Глава 1. Тени в зеркале
Наталья заметила первые изменения в октябре. Алексей стал задерживаться на работе чаще обычного, приходил домой уставший и молчаливый. Раньше он рассказывал о своих делах за ужином, жаловался на начальство, делился планами. Теперь отвечал односложно, быстро доедал и уходил к телевизору.
— Как дела на работе? — спрашивала Наталья, накладывая ему котлеты.
— Нормально, — бросал Алексей, не поднимая глаз от тарелки.
— А почему так поздно сегодня?
— Отчеты сдавали. Много работы.
И все. Разговор заканчивался. А ведь раньше Алексей мог час рассказывать о какой-нибудь производственной проблеме, спрашивать совета, смеяться над курьезными случаями.
Наталья списывала изменения на усталость. В шестьдесят лет работать становится тяжелее, особенно инженеру на заводе. Скоро пенсия, нужно передать дела, подготовить документы. Естественно, что муж нервничает.
Но потом начались странности с телефоном. Алексей, который раньше мог оставить мобильный где угодно, теперь не расставался с ним ни на минуту. Даже в ванную и туалет брал с собой. А если телефон звонил в присутствии Натальи, муж или сбрасывал вызов, или выходил в другую комнату.
— Кто звонил? — поинтересовалась однажды Наталья.
— Да Петрович с работы. По проекту консультировался.
Но голос у Алексея был какой-то виноватый.
А еще изменилось его отношение к ней. Не то чтобы он стал грубым или равнодушным. Наоборот — слишком подчеркнуто внимательным. Приносил цветы без повода, покупал дорогие подарки, предлагал съездить в отпуск. Как будто хотел загладить вину. Но за что?
Утром Наталья развешивала его рубашки после стирки и в кармане пиджака нашла чек из кафе. Два капучино, два эклера, салат "Цезарь". Дата — вчерашняя. Но Алексей вчера приехал домой в половине седьмого и сказал, что задерживался на совещании.
А главное — он кофе не пил. Принципиально. Говорил, что от кофе у него сердце колотится. Предпочитал чай или компот.
Наталья долго стояла с чеком в руках. Два капучино. Значит, был не один. С кем? По работе? Но тогда почему скрывает?
Вечером она попыталась заговорить:
— Алеш, а как дела на работе? Молодежь новая как приживается?
— Нормально. А что?
— Да так, интересно. Молодые-то небось все в кафе ходят, кофе пьют. Не то что мы, старички.
Алексей напрягся едва заметно:
— Да, молодежь любит. А мне оно зачем? Дома и чай есть.
Значит, все-таки скрывает. Наталья почувствовала, как внутри что-то холодно сжалось. За тридцать четыре года брака муж никогда ее не обманывал. Даже в мелочах. А теперь?
Она стала присматриваться внимательнее. Алексей действительно изменился. Стал следить за внешностью — купил новую куртку, начал пользоваться одеколоном, который раньше доставал только по праздникам. Записался в спортзал, хотя раньше говорил, что физкультура — удел молодых дураков.
— Ты молодец, что спортом занялся, — похвалила его Наталья за ужином. — Здоровье беречь нужно.
— Да, надо себя в форме держать, — ответил Алексей и тут же спохватился, будто сказал лишнее.
Зачем ему форма? Для кого? В их кругу все давно перестали обращать внимание на внешность. Главное — чтобы человек был хороший, надежный. А красота — это для молодых.
Или не только для молодых?
Наталья легла спать, но сон не шел. Рядом посапывал муж, которого она знала лучше самой себя. Или думала, что знает. А сейчас вдруг понимала — рядом лежит почти незнакомый человек. С секретами, с двойной жизнью, с ложью в каждом слове.
И страшнее всего было то, что она не знала, готова ли узнать правду.
Глава 2. Другая женщина
Наталья никогда не была ревнивой женой. За тридцать четыре года совместной жизни у нее не было причин сомневаться в Алексее. Он приходил домой вовремя, все выходные проводил с семьей, друзей-холостяков избегал. Образцовый семьянин.
Но теперь что-то изменилось. И чем больше Наталья наблюдала, тем сильнее росла тревога.
В среду Алексей снова задержался. Позвонил в половине седьмого:
— Наташ, я сегодня поздно буду. Тут аварийка на участке, надо разбираться.
— Хорошо, — ответила Наталья. — Ужин подогрею.
Но вместо того чтобы идти на кухню, она оделась и вышла из дома. Завод находился в десяти минутах ходьбы от их дома. Если действительно авария, то Алексей должен быть там.
У проходной завода было пусто. Дежурный сказал, что инженер Кузнецов ушел в обычное время, в пять тридцать.
Наталья почувствовала, как земля уходит из-под ног. Значит, муж соврал. Прямо, в глаза, без колебаний.
Она шла домой как во сне. Тридцать четыре года брака рушились с каждым шагом. Все было ложью — задержки на работе, совещания, аварии. А где он на самом деле? С кем?
Дома Наталья села на кухне и попыталась собраться с мыслями. Может, все не так страшно? Может, у Алексея просто кризис среднего возраста? Захотелось острых ощущений, тайн, игр? Мужчины ведь тоже переживают климакс, психологи об этом пишут.
Но в глубине души она знала — дело серьезнее.
В пятницу Наталья решилась. Вышла с работы пораньше, сославшись на недомогание, и пошла к заводу. Алексей должен был освободиться в пять тридцать. Наталья встала за углом соседнего дома, откуда была видна проходная, и стала ждать.
Алексей вышел ровно в половине шестого. Не один. Рядом с ним шла молодая женщина лет тридцати пяти, блондинка, в ярком пальто. Они разговаривали, женщина смеялась, Алексей улыбался. Было видно, что они знакомы не первый день.
Наталья пошла за ними, стараясь не попадаться на глаза. Они дошли до остановки, сели в автобус. Наталья села в следующий и ехала, не спуская с них глаз.
Они вышли на Комсомольской, в новом районе, где строились многоэтажки для молодых семей. Зашли в один из домов. Наталья заметила, как они вошли в подъезд, и на доске объявлений увидела бумажку: "Сдается однокомнатная квартира" с номером телефона и номером квартиры.
В подъезде на доске объявлений висела бумажка: "Сдается однокомнатная квартира". Написано было женским почерком. Наталья переписала номер телефона и адрес квартиры.
Вернувшись домой, она позвонила по указанному номеру:
— Алло, вы сдаете квартиру?
— Нет, мы уже не сдаем. Сами в ней живем, — ответил женский голос.
— А давно съехали?
— Месяца три уже. А что?
Три месяца. Как раз тогда, когда Алексей начал меняться.
Вечером муж пришел домой как ни в чем не бывало. Поужинал, посмотрел новости, лег спать. А Наталья лежала рядом и думала о молодой женщине в ярком пальто. Красивой, смеющейся, которая забрала ее мужа.
Утром за завтраком Алексей сказал:
— Наташ, мне нужно с тобой поговорить.
— О чем? — Наталья почувствовала, как сердце бьется где-то в горле.
— Понимаешь... я встретил одну женщину. — Алексей не смотрел ей в глаза. — Молодую. У нее маленький ребенок, она одна воспитывает. Мы... мы стали встречаться.
Наталья молчала. Слова мужа добивали то, что она и так уже знала.
— Она меня понимает, — продолжал Алексей. — С ней я чувствую себя нужным, важным. А с тобой... мы же просто существуем рядом. Как соседи по коммунальной квартире.
— И что ты хочешь? — голос Натальи был удивительно спокойным.
— Я не знаю. Может, стоит... пожить отдельно какое-то время? Разобраться в себе?
Наталья встала из-за стола и начала убирать посуду. Руки дрожали, но она старалась, чтобы муж этого не заметил.
— Значит, решено, — сказала она тихо.
— Наташ, я не хотел тебя обижать...
— Но обидел. — Она повернулась к нему. — Тридцать четыре года, Алеша. Треть жизни. А ты говоришь "как соседи".
Алексей виновато опустил голову:
— Прости. Я буду помогать материально. И если что-то случится, всегда можешь обратиться.
Наталья рассмеялась. Странно, горько:
— Спасибо за щедрость.
Через неделю Алексей собрал вещи и ушел. К молодой женщине с ребенком, которая его "понимала". А Наталья осталась одна в квартире, которая вдруг показалась огромной и пустой.
Глава 3. Расплата
Первые недели после ухода Алексея Наталья жила как в тумане. Вставала, шла на работу, возвращалась, готовила ужин на одну персону, ложилась спать. И так изо дня в день. Механически, без эмоций, будто душа куда-то ушла, а тело продолжало функционировать по привычке.
Дочь Олеся приезжала каждые выходные. Убиралась, готовила, пыталась разговорить мать. Но Наталья только кивала и отвечала односложно. Что тут говорить? Муж ушел к молодой. История банальная, как мир.
— Мам, может, тебе к психологу сходить? — осторожно предложила Олеся в очередной свой приезд. — Или хотя бы к врачу? Ты совсем худая стала.
— Не нужно никого, — ответила Наталья. — Переживу.
— Но так нельзя! Ты же живой человек, не робот. Должна же ты что-то чувствовать!
Наталья посмотрела на дочь удивленно. Чувствовать? А что именно? Злость? Боль? Обиду? Все это было в первые дни. А потом словно что-то внутри онемело. Наверное, так организм защищается от того, что невозможно пережить.
— Чувствую, — сказала она тихо. — Просто не знаю, что с этими чувствами делать.
Через месяц после ухода Алексея Наталья случайно встретила в магазине свою старую подругу Веру. Они не виделись лет пять — после школьной встречи выпускников. Вера развелась, переехала в областной центр, работала в частной клинике администратором.
— Наташка! — обрадовалась Вера. — Как дела? Как Алексей?
— Ушел, — коротко ответила Наталья.
Вера растерялась:
— Как ушел? Куда?
— К молодой женщине. С ребенком.
— Господи... А я думала, у вас все идеально. Помню, в школе говорила — вот Наташка счастливая, муж золотой.
Они сели в кафе рядом с магазином. Наталья рассказала все как есть — про изменения в поведении мужа, про слежку, про разговор и уход. Рассказывала спокойно, как будто речь шла о чужой жизни.
— И что теперь? — спросила Вера.
— Не знаю. Живу. Работаю.
— А он звонит?
— Иногда. Спрашивает, как дела. Говорит, что если что-то нужно, обращайся.
— И ты что отвечаешь?
— Что все нормально.
Вера помолчала, потом сказала:
— Знаешь, я тоже через это прошла. Только у меня муж с секретаршей закрутил. Тоже молоденькой. Думал, что в тридцать пять еще жеребец. А оказался обычным дураком среднего возраста.
— И что с ним стало?
— Вернулся через полгода. На коленях приполз. Она его обобрала и бросила. Но я уже не смогла. Что-то внутри сломалось окончательно.
— Не жалеешь?
— Нет. Понимаешь, когда они уходят, кажется, что жизнь кончилась. А потом привыкаешь и понимаешь — она только начинается. Без постоянного страха, что тебя снова предадут.
После разговора с Верой что-то изменилось. Наталья впервые за месяцы заплакала. Долго, горько, не сдерживаясь. А потом встала, умылась и убрала в квартире. Тщательно, до блеска. Выбросила все вещи Алексея, которые он забыл. Переставила мебель. Купила новые шторы.
Вечером позвонил Алексей:
— Как дела, Наташ?
— Хорошо, — ответила она. И впервые за месяцы это было правдой.
— Слушай, а можно я на выходных приеду? Забрал не все вещи.
— Каким образом?
— Ну... в смысле?
— В смысле того, что твоих вещей здесь больше нет. Я все выбросила.
В трубке повисла тишина.
— Зачем? — наконец спросил Алексей.
— А зачем хранить то, что мне не нужно?
После этого разговора он не звонил больше месяца. А Наталья записалась на курсы английского языка, о которых мечтала еще со школы, но все не решалась. Теперь времени стало много. И желания тоже.
Глава 4. Без него
Прошло полгода с тех пор, как Алексей ушел. Наталья втянулась в новую жизнь — работа, курсы английского по вечерам, выходные с дочерью и внучкой. Жизнь стала размереннее, спокойнее. И как ни странно — интереснее.
На курсах она познакомилась с Мариной, ровесницей, которая тоже недавно развелась. Они подружились, начали вместе ходить в театр, на выставки, в путешествия на выходные. Наталья удивлялась — сколько всего интересного происходило в городе, а она раньше ничего не замечала. Все свободное время посвящала мужу и дому.
— Ты знаешь, — говорила Марина во время одной из их прогулок по центру города, — я теперь понимаю, что в браке я была не собой. А какой-то версией себя, удобной для мужа.
— В каком смысле?
— Ну, смотри. Я любила театр, а он говорил, что это скучно. Я хотела путешествовать, а он — только на дачу. Я мечтала выучить иностранный язык, а он смеялся — зачем тебе в твоем возрасте? И я постепенно перестала хотеть. Стала такой, как ему нравилось.
Наталья задумалась. А что она сама хотела раньше? Кажется, давно перестала себя об этом спрашивать. Все желания сводились к тому, чтобы мужу было хорошо, семье — уютно, всем — удобно. А она сама где-то потерялась в этой заботе о других.
Работа тоже изменилась. Наталья была главным бухгалтером в управляющей компании уже пятнадцать лет, но раньше старалась быть незаметной — придет, сделает свое дело, уйдет. Теперь она начала предлагать новые решения, участвовать в планерках, высказывать мнение. Директор заметил:
— Наталья Викторовна, вы как-то изменились. Стали... более энергичной.
— Возможно, — улыбнулась Наталья. — Жизнь меняется.
А еще она начала следить за собой. Записалась к хорошему парикмахеру, купила новую одежду — не практичную и удобную, как раньше, а красивую. Стала пользоваться косметикой, которую дочь дарила на дни рождения, но которая лежала без дела.
— Мам, ты такая красивая стала! — восхитилась Олеся, приехав в очередные выходные. — Прямо помолодела лет на десять.
— Не льсти, — засмеялась Наталья. — Просто настроение хорошее.
И это была правда. Впервые за много лет у нее было хорошее настроение. Не потому, что муж доволен или дома порядок, а просто так. Потому что жизнь была интересной.
В субботу вечером позвонил Алексей. Голос у него был какой-то усталый, расстроенный.
— Наташ, как дела?
— Отлично. А у тебя?
— Да так... Нормально. Слушай, а можно увидеться? Поговорить?
— О чем?
— Ну... просто поговорить. Я соскучился по нашим разговорам.
Наталья удивилась. Когда они жили вместе, Алексей больше молчал. Особенно в последние годы. О чем он хочет поговорить?
— Хорошо, — согласилась она. — Завтра в кафе на Советской, в три часа.
Алексей пришел точно в три. Наталья его почти не узнала — осунулся, постарел, в глазах какая-то растерянность. Совсем не похож на того уверенного мужчину, который полгода назад говорил о новой жизни и понимании.
— Ты хорошо выглядишь, — сказал он, садясь напротив.
— Спасибо.
— Похудела. И одежда новая. Красиво.
Наталья кивнула. Алексей заказал кофе, хотя раньше его не пил. Видимо, привычка осталась от новой жизни.
— Как дела? — спросила Наталья.
— Да не очень, — вздохнул Алексей. — Понимаешь... оказалось все не так, как я думал.
— А как ты думал?
— Ну... что будет легко. Весело. А там... Света постоянно требует денег. То ребенку что-то нужно, то ей. Мальчишка совсем от рук отбился, не слушается. А она истерики устраивает, плачет. Говорит, что я не забочусь о семье.
Наталья слушала и понимала — муж хочет пожаловаться. Рассказать, как ему трудно. Получить поддержку и сочувствие. Как раньше.
— И что ты хочешь? — спросила она спокойно.
— Я думаю... может, стоит попробовать еще раз? Нам же было хорошо вместе. Тридцать четыре года — это не шутка.
Наталья отпила кофе и посмотрела на мужа внимательно. Да, было хорошо. Ей. А ему, получается, было скучно. Настолько, что он предпочел все бросить ради молодой женщины и чужого ребенка.
— Алеш, — сказала она мягко, — а что изменилось? Ты же говорил, что мы как соседи по коммуналке.
— Я был дурак. Не ценил то, что имел.
— А теперь ценишь?
— Конечно! Теперь я понимаю, какая ты замечательная. Как мне с тобой было спокойно и хорошо.
Спокойно и хорошо. Наталья усмехнулась. Значит, ему нужна не жена, а душевный санаторий. Место, где можно отдохнуть от сложной молодой любовницы и капризного чужого ребенка.
— Нет, Алеша, — сказала она твердо. — Не получится.
Глава 5. Уже поздно
— Наташ, ну почему? — Алексей смотрел на жену с недоумением. — Мы же любили друг друга. У нас семья, общие воспоминания...
— Любили, — согласилась Наталья. — Прошедшее время.
— Но ведь можно все вернуть! Я понимаю, что был неправ. Обещаю, больше никогда...
— Алеш, — перебила его Наталья, — ты не понимаешь. Дело не в том, что ты ушел к другой женщине. Дело в том, что ты сказал мне правду о наших отношениях.
— Какую правду?
— Что мы жили как соседи. Что тебе было скучно. Что ты не чувствовал себя нужным. — Наталья говорила спокойно, без злости. — И знаешь что? Ты был прав.
Алексей растерянно молчал.
— Я действительно была как сосед по коммуналке, — продолжала Наталья. — Удобный, тихий, не создающий проблем. Стирала, готовила, убирала. А где же была я сама? Мои желания, мечты, интересы?
— Но мне этого хватало...
— А мне нет. Просто я не осознавала этого. — Наталья улыбнулась. — Понимаешь, за эти полгода я впервые за много лет стала собой. Живой женщиной, а не функцией "жена".
— И тебе хорошо одной?
— Да. Мне хорошо. У меня появились друзья, увлечения. Я вспомнила, что у меня есть мнение по разным вопросам. Что я умею принимать решения. Что могу быть интересной.
Алексей сидел, опустив голову. Потом поднял глаза:
— А я? Что мне теперь делать?
— Не знаю. Это твоя жизнь, твой выбор.
— Но ведь я люблю тебя!
Наталья задумалась. Любит ли он ее? Или любит тот комфорт, который она создавала? Ту систему, где все крутилось вокруг него?
— Алеш, а кого ты любишь? Меня настоящую или меня удобную?
— Не понимаю...
— Когда мы жили вместе, ты интересовался тем, что мне нравится? О чем я мечтаю? Чего хочу от жизни?
Алексей молчал.
— Видишь, — мягко сказала Наталья. — Ты любил то, что я для тебя делала. А не меня саму.
— Но теперь я буду внимательнее! Буду интересоваться!
— Поздно, Алеш. Я уже не хочу быть твоей женой. Хочу быть собой.
Они сидели в молчании. За окном кафе была весна — яркая, шумная, полная жизни. Наталья смотрела на прохожих и думала о том, как много всего интересного происходит вокруг. А она только сейчас это заметила.
— Прости меня, — тихо сказал Алексей.
— Я не сержусь на тебя. Честно. Ты просто открыл мне глаза на то, какой была наша жизнь. И за это спасибо.
— Значит, все кончено?
— Да. Все кончено.
Алексей встал, молча расплатился и ушел. Наталья допила кофе и еще немного посидела, глядя в окно. Внутри было спокойно. Не больно, не страшно — спокойно.
Вечером приехала Олеся с четырехлетней дочкой Машей. Они пошли гулять в парк. Маша бегала по дорожкам, а Наталья с дочерью сидели на скамейке.
— Мам, папа звонил, — сказала Олеся. — Рассказал про вашу встречу.
— И что сказал?
— Что ты его не простила.
— Я его простила. Просто не хочу возвращаться к тому, что было.
Вам также может понравиться другой мой рассказ: