Исканян Жорж
Кстати, о делегациях. В первый же день работы авиасалона в каждом "шале" представительств стран с соответствующим флагом на столике, лежали брошюрки с поименным списком фамилий и должностей всех членов делегаций. Страны располагались по алфавиту. Мне стало интересно, сколько сотрудников и обслуживающего персонала, а также непосредственных участников авиашоу привезла каждая страна. Итак:
Англия - 14 человек;
Франция - 17 человек;
США - 36 человек;
Россия - 139 человек.
В нашем списке львиная доля прилетевших была просто халявщиками, присосавшихся, как пиявки к здоровому телу с целью урвать чего-нибудь для себя.
Тут были и ФСБэшники, и начальство с различных авиазаводов, военное начальство со своими любовницами, которые были записаны, как медработницы и медсестры. Жалко жены этих начальников не догадывались, что это за медсанчасть такая, а то бы разогнали весь этот вертеп еще при вылете.
У генерала, руководителя нашей экспедиции, была проверенная неоднократно в подобного рода мероприятиях, персональная любовница со стажем. Она командовала всем женским персоналом и пыталась даже командовать и мужским, но это у неё не всегда получалось.
"Шале" представляли из себя небольшие двухэтажные коттеджи с большими открытыми террасами на каждом этаже, на которых были столы и стулья, чтобы номинальные хозяева могли в комфортных условиях, вместе с гостями, наблюдать авиашоу. Внутри закрытых помещений имелась большая гостиная с диванами и креслами, а на втором этаже комната переговоров. Имелась так же и небольшая кухня с множеством полок и шкафов, а также с большим холодильником, СВЧ печкой и электрической плитой. Около каждого "шале" организаторы установили вместительные холодильники с прозрачными дверцами, в которые, каждое утро, загружали битком прохладительные напитки и кондитерские изделия. Это был расходный материал для каждой делегации.
Но когда мы с Лешей пришли на родную территорию и попросили у наших жриц медицины по банке холодной Кока-колы, те, потупив взгляд, достали трехлитровую банку кипяченой воды и налили нам два стакана, как волонтеры в Африке выделяют каждому страждущему негру по 150 грамм живительной влаги.
Я специально обошел коттедж сбоку, чтобы самому достать холодный напиток, из холодильника, но с удивлением обнаружил, что он пуст.
Буквально на следующий день наш экипаж заставили нести дежурство по ночам в этом помещении на аэродроме, причем, от дежурства освобождались: командир и штурман (командиром был Чумак, а штурманом Жирнов).
Первым на дежурство пошел я, т. е. идти мне никуда не пришлось, а я просто остался после окончания рабочего дня авиасалона.
Жрицы вместе со своей "мамкой" долго меня инструктировали, чтобы я никуда не ходил, особенно на второй этаж, мол там бланки договоров и контрактов, а они очень дорогие и подотчетные. В общем, если что пропадет, то отвечать буду я, поэтому лучший вариант, это сразу лечь спать и караулить, бдить...(во сне).
Я, конечно, делал вид, что все понял, мол не дурак, и что ноги моей там не будет, хотя с нетерпением ждал, когда, наконец, эти дамы, с неблагополучной социальной ответственностью, смотаются в отель, чтобы лично проверить, с чего это они так дружно и эмоционально уговаривали меня никуда не ходить и никуда не заглядывать. Наконец они уехали и я, включив телевизор, стал ждать, когда стемнеет. Стало смеркаться. Послышались чьи-то голоса. Они становились все ближе и скоро, около открытой террасы моего охраняемого объекта, появились два полицейских с собаками на поводках. Увидев меня, они замолчали и с нескрываемым удивлением, словно увидели инопланетянина или снежного человека, медленно прошли мимо, продолжая оглядываться. Мне показалось, что лишь после того, как они увидели наш флаг, им все стало ясно. От русских можно ожидать чего угодно, даже этого одного, на весь выставочный комплекс, чудака с безумными глазами. Когда охранники ушли, мне стало даже стыдно за нашу страну. Я видел, как на меня смотрели полицейские - как на идиота! Волна обиды и злости ударила в голову. Почему они так настаивали о дежурстве в "шале", чего они боялись?
Ну что же, посмотрим, какие бланки и контракты вы прячете на втором этаже... Поднявшись по лестнице наверх, я очутился в комнате переговоров, но там ничего интересного не было. Тогда, через вторую дверь, я прошел в подсобное помещение, приспособленное для кухни. Оно было довольно большим. С одной стороны, вдоль всей стенки, стоял длинный широкий стол. Над ним висели шкафы с застекленными дверцами. В них находилась различная посуда - от тарелок, до чайных чашек и рюмок с фужерами. Напротив, у противоположной стены, стоял стол поменьше. На нем располагались СВЧ печь и электрочайник. Рядом с этим столом стоял большой холодильник. К моему сожалению, в нем ничего интересного и съестного не нашлось. Складывалось такое впечатление, что всю еду и вообще все съестное заранее забрали или убрали, зная, что здесь будет кто-то посторонний.
Между тем у меня разыгрался нешуточный аппетит, я ведь ужин пропустил из-за дежурства, и с утра, кроме двух бутербродов с ветчиной, любезно оставленными одной из жриц для меня вместо обеда и ужина, в моем желудке ничего не было. Столы представляли собой довольно объемные шкафы, оборудованные дверцами и в них (я это чувствовал нутром), наверняка находилось что-то весьма интересное.
Страшные истории про лежащие внутри дорогущие договора и контракты эти потаскухи пусть рассказывают на ночь своим коблам, а меня, тертого и матерого зубра, этим не напугать.
Все дверцы были закрыты на маленькие замочки. Такие покупали на чемоданы, по доллару за две штуки. У меня на сумке был такой же. Открыв шкаф с вилками, ножами и ложками, я без труда нашел узкий тонкий нож с зазубринами на лезвии, для нарезки рыбы. Сунув кончик ножа в отверстие для ключа в замке, я плавно повернул его влево. Дужка замка бодро и весело выскочила из своего гнезда, как бы говоря:
Добро пожаловать, дорогой друг!
То, что открылось мне в шкафах повергло меня в шок!
В одном, полки ломились от различных колбас и бастурмы. Вот оказывается откуда на кухне был такой аромат!
Тут же стояли многочисленные банки с огурцами, оливками, маринованным луком, грибами и пр.... Хлеба было много и разного.. В соседнем шкафу находились фрукты и овощи в ассортименте. Остальные шкафы оказались полностью заполнены кондитерской, а также банками воды и даже пива. Все это исправно выделялось организаторами для каждой делегации, учитывая численность, совершенно бесплатно, но эти путаны и их дармоеды, просто говоря, бессовестно воровали и прятали весь этот хабер, чтобы потом, тоже на халяву, отвезти все по домам, сволочи! Было мерзко и противно. Нужно, прежде всего, успокоиться. Ну ладно, с.. ки, уж я вас умою, чтобы вспоминали...
В "шале" в большом количестве всегда можно было найти различные полиэтиленовые прочные пакеты с ручками: большие для документации и рекламы и поменьше, для сувениров. Для начала нужно было подкрепиться как следует. Ужин получился просто царским!
Когда выпитая банка пива поставила символическую точку в моей трапезе, я аккуратно собрал весь мусор и выбросил его в мусорный бак, стоявший недалеко, у дороги. В 6 часов утра его там уже не будет. Теперь можно спокойно заняться делом. Для начала, вытащить все банки и кондитерку. Теперь упаковки с водой и пивом поставить буквой П, а сверху, лежа, положить еще упаковку и получается, что до самого верха шкафа сплошь вода и пиво, но все это нужно было проделать только со вторым рядом. Создать иллюзию прежнего изобилия кондитерки, ополовинив ее количество, не составило для меня особого труда. Так же я поступил с бастурмой и копченостями, затем с консервами. Закончив операцию изъятия незаконно награбленного, я почувствовал себя Робин Гудом и с чувством выполненного долга бросил прощальный взгляд на полки, оценивая свою работу. Все выглядело, как в аптеке - комар носа не подточит. Закрыв полки и защелкнув дужки замков, можно было расслабиться. В углу, около двери, стояли три больших пакета с трофеями. По договоренности с организаторами салона, утром за мной, должен был заехать автобус и отвезти меня в наш отель, чтобы затем забрать экипаж.
В семь утра я услышал сигнал автобуса. Водитель - индус, доброжелательный парень, вышел из автобуса и помог донести мне пакеты. В отеле, по приезду, мы с ним поставили их в небольшую кладовку на первом этаже.
Кстати, в Эмиратах, мы много раз совершенно спокойно оставляли покупки где угодно и вернувшись за ними через час, не без удивления и восхищения, обнаруживали их на том же самом месте, где они были оставлены. Слово "воровство", на тот момент, отсутствовало в этой замечательной стране. Хотя у нас на Севере это чудо существовало намного раньше.
Мужикам я ничего не сказал, оставив этот сюрприз на вечер.
Вечером, когда все собрались идти на опостылый ужин, я зашёл к Артемьичу и все ему рассказал. Артемьич, обозвав женский персонал собаками женского пола, сначала не одобрил мой поступок, но, когда я объяснил ему, что забрал лишь малую часть того, что нам полагалось на 7 человек, он согласился, что за это воровство нужно наказывать.
Наш экипаж теперь отлично питался нашими же продуктами, а "жрицы медицины", ни о чем не догадываясь, продолжали исправно забивать все полки присвоенными продуктами. В следующее дежурство я опять забрал нашу долю. Днем, когда мы приходили попить в "шале", "боевые подруги" все так же скромно наливали нам кипяченой воды, краснея от стыда и пряча глаза.
Но вот наступил последний день авиасалона. И тут мы увидели такое, о чем потом вспоминали с удивлением.
Наши техники, микояновцы, вдруг превратились в Коробейников.
Нужно сказать, что они и до этого не отличались скромностью и вели себя, как цыганский табор на ярмарке. Каждый день работы авиасалона они разбивались на мелкие ватаги и начинали рыскать по огромному закрытому павильону с представительствами и стендами всех стран участниц. То и дело слышался громкий крик:
- Мужики, сюда! Здесь футболки раздают!
И на этот крик слетались их коллеги, сшибая посетителей на бегу, чтобы затариться халявными футболками. Через 10 минут из другой точки опять крик:
- Мужики, здесь пакеты классные вынесли!
Все мужики бегут туда.
И так каждый день! Все добытое они складывали в свои бездонные "лари".
В последний же день авиасалона они устроили целые торговые ряды, достав из закромов своих волшебных "ларей" припрятанный, ради одного этого дня, товар. И чего тут только не было!
Зимние военные шапки с красными звездами;
Офицерские портупеи;
Пилотки; Фуражки армейские с кокардами;
Погоны с полным оформлением;
Модели наших самолетов;
Бюстики Ленина и Сталина;
Матрешки;
Ложки расписные под Хохлому и посуда под Гжель.
Авиасалон моментально превратился в огромную ярмарку, на которой продавцами были только микояновцы и даже члены управления авиазаводов.
Иностранцам было уже не до самолетов. Они по наивности думали, что, наверное, так все и задумано организаторами, поэтому толпами ходили вдоль длинного ряда коробейников, спрашивая по чем тот или иной товар. Доллары лились рекой. Что интересно, руководство, как я уже говорил, не отставало от техсостава. Главный инженер "Рыбинских моторов" скромно выставил перед собой на бетон сувенирный самовар и статуэтку из уральских камней. Не отставали ФСБэшники, торгуя военными значками и юбилейными рублями (хорошо, не личным оружием). Нужно отдать должное суховцам, они в этой вакханалии не участвовали, наблюдая за коллегами с усмешкой и презрением. Когда мы с Витюшей Ферябниковым решили попить и пошли к нашему "шале", нам навстречу попались "жрицы" с тяжеленными сумками в руках, семенящие по направлению к Руслану.
Я забыл сказать, что, когда я забирал последнюю партию продуктов, то на дне полки оставил записку:
"Мадамы! Хочу сообщить вам, что ваш обман и воровство раскрыты, потому поступаю справедливо, забираю то, что по праву принадлежит экипажу Ил-76. Остальное можете съесть (осторожно, можно подавиться!) Воровать у ближнего большой грех! Молите Бога, чтобы ваши мужья не узнали, чем вы здесь занимались. Чтоб вы наелись! С ком. приветом, мистер Икс."
Увидев нас, они вздрогнули и опустили головы.
- Бог в помощь! - крикнул я со злорадством.
Гробовое молчание и ненавистные взгляды были нам ответом. Виктор рассмеялся, зная, почему они такие злые и крикнул им вдогонку:
- Чужая ноша не тянет?
Пора было подвести итог нашей командировки. Наш экипаж пришел к выводу, что время мы провели отлично. Посмотрели авиашоу, накупили подарков домой, регулярно ездили на пляж купаться и загорать. В то время, в 1991 году, туристов в Дубай почти не было и это направление только-только начинали предлагать россиянам, поэтому для шопинга были идеальные условия. Можно было торговаться до посинения, товары на любой вкус! От изобилия глаза разбегались, а от цен, опять сбегались в кучку. Мы увидели настоящий земной рай среди бесчисленных разноцветных миллиардов огней реклам.
Суточных нам платили немного, поэтому, прежде чем что-то купить, каждый сто раз взвешивал, во что это выльется, хотя хотелось купить все.
Вечером к нам в отель приехал генерал и привез радостную новость - шейх эмирата Абу Даби решил пригласить нас в свою столицу, чтобы наши летчики провели там показательные полеты и дали возможность полетать на нашей технике арабским летчикам. Приглашались только специалисты, а остальные должны были ждать неделю в Дубай. Узнав об этом, вся свора прихлебателей и дармоедов заскрежетала зубами от злости. А когда они еще узнали, что жить мы будем в роскошном "Шератоне", то готовы были утопиться в Персидском заливе, тем более, что буквально на следующий день, после закрытия авиасалона, их всех переселили в дешевую двухзвездную "дыру".
В это время наша небольшая делегация перелетела на базу ВВС США в Абу Даби. После войны в Кувейте вся база была битком забита различной военной техникой. С самолета, при посадке, открывался отличный вид на все это нагромождение Хаммеров, бронетранспортеров, грузовиков, стоявших, словно на гигантском параде, многорядными шеренгами до самого горизонта.
Мы зарулили на перрон перед двумя огромными ангарами. Следом за нами сели два МиГа и две Сушки. К нашему Илу подкатила шикарная машина, из которой вышел знатный (судя по его свите) араб, в белоснежных одеждах. Он поздоровался с каждым из нас за руку и рассказал о дальнейших планах.
Сейчас, - сказал он, - за вами приедет автобус и вас повезут в отель, чтобы все могли отдохнуть как следует, а завтра утром вы, в полном составе, с техниками и летчиками, должны ровно в 8:00 быть на базе, готовыми к обеспечению показательных полетов.
Мы ответили, что мол нет проблем: нужно в 8:00, значит будем в 8:00.
С чувством собственного достоинства араб попрощался с нами, сел в машину и укатил. Я обратил внимание, что все это время за нами внимательно наблюдали два американских морских пехотинца, вооруженных винтовками.
Подъехал автобус и наша небольшая группа, человек двадцать, загрузив свои сумки и заняв места, тронулась в путь.
Дорога пролегала через пустыню. Кругом лишь однообразные барханы песка и редкие колючие кустарники. Иногда мы видели верблюдов, то ли диких, то ли домашних, было непонятно, так как ни одной живой души около них не было. Дорога, как и все остальные дороги в Эмиратах, была великолепной, с четкой разметкой, указателями и многочисленной рекламой, отвлекающей от однообразного уныния пустыни. Минут через тридцать вдали показались современные здания, судя по архитектуре, служебного и коммерческого предназначения, очевидно бизнес-центры и офисные. Очень скоро наш автобус въехал в суперсовременный, очень стильный и красивый город, раскинувшийся вдоль Персидского залива. Это был Абу Даби. С правой стороны от нашего шоссе тянулась великолепная многокилометровая набережная с фонтанами и пышными пальмами. Море манило к себе своей насыщенной синевой. А вот и наш красавец отель.
К тому времени я уже успел побывать в довольно приличных отелях: Холидей Инн, Хилтон... Но этот, превзошел все мои ожидания! Шератон Абу Даби — это образец роскоши, богатства, уюта и великолепного сервиса. У отеля имелся свой пляж и отличный бассейн, чем мы и не преминули воспользоваться. В номере, на столе, стояла огромная ваза с свежайшими фруктами, холодильник был забит различным спиртным, пивом, соками и напитками.
Леша Жирнов, тертый в этих делах товарищ, предупредил всех о том, что фрукты бесплатно, а все остальное за деньги. Тапки можно забрать, а полотенца и халат нельзя.
Эти напоминания были весьма своевременны, так как некоторые товарищи уже успели упаковать в свои сумки белоснежные махровые халаты и полотенца с логотипом отеля.
Шведский стол в ресторане отеля потрясал своим разнообразием и щедростью. Поражало обилие морепродуктов, вплоть до лобстеров и осьминогов. Я, большой любитель рыбной кулинарии, отвел душу, дегустируя по очереди все, что было выложено для потребления.
Утром, в 8:00, все были готовы к полетам, приехав на базу в 7:30. Наш экипаж пригласили в комнату предполетного отдыха летчиков, чем мы любезно воспользовались. Комната находилась в одном из ангаров и представляла собой огромную метров 60 залу, обставленную вдоль двух стен буквой Г глубокими мягкими диванами и креслами. Посередине противоположной длинной стены был установлен гигантских размеров телевизор, а вдоль второй короткой стенки располагался бар, за стойкой которого постоянно находился араб, очевидно военный, который разливал чай или кофе по желанию каждому кто подходил к стойке. Подходили молодые арабы в традиционных белых малахаях и головных национальных уборах. Они важно и чинно брали чашки, а иногда и различные сладости и, усевшись на диваны, вели неспешную беседу, расслабляясь и мельком поглядывая на телевизор, где постоянно транслировали футбол. Все эти молодые люди были сынками местных князей и имели офицерское летное образование. Попив горячих напитков, они уходили куда то, чтобы через какое-то время появиться опять, но уже одетыми в летные костюмы со шлемами в руках.
По условиям контракта с военным министром Абу Даби наши летчики должны были на спарках (учебных машинах для двух пилотов) поднимать арабских летчиков в воздух и давать им возможность пилотировать наши самолеты самостоятельно. За каждый тренировочный полет министерство платило по 10000 долларов. Полеты начинались в 9:00 и заканчивались в 15:00. Ни одна машина не простаивала ни одной лишней минуты. Посадка, заправка топливом и, если нужно, кислородом. Одного летчика сменяет другой и вперед!
Особенно арабам нравилось летать на Су-27 с великим учителем Пугачевым. Наш летчик испытатель с удовольствием показывал в воздухе местным пилотам уникальные возможности нашей машины, давая арабам собственноручно прочувствовать все нюансы пилотирования Су-27 на различных режимах полета, вплоть до фигур высшего пилотажа. И очень часто, когда самолет заруливал на стоянку и открывался фонарь кабины, Пугачев, показывая на летавшего с ним пилота встречавшим военным, поднимал вверх большой палец и искренне восхищался:
- Молодец парень! ОК!
Один раз случился казус, над которым суховцы и мы долго смеялись.
Прилетел с тренировочного полета МиГ-29 и новый местный пилот усаживаясь в кабину и увидев кислородную маску, спокойно попросил техника:
- Замени пожалуйста!
Техник удивленно осмотрел ее и, достав точно такую же, стал присоединять к кислородной системе самолета. Когда он спускался по стремянке на землю, сверху ему на голову шмякнулась кислородная маска и раздался строгий и требовательный голос араба:
- Заменить!
Чертыхаясь и матерясь, техник подбежал к своему ЗИПу и откопал новую маску, приговаривая:
- Вот ведь обезьяна! Не нравится ему, видите ли, маска, хоть застрели! Наши летают, и никто слова не сказал, а этому, понимаешь, не по нутру, сволочь!
Суховцы посмеиваясь, пытались вразумить микояновского коллегу:
- Это тебе не ушанками торговать! Тут соображать нужно! Маски то, после каждого полета, необходимо спиртом протирать и содержать в чистоте, а у вас они уже не белые, а черные стали - хоть картошку сажай! Своих вы приучили с дерьмом летать, а эти царских кровей, им чистоту подавай! На наших машинах они почему-то не возмущаются, потому что мы за техникой следим, а не пилотками торгуем, охламоны!
Все грохнули от смеха, а бедолага техник, только рукой отмахнулся и побежал к самолету.
Около нашего Ил-76 постоянно крутился морпех США, здоровый малый в камуфляже под пустыню. Он был одет в плотную рубашку с короткими рукавами, шорты и высокие замшевые желтые ботинки. Артемьич какое-то время реагировал на это спокойно, но потом, вдруг, разозлился:
- Жорж, чего он все ходит, трется около нас? Ну ка выйди, продемонстрируй наш ответ дяде Сэму.
В самолете я ходил в вельветовых коротких шортах песчаного цвета, так как было довольно жарко и без майки. Натянув полосатую, облегающую мое упитанное тело, футболку, я спустился по стремянке вниз и направился к америкосу. Он с любопытством уставился на меня. Все наши высыпали из самолета, им было ужасно интересно, чем закончится противостояние двух представителей самых сильных мировых держав. Я неспеша подошел к морпеху, поздоровался:
- Хэллоу бой! - и протянул правую ладонь для рукопожатия. Американец улыбнулся и с восхищением и уважением, глядя на меня, тоже протянул свою руку. Когда наши ладони встретились, около самолета раздался восторженный гул.
Оказывается, все было очень просто, к нам от ангара уже приближались еще военнослужащие американцы. Они начали нас фотографировать, смеясь и показывая большой палец. Нужно сказать, что я выглядел помощнее американца - морпеха. Когда он меня приобнял, началась настоящая фотосессия. Кто-то протянул мне военный фонарь и сказал волшебное слово "Чейндж". Все ясно, хочет меняться! Я сбегал за птичкой с моего форменного пиджака. И понеслось!
Никогда бы не мог подумать, что американцы в этом так похожи на цыган, в смысле желания что-нибудь выменять, торгуясь при этом с большим азартом. Буквально через полчаса все пространство перед нашим самолетом напоминало Тишинский вещевой рынок в воскресенье. Толпа военных и откуда-то взявшихся гражданских американцев, причем некоторые из них были глубоко пожилыми (очевидно военные вызвали подмогу из числа своей родни), предлагали наперебой свой товар. Тут же стояли два Джипа с открытыми задними бортами, на которых, как на прилавке, лежала новенькая армейская амуниция. Цена вопроса - бутылка Столичной водки. Техники (что интересно и суховцы тоже) побросали свои самолеты и прибежали к нам, благо, что полеты уже закончились. Но вся сложность была в том, что всё, что можно было поменять, продали несколько дней назад, в Дубай, поэтому выискивали в закромах последнее, что завалялось. Мне в голову пришла блестящая идея. Я достал из бумажника деньги и выгреб из кармана всю мелочь. Монеты со свистом отскакивали по доллару за каждую, а бумажные, с видами Кремля и Красной площади, охотно разбирали по 5 баксов. Пожилая чета буквально вырвала из моих рук 5 рублей, сунув взамен 25 долларов. Вокруг творилось невообразимое. Стоял сплошной гвалт из английских и русских слов, вперемежку с матом. Техники пытались всучить, менявшему униформу американцу, вместо бутылки Столичной бутылку спирта, убеждая того в том, что спирт гораздо лучше, так как из него можно сделать две бутылки Столичной. Но америкос был явно не дурак и от спирта категорически отказался, неожиданно сменив условия обмена. Теперь он соглашался отдать все свое барахло за красный советский флаг. Технари от такого предложения потеряли дар речи и пошли, матерясь, прочь, к самолету. Нужно сказать, что в накладе никто не остался. Я, кроме баксов, выменял армейский фонарь, мотоочки, морпеховскую Панаму и бейсболку, не говоря уже о различных эмблемах, значках и нашивках.
В отель все ехали довольные, предвкушая еще и командировку в Манилу, куда нас пригласили. Но чем все закончилось, я уже писал - командировкой в Тегеран.
Вот так закончился наш продолжительный авиасалон.
В заключении хотел бы остановиться вот на чем. На человеческих качествах некоторых персонажей. Среди летчиков испытателей, как я уже говорил, был и Гарнаев. Я много читал о подвиге его отца, командира вертолета Ми-6, трагически погибшего при тушении лесных пожаров. Не знаю, какой характер был у него, но вот сын произвел на нас не очень положительное впечатление. Может это все по молодости, не знаю, но...
Было такое впечатление, что он своим внешним видом и манерами держаться пытался сказать: А вы знаете, кто я? Да, да, я тот самый сын того самого отца...
Два эпизода нас особенно задели.
Идут полеты спортивных самолетов. Все "шале" забиты гостями и перед ними вдруг появляется наш летчик в голубом комбезе и каплевидных темных очках. Он идет гордый от своей профессии и остановившись перед толпой людей, расстегивает свой комбинезон, спускает его ниже пояса и начинает поправлять что-то в своих трусах, причем делает это демонстративно, будто вокруг и нет никого.
Нас это покоробило.
Уезжаем из "Шератона". На Ресепшене все сдают свои карточки - ключи от номеров. Автобус ждет. Какая-то заминка. Народ начинает роптать, потому как время идет. Выясняется, что кто-то не заплатил за выпитый мини бар в номере. Пришедший администратор просит, чтобы не терять время для выяснения, кто конкретно это сделал, признаться, оплатить и дело с концом, все свободны. Но никто не сознается. Администратор громко объявляет, что жильцы 415 номера пытались уехать, не заплатив за выпитый алкоголь. Генерал сверил свои записи и выяснил, что это номер Гарнаева. Тот начал ругаться, возмущаясь тем, что его оклеветали, что никакого спиртного он в глаза не видел, но при этом покраснел и видно было, что лжет. Администратор спокойно заявил, что ошибки быть не может, что это первый случай в его работе и что никто не уедет, пока за выпитый минибар не заплатят. Пахло скандалом. Генерал, да и все мы чувствовали себя униженными. Нам было ужасно неловко, что о русских подумают, после этого случая. Ждем. Проходит минут десять. Пугачев говорит генералу:
- Давайте мы все поедем уже, а тот, кто в этом деле не согласен с обвинениями, пусть остается и разбирается.
Гарнаев, увидев, что он может остаться один, достает доллары и швыряет на мраморную столешницу ресепшена:
- Да нате, подавитесь!
Он говорит это по-русски, поэтому никто из служащих отеля его не понимают, слава Богу.
Через пять минут наша делегация удаляется, сопровождаемая насмешливыми взглядами администратора и его служащих.
Нам стыдно. И мы испытываем облегчение, что больше никогда не вернемся сюда.
Некоторые скажут, что ничего страшного не случилось, когда летчик демонстративно показывал всем нижнее белье и делал какие-то движения рукой. Может быть, вы и правы. Но почему до этого не додумались ни один из участников авиашоу, и никто из наших летчиков?
Значит это обычное позерство. Еще раз говорю, что возможно все это было по молодости и с годами человек изменился, но вот эти два эпизода, почему-то запомнились.
Запомнился еще один эпизод.
Когда генерал собрал всю нашу делегацию в Тегеране и объявил, что завтра мы летим домой, грянуло дружное "ура". Я первый раз видел, чтобы народ так радовался окончанию загран командировки.
PS. Уважаемый читатель! Искренне благодарю всех, кто принимает участие в моем проекте издания новой книги. Каждому обещаю выслать эл. вариант моей книги "Чудеса залетной жизни". Просьба указывать эл. адрес.
Мои реквизиты:
Карта Мир, Сбер N 2202 2036 5920 7973
Тел. +79104442019
Эл. почта: zhorzhi2009@yandex.ru
Спасибо! С уважением, Жорж Исканян.
Предыдущая часть:
Продолжение: