К 95-летию со дня принятия ЦК ВКП(б) исторического постановления «О всеобщем обязательном начальном обучении» – обозреватель «Абзаца» Владимир Тихомиров.
Принято думать, что до революции население России было сплошь неграмотным, а потом пришли большевики, которые и принесли свет просвещения. Но на самом деле это не совсем так.
Первые школы для простого сословия на Руси появились в Х веке, и они, конечно же, были церковными, где детей городских мещан учили грамоте, счету и Закону Божиему.
При Петре Великом стали открывать и светские «цифирные школы» – первую такую создали в 1703 году в Воронеже при корабельных верфях. Вскоре такие учебные заведения стали появляться во всех крупных городах – крепнущей империи были необходимы грамотные рабочие.
А вот церковноприходские школы, ставшие в советское время символом убожества, были созданы только в 1884 году по указу императора Александра III, который преследовал двойную цель.
Во-первых, обычных школьных учителей в стране как всегда не хватало и с привлечением священников на ниву образования разом решался кадровый вопрос. Во-вторых, государь хотел поддержать малоимущих священников – за работу в школах им полагалось отдельное жалованье. Да и с точки зрения воспитания духовности опять же польза будет.
Этот указ породил настоящий бум церковноприходских школ – к началу ХХ века в России было открыто более 43 тысяч таких образовательных заведений (то есть фактически при каждом крупном приходе).
Еще несколько цифр: в 1913 году в «отсталой» России насчитывалось более 120 тысяч учреждений начального школьного образования, из них Церкви принадлежало 44 тысячи начальных школ, остальные же были подотчетны Министерству просвещения (для сравнения: в современной России насчитывается около 40 тысяч школ.)
Конечно, многие историки, рассуждая о дикости и варварстве России, любят приводить данные первой переписи населения 1897 года, согласно которой грамотой владели не более трети жителей страны. Но ведь это «общая температура по больнице».
Население Санкт-Петербурга и других крупных городов Центральной России и Малороссии было охвачено начальным образованием практически поголовно, зато и тогда многочисленные жители провинций Средней Азии действительно оставались по большей части неграмотными.
Революция 1917 года и декрет большевиков об отделении Церкви от государства стали мощными ударами по выстроенной системе начального образования. Все церковно-приходские школы были закрыты. Не в лучшем положении оказались и народные земские училища – многие педагоги, не разделявшие революционных идей новой власти, лишились работы и были вынуждены бежать от голода и красного террора за рубеж.
Именно нехватка учителей и стала главным препятствием для выполнения декрета Совнаркома РСФСР «О ликвидации безграмотности» от 1919 года.
Тогда Ленин приказал действовать самыми жесткими методами военного времени. Была создана Всероссийская чрезвычайная комиссия по ликвидации безграмотности (ликбез), которой было разрешено призывать студентов вузов и просто грамотных специалистов на должности учителей. От ликбеза бегали изо всех сил.
Представьте себе, что вы вернулись с фронта и мечтаете жениться и поступить в университет. Сдаете экзамены, а вас снова призывают по повестке – учителем начальной школы в богом забытый поселок в степях Казахстана. На пять лет.
В постановлении ВЦИК от 1925 года «О введении в РСФСР всеобщего начального обучения» фактически была признана ошибочность такой принудительной мобилизации учителей. Вместо этого были созданы и специальные бригады по быстрой подготовке педагогических кадров – фактически на пару недель диплом учителя мог получить любой желающий.
Но и такой подход не дал результатов. В смысле: желающих получить диплом хватало, а вот идти работать в школу – нет. Поэтому перспектива введения единого учебного года для всех советских детей от семи до одиннадцати лет казалась такой же утопией, как и скорое наступление коммунизма.
Наконец, в 1930 году Центральный Комитет ВКП (б) решил отойти от большевистских методов в школе. В постановлении от 25 июля 1930 года «О всеобщем обязательном начальном обучении» было принято три главных пункта:
- во-первых, наркомату просвещения приказывалось развернуть сеть педагогических институтов и техникумов для подготовки нормальных учителей;
- во-вторых, было приказано повысить заработную плату учителей – хотя бы до уровня квалифицированного рабочего;
- и в-третьих, по всему духу документа было видно, что в Политбюро решили больше не ждать от школьной реформы быстрых результатов.
Борьба с нехваткой учителей продолжалась вплоть до 60-х годов, когда престиж профессии был вознесен на недосягаемую высоту. Причем недосягаемую прежде всего по меркам дня сегодняшнего, когда правительство всеми силами пытается восполнить нехватку учителей в школе и затащить молодых специалистов в села.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.