Мальчишка явился вовремя, демонстрируя чисто вымытую самодовольную мордашку и гордо сверкая глазенками.
- Леди, я достаточно вырядился?
Он и так, и так крутился перед еле сдерживающей смех Мэри, хвастаясь весьма добротным костюмчиком по размеру и кепочкой, прикрывающей его довольно аккуратно причесанные волосы.
- Более чем, молодой человек. Вы безупречно выполнили условия нашего договора и идеально подходите на роль посыльного, - присев перед Джоном на корточки, она вручила ему конверты, назвав адресатов. – От тебя требуется лишь передать письма. Сперва в дом Смитов, назвавшись посыльным Адама Смита. Затем самому Адаму. Все понял?
- Отчего же не понять? Вот только, - мальчишка почесал затылок, - этот Адам Смит живет не в Дублине. И туда пешком добираться до самого завтра.
- В предместье Дублина, - подтвердила Мэри, - поэтому сейчас ты отнесешь послание в здешний дом Смитов, а завтра на рассвете возьмешь лошадь и отправишься по второму адресу. Если с лошадью научен управляться, то, аккурат, к закату обернешься. Так научен?
Ее бровь насмешливо вздернулась, и мальчуган обиженно нахохлился.
- Научен, леди, не беспокойтесь почем зря! Только такого уговора про меж нами не было – за два адреса по двойной оплате и лошадь с вас.
- Да ты хуже лавочника! – расхохоталась Мэри и легонько щелкнула посыльного по носу. – Полторы цены и лошадь с меня. Идет?
Джон смерил ее оценивающим взглядом и важно кивнул.
- По рукам. За деньгами приду, как обернусь.
Мальчонка махнул ей рукой и растворился в толпе прохожих, снующих по своим делам. Мэри проводила его глазами и вошла в дом. Взгляд наткнулся на свидетельства вчерашнего обряда, и она невольно поморщилась – воспоминания о пережитом были не из приятных. И это только начало! Если сегодня она не найдет в себе сил провести еще один ритуал, то плакали все ее усилия. Девушка зевнула и направилась к кровати, мгновенно забывшись тяжелым сном без сновидений, продлившимся до заката – насыщенного кроваво-алого цвета, заставляющего особо впечатлительных горожан, взглянувших на него, торопливо осенять себя крестом и, низко опустив головы, бежать по своим домам в надежде укрыться от охватившего души странного смятения.
Его отголоски долетели и до Мэри. Она дернулась под тоненьким одеялом, потянулась и вдруг вскочила, вспомнив о предстоящем ей обряде. Наскоро ополоснув лицо водой из кувшина, девушка принялась вдумчиво отбирать необходимые предметы. На стол легла связка восковых свечей, следом ступка с пестиком, затем несколько пучков трав и какой-то серый порошок, который Мэри аккуратно отмерила и сразу высыпала в глубокую миску. Помедлив, будто сомневаясь в своих намерениях, она все же решительно сжала губы и села за стол. Зажженные свечи отбрасывали ровные тени, хорошо освещая ловкие манипуляции предельно сосредоточенной хозяйки дома – тоненькие пальчики порхали над столом, отмеряя ингредиенты будущих зелий, перетирая, смешивая в нужных пропорциях и раскладывая по разным посудинам. Периодически красивое личико склонялось над заготовкой и Мэри принюхивалась, оценивая результаты проделанного труда. Время от времени она вставала и добавляла что-то к смесям, подлаживая узнанную у Тамары рецептуру под свои цели. Уже далеко за полночь она, наконец, устало потянулась, потерла виски и приступила к самому главному.
Одну смесь ссыпала в кожаный мешочек, сжала его в руках и зашептала заветные слова. Содержимое быстро нагрелось, норовя прожечь плотную кожу, но Мэри хорошо знала, что делает, и остановилась как раз до того, как плотно сжатый в ладонях мешочек вспыхнул. Оттерев пот со лба, она взялась за миску, заполненную странной пастообразной смесью ярко-синего цвета. Девушка подцепила ее кусочек и скатала шарик, который с большой осторожностью вложила в маленькую деревянную шкатулку. Туда же отправились следующие шары. Заполнив шкатулку до отказа, она ткнула пальчиком в крайний и от него пошел белесый и густой, как молоко, туман, медленно покрывший все шары невесомым покрывалом. Не дав ему разлететься по сторонам, Мэри захлопнула крышку и без сил растянулась на свободном местечке прямо в кухне – дойти до кровати она бы уже не смогла.
********
Приемы у Смитов отличались роскошью и всегда становились главным событием среди светских дам и кавалеров Дублина. В этот раз хозяин заявил нечто особенное и все изнемогали от нетерпения, торопливо готовя подходящие костюмы из того, что имелось в гардеробной. Обычно для таких вечеров шить наряды начинали за полгода-год, но тут Смиты проявили небывалые оригинальность и пренебрежение к правилам – они объявили бал-маскарад буквально через неделю после своего возвращения домой, и царящая в городе суета напоминала разворошенный неугомонными мальчишками лесной муравейник, в который несколько часов кряду тыкали палками.
В самом особняке Смитов с самого утра тоже не было покоя. Служанки без устали начищали канделябры и светильники, меняли свечи и полировали полы в танцевальном зале. Мимо них то и дело сновали горничные с охапками цветов, которые должны были занять свои места в вазах в строгом соответствии с разметкой хозяйки. Гардения Смит не шла на компромиссы в таких вопросах – цветочные композиции удавались ей на редкость хорошо, и она требовала придерживаться своих замысловатых схем, что вызывало у девушек тревогу еще до начала приема. Повариха раздавала последние указания в своей огромной кухне, заполненной криками, шкворчанием и невероятными ароматами. Меню было утверждено только намедни и все отчаянно торопились, боясь получить выволочку от Тайлера Смита, способного безжалостно разнести все, что его не устраивает хотя бы на малую часть. Он должен был быть полностью удовлетворен и получать самое лучшее! Иначе жизнь домочадцев превращалась в ад.
Первых гостей ожидали только к восьми и поднявший клубы пыли на подъездной аллее экипаж вызвал настоящую панику. Подоспевший лакей с поклоном распахнул дверь, пропуская вперед разодетую пару – молодого мужчину с холодными глазами, выражение которых не изменилось даже после появления на лице натянутой, тщательно отрепетированной улыбки, и стройную, красивую женщину, с надменным видом посматривающую по сторонам.
- Адам, дорогой! Риган, как я же рада вас видеть, - уже предупрежденная о раннем визите вездесущей личной горничной хозяйка дома уже спускалась по широкой лестнице с распростертыми объятиями.
- Тетя, вы превосходно выглядите! – мужчина склонился к протянутой руке и приветливо улыбнулся. – Путешествие пошло вам на пользу! Вы всегда прелестны, но сейчас приобрели какой-то невероятный шарм.
- Да, да, - защебетала Риган Смит, приобнимая свою родственницу, - я так хотела посекретничать с вами о том, что носят в Париже! И желательно без вездесущих ушек Кары Тойсен. Вы же знаете, что она уже утром побежит к модистке, а я бы хотела ее опередить.
- Понимаю, милая, - снисходительно улыбнулась женщина, похлопав Риган по руке. – Приглашаю тебя в будуар, а Адам тем временем…
Она обернулась к племяннику, пытаясь понять, что привело его в нарушение этикета столь рано.
- Я поднимусь в кабинет к дяде, - поспешил он прийти на помощь. – Он отправил мне письмо, где попросил приехать чуть раньше и обсудить вопросы английской мануфактуры.
- О, он не предупредил меня, - только и заметила Гардения.
Для нее было важно соблюсти приличия, и раз все в полном порядке, ее больше ничего не интересовало. Она пригласила Риган в будуар и попросила пробегавшую мимо горничную проводить Адама в кабинет и предупредить о его прибытии Тайлера.
Суета в доме только усилилась. Поэтому никто не заметил, как на подъездной аллее, у самых въездных ворот возникла женская фигура, закутанная в длинный плащ из алого бархата, отороченный дорогим мехом.
Для желающих поддержать канал и автора:
Номер карты Сбербанка: 2202 2081 3797 2650