушка! – говорила она всегда, - Никому нельзя доверять! Потом твои же слова будут использованы против тебя! Если хочешь с кем-то поделиться сокровенным – поделись со мной!» Да и некогда было Ульяне дружить из-за нескончаемых домашних обязанностей… А из матери подруга была не очень…О парнях и говорить было нечего: Уля ни с кем ещё не встречалась за свои 20 с хвостиком лет. Когда-то, лет в 16-ть, она влюбилась и даже сходила с парнем на свидание. А потом об этом узнала её мать… Сколько всего выслушала тогда Ульяна! И о том, что она глупая девчонка и неблагодарная дочь, и о том, что мать её с нагулянным ребёнком и на порог не пустит, и о том, что сначала надо отучиться, а потом жениться… Мать заявила, что поговорит сама и с парнем дочери и с его родителями, что не позволит ей испортить своё будущее… Какое будущее и как его можно было ещё более испортить, Ульяна так и не поняла
В её жизни наступил какой-то день сурка: бесконечное одно и то же. Нелюбимая работа. Вечные жалобы матери. Уборка, готовка – всё под те же причитания Зои Станиславовны: её перевели работать в архив, а там «и поговорить не с кем»… Дача на выходных. Мечты о море по ночам…
...- Улька, ты же о море мечтаешь?! - коллега по работе и заодно приятельница Ульяны Света взглянула на девушку, - У меня знакомые едут на выходных по горящей путёвке от нашей местной турфирмы. Туда автобусом, обратно - тоже. Проживание включено... И что-то там совсем не дорого! Тысяч 15... Хочешь, узнаю?! От нашей турфирмы часто бывают горячие туры: скидки почти в половину стоимости. Я в прошлом году так ездила: очень даже ничего…
- Свет, я поеду на море! Я всё решила! – Ульяна смотрела на подругу, - Одна поеду! Я вчера с зарплаты уже купальник себе купила и шляпку соломенную! Такую классную: с синей ленточкой!
- Ой, а у меня сарафан новый есть! Я себе заказывала, а он маловат оказался… Классный такой… Ты же худее, чем я: тебе он идеально подойдёт! Как раз к твоей шляпке…
…- Я запрещаю тебе даже думать о море! Ты слышишь меня?! Запрещаю! – повысила голос Зоя Станиславовна, - Придумала! Деньги попусту тратить! Я ради тебя всю жизнь экономлю! Еле-еле квартиру на большую разменяла, ремонт нужно по новой делать, мне в санаторий ехать… А ей – море!
- Мам, ты же сама знаешь: деньги тебе на санаторий уже отложены! Ты же сама у меня каждую зарплату забираешь! Я раз в жизни решила что-то сделать для себя! А ремонт твой и дача никуда не денутся…
- Ты смерти моей хочешь! – Зоя Станиславовна схватилась за сердце – это была её последняя уловка, к которой она прибегала в критических ситуациях, - Неблагодарная!
- Хватит, мам! Я всё равно поеду на море! – твёрдо проговорила Ульяна...
…Морские волны бились о берег, смывая за собой мелкую гальку и песок. Небо было дымчато-голубым и где-то там, на горизонте, сливалось с морем. Да так, что не поймёшь, где заканчивалось море и где начиналось небо... Ульяна, казалось, не слышала шума, не видела толпы отдыхающих, обосновавшихся на берегу и отмокающих в воде. Она видела только море: прекрасное, волнующее, бесконечное... Такое, каким она его запомнила…
Как же не хотелось уезжать! Как же не хотелось возвращаться в свой день сурка! А впрочем… Что она теряет-то?! Ульяна вдруг беззаботно рассмеялась. Ведь жизнь только начинается!..
…- Мам, я не приеду! – проговорила Ульяна в телефонную трубку, - Я остаюсь здесь, в Крыму!
- Что?! Что ты сказала?! Где остаёшься?! Ты смерти моей хочешь?! А как же я?! – причитала Зоя Станиславовна.
- С тобой будет всё хорошо! Ты ещё совсем не старая! Я буду помогать тебе деньгами. Ты работаешь… Да и сбережения у тебя есть… - проговорила Ульяна.
Ульяна знала, что те деньги, которые присылал её биологический отец в качестве алиментов, Зоя Станиславовна откладывала себе на отдельный банковский счёт.
- А помогать мне кто будет?! Как же дача?! – не сдавалась Зоя Станиславовна.
- Так брось ты эту дачу, если не справляешься! – хмыкнула Ульяна, - Сколько тебе одной надо?! Мы ведь практически всё продавали! И клубнику, над которой я всё лето буквой «зю» простаиваю, и малину, после которой у меня все руки исколоты, и смородину, после сбора которой спины не чувствуешь… Огурцы, помидоры, перец – всё на продажу…
- Конечно, лишняя копейка никому не повредит! – фыркнула Зоя Станиславовна.
- Вот и трать теперь эти деньги! А мне дай пожить так, как я хочу! – проговорила Ульяна.
- Как?! Как ты там будешь жить?! На съёмной квартире?! Работать где будешь?! На морях жизнь не дешёвая! – кричала мать на Ульяну.
- Ты не волнуйся: я не пропаду! – вздохнула Уля. Жильё она уже нашла: сняла комнату у старушки по цене достаточно адекватной: не для отдыхающих. Работу пока по специальности не искала: устроилась официанткой в детское кафе на пляже. Весело и по душе… А там, дальше, жизнь покажет… Главное, что Уле, наконец, удалось прервать этот вечный день сурка. А ещё – море… Море, которым она теперь могла любоваться каждую минуту, море, которое изменило её жизнь…
Ирина Б.