СЕМЬДЕСЯТ ЧЕТВЁРТАЯ ЧАСТЬ
Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены.
..........................................................................................................................................................................................................................................................................................................................................................
Я целый день провозилась с травами, аккуратно срезала, сортировала, связывала в пучки и подвешивала их под потолком палатки. В обед, когда солнце стояло в зените, не стала выпендриваться как вчера, остановилась, уселась под тент, в тень, достала воду с бутербродами и неожиданно для себя обнаружила ещё одну природную особенность поляны. Внутри палатки создалась особенная атмосфера, в тени было прохладно и веял лёгкий ветерок. Как будто само место создало особенную, для сушки трав, атмосферу. В какой-то момент, когда я сидела и жевала бутерброд, в голову пришло странное сравнение. Будто я какой-то падишах, сидящий среди множества подушек, а вокруг меня стоят рабы и машут на меня огромными опахалами, из павлиньих перьев. Мне даже стало как-то помягче сидеть. Дожевав бутерброд, я подтянула рюкзак к себе и блаженно растянулась под тенью палатки, положив его под голову. Вокруг меня царила гробовая тишина.
-Интересно, – подумала я, - а залетают ли сюда птицы?
Украдкой я взглянула на место сбора оборотней. Там уже стоял один и внимательно смотрел на меня.
-Добрый день, – я, едва заметно, помахала ему рукой и закрыла глаза.
Лёгкий ветерок и тишина сделали своё дело и я, расслабившись, незаметно для себя уснула.
Пробуждение произошло резко, как будто от толчка. Я вздрогнула, но глаза открывать не стала, а прислушалась к своим ощущениям. Чувства тревоги не было, зато возникло впечатление, что за мной наблюдают.
Оборотни, - подумала я и повернулась на бок, будто я ещё сплю.
Для достоверности даже тихонько помурлыкала себе под нос и почмокала губами. Затем, немного подождав, приоткрыла глаза.
Судя по солнцу, спала я совсем недолго, но напротив палатки, за барьером, прошли странные изменения. Там. похоже, происходила какая-то тусовка. Оборотней было не меньше десятка и они вели себя странно, двигались по кругу, словно водили хоровод. Сначала подумала, что ребята развлекаются и это действо никак ко мне не относится, но немного понаблюдав, поняла, это был театр для одного зрителя. Оборотней на самом деле оказалось намного больше, чем казалось с первого взгляда и они не ходили по кругу, а часто мерцая, совершали невероятные зигзаги. Каждый перемещался по своему маршруту, то появляясь, то исчезая, у меня глазах. Это мерцание и создавало эффект кругового движения. А ещё казалось, что эта нечисть может ходить как люди. Но, двигались не все. Один оборотень, который занял у барьера место первым, ни разу не сдвинулся с него. Он стоял там как вкопанный и, как мне показалось, всей этой вакханалией руководил и чётко отслеживал телодвижения каждого. Я не могла это твёрдо утверждать, потому что не было никаких доказательств, но мой инстинкт подсказывал мне это. Уж чему-чему, а в последние годы я научилась доверять ему. Поэтому я не стала зацикливаться на втором плане, который то ли просто веселился, то ли хотел что-то показать, то ли угрожал мне, и уставилась на центрального. Я так и назвала его –Центральный нападающий, потому что он всей своей позой, звериной мордой и буровящими полупрозрачными глазками, показывал мне, что именно я его самый злейший враг, и что я должна приготовиться отражать его атаку.
Я и приготовилась, рассчитав пути к отступлению. Выхода было два, либо прятаться в палатке, он, вроде как, не переносили человеческое жильё на дух, либо бежать к ручью. И то, и другое, конечно же, было бредом. Ну, кто испугается какой-то тряпки, из которой состояла палатка, или как мне поможет ручей, если они прорвут барьер? Но, целых два пути как-то грели душу.
На этой оптимистичной ноте я сделала вид, что только что проснулась и открыла глаза. Оборотни сразу активизировались. Их "хождение по кругу" внезапно превратилось в некий таран. Теперь каждая скотиняка, при перемещении, обязательно ударялась в барьер, потом отскакивала и совершала очередной манёвр в виде зигзага.
-Всё-так это была репетиция запугивания, – сделала вывод я и стала с тревогой наблюдать за оборотнями.
Минут пятнадцать я вздрагивала от каждого удара в невидимую стену, затем немного попривыкла и мне надело наблюдать. Минут через двадцать я уже издевательски хихикала над этими глупыми существами и их нелепыми телодвижениями, а через пол часа и вовсе плюнула и пошла работать дальше. Занимаясь растениями, я иногда поглядывала на нечисть, но они упорно продолжали биться в барьер. К вечеру я перестала на них реагировать, лишь когда закончила работу, перед тем, как собрать рюкзачок, ещё раз кинула на них взгляд и разочарованно подумала:
-Какие же вы, братцы тупые... М-да... Совсем-то у вас умишка нет. Я бы ещё и вдоль и поперёк попыталась.
Когда Платон появился передо мной, я уже была собрана, сидела под тентом по-турецки и читала в книге заживляющие рецепты. Молча, он захлопнул книгу, кинул её в палатку и взяв меня под локоток, помог подняться и тут же переместил на крыльцо дома.
-Платон, а... – начала я было разговор, но тот, прижав руку к груди, слегка наклонил голову, вроде как извиняясь и снова исчез. – Тьфу ты, твою мать, – зло ругнулась я и бросила на землю рюкзак, – Да что тут происходит?
На улице уже было темно, я достала свой телефон и посмотрела время.
-Одиннадцатый час, - хмыкнула я и проверила звонки. Ни одного! – Ну, раз не звонили, значит и сами, без мамы справились в кои-то веки. Ну, могут же, когда хотят, – улыбнулась и, подняв рюкзак, направилась в сарай.
Едва я сняла с петли замок, как меня тихо окликнул женский голос:
-Кто здесь? Кто здесь бродит? Сань, это ты?
Я вздрогнула, направила свет фонаря, в сторону говорящего и увидела, голову соседки, торчащую над забором.
-О, Люд, привет, - с облегчением выдохнула я, – а ты чего не спишь?
-Чего, чего, – проворчала она, послышался шелест, треск, затем Людмила ойкнула.
-Люд, а Люд... – тихонько позвала я, шаря фонариком над забором, – эй, ты где?
-Где, где, в Караганде, – послышался голос соседки в районе моей калитки, – ну, чего ты там застряла, дверь открывай, хозяйка.
Тихо матюгнувшись, я включила свет во дворе и поспешила впустить гостью. Я лишь успела открыть щеколду, как дверь распахнулась и мне на шею, с радостным визгом, прыгнула соседка.
- Сашка, дорогая, наконец-то ты здесь. Как я по тебе соскучилась.
-Соскучилась, да с чего бы? – удивлённо подумала я, – Мы ещё не успели стать настолько близкими подругами. С момента как я сюда приехала, мы виделись-то всего несколько раз. Наши встречи можно по пальцам сосчитать и они, в общем-то не имели большой смысловой нагрузки. – но, я приобняла её и легонько похлопав по спине, постаралась утихомирить, – Привет, дорогая, я тоже рада тебя видеть. Заходи.
Я кивнула на дом, но гостья направилась прямиком к столу в саду.
-Блин, где ты была? Я к тебе уже две недели подряд бегаю, а дома никак застать не могу. - с укором сказала она и потрясла передо мной бутылкой вина, – А я не одна, давай выпьем.
-В смысле две недели? - удивилась я, игнорируя призыв Людмилы.
Та плюхнулась на лавочку, с грохотом поставила бутылку на стол и уставившись на меня, ответила:
-Ну, да, считай с последнего дня когда мы виделись... Я думала, что ты вообще отсюда умотала, даже не попрощавшись со мной. Ещё бы, такие события...
-Какие события? – с подозрением глядя на женщину, спросила я.
-А ты чего, совсем не в курсе? – соседка удивлённо посмотрела на меня, потом махнула рукой и тут же засмеялась, – Ну, да... тебя же не было.
Смех её прозвучал как-то странно. В нём мне послышался страх, и тоска. А ещё мне показалось странным, её утверждение. Ну, то, что меня две недели не было.
-Да, что случилось – то? – уже не выдержав напряжения, воскликнула я.
-Давай выпьем, – на выдохе сказала женщина и потянулась к бутылке.
-Похоже, что все эти две недели она уже не просыхая пьёт, - подумала я, вглядываясь в её припухшее лицо, но мне было до жути интересно что произошло, поэтому я кивнула, – хорошо, давай. Сейчас стаканы принесу да что-нибудь закусить.
-Да, ну её эту закуску, - отмахнулась соседка.
-Да... Беда... С женщиной явно что-то не так... – подумала я, направляясь быстрым шагом, к дому.
Через пять минут, сидя за столом и глядя на то, как, не закусывая, Людмила выпивает залпом полный стакан вина, я убедилась в том, что я точно что-то пропустила.
-Слава богу я тебя дождалась, – слегка пьяненьким голосом произнесла она, громко бухнув по столу стаканом, – а то уж думала всё... не дождусь я тебя. Ты даже не представляешь, как они меня достали, – выкрикнула женщина, грозя кулаком в сторону деревни, – проклятые колдуны, поубивала бы всех...
-Ты потише выражайся, – негромко сказала я, опуская её руку на стол, – а то ещё посчитают угрозой убийства. Миша придёт и тебя арестует.
-Миша, хм... – соседка злобно ухмыльнулась, – Миша этот твой козёл, – крикнула она и перешла на шепот, - Вот погоди, Сашок, ты ещё поймешь. Он совсем не ангел, как ты о нём думаешь. Он сам чёрт. – снова выкрикнула Люда и ткнула пальцем в небо, – Вот увидишь, он само исчадье ада.
-Хорошо, хорошо, – я снова принялась успокаивать соседку, – как скажешь, дорогая. Но, мне, если честно, до этого и дела нет. Он ко мне редко заходит и то, только по делу.
-О, точно... Я тоже по делу. – она опустила руку и перевела палец на меня, – А ты знаешь, что каждую ночь у тебя во дворе кто-то шарится?
-Кто именно, носороги, слоны, кошаки? – с усмешкой спросила я.
-Нет, – пьяненько захихикала Людмила, – вообще не угадала. У тебя во дворе шарится мужик. Каждую ночь по огороду бродит, а потом ложится спать вот здесь. - она постучала по лавочке ладошкой, – Вот здесь, на этом самом месте.
-Странно... – протянула я, – Странно, что я этого никогда не замечала.
-Так, если бы дома жила, то, может быть и заметила.
-Да, с чего она взяла, – про себя подумала я, но мои размышления тут же перебила соседка.
-Вот ты не знаешь, а я знаю. Дружок это Мишкин. Наверняка такой же гад, как и он.
-Что за дружок? – насторожилась я.
-Да, не помню как его... Ну... – она пощелкала пальцами, - Да ты его точно знаешь. Красивый, гад... Он ещё к тебе приезжал на таком крутом мотоцикле.
-Платон, что ли? – догадалась я.
-Угу, может и он, - кивнула моя собеседница, - я не помню как его зовут.
-Странно, и чего ему тут делать? – удивлённо подумала я, – Может, она ошиблась. Баба-то совсем пьяная, явно с катушек съехала. Я же точно знаю, что ему сейчас не до меня.
-Может, Миша? – переспросила я, – Может, ты просто обозналась?
-Да, тьфу на твоего мента. Нет... – отмахнулась Люда, – Я что, этого дурака не знаю, что ли... Говорю же тебе, это его друг! А может, и не друг, - через какое-то время добавила она, - А чёрт их знает, там без бутылки не разберёшься. О, а давай выпьем.
Она взяла бутылку и наполнила свой стакан по самый край.
-Ты чего так калтыришь-то как-то не по-детски? – осторожно спросила я, – Ты же женщина, разве так можно пить?
-Правильно, женщина, - кивнула соседка, так, что у неё голова чуть не оторвалась, – потому и пью, потому и сил нет. Нет... наоборот... Сил нет, потому и пью. Ты не представляешь, что тут творится... – заговорщицки зашептала она, – Днём-то ещё ничего, только вот соседи, странные с визитами задолбали, а ночью это сущий ад. Гром каждую ночь грохочет, молнии сверкают, землетрясение чуть ли не каждую ночь, аж дом ходуном ходит. Спать совсем невозможно. А ещё... выхожу как-то утром из дома, а на крыльце сидит жаба. Но не такая как на картинках или в кино, а такая большущая, на гоблина похожая. Смотрит на меня и смеётся... Я уж было подумала, что сплю, но нет. Глаза протёрла, гляжу, а жаба на месте сидит и мерзко так ухмыляется. А ещё у меня во дворе постоянно дождь идёт. Вся картошка уже сгнила и... и... гладиолусы.
-В смысле? – удивилась я, потому что дождь в этом году был очень редким гостем.
-В прямом, – выплюнула соседка, – надоел, гад такой, сил моих больше нет. Сижу дома, во дворе сухо. Только в огород соберусь, выхожу на крыльцо, – она грохнула кулаком по столу, – блин, а на улице ливень стеной. Как будто кто-то в небесной канцелярии меня специально караулит.
- А ведь специально-то и есть, – подумала я, – это ж к гадалке не ходи, ведуны над тобой стебутся. Вот только какой интерес у них в этом всём?
А ещё деревья ходили как-то, помнишь?
Странно, что ты это помнишь, – насторожилась я, – насколько я помню, местная шарага должна была над этим поработать. Угу, – вслух ответила я.
А это... Ещё постоянно я слышу какие-то звуки. Как будто где-то рядом стоит шаманский шалаш. И вот этот шаман всё время в свой бубен лупит и лупит... А ещё, ночью, по двору твоему кто-то ходит и ходит, – захныкала Люда.
Это уже было, – улыбаясь заметила я.
Говорила уже? А, ну ладно... – сникла моя собеседница и выпила залпом стакан, – А, вот ещё... Я тебе про старосту нашего говорила?
Нет, - покачала я головой.
Тьфу ты, пропасть, – плюнула уже совсем пьяная Людмила, – Я ж тебе именно это и хотела рассказать. Представляешь, на днях, как только мой приехал с командировки, этот старый мухомор является к нам. Говорит, мол, ну, как вам тут живётся, хорошо? И знаешь, так злобно ухмыляется... А я уж сколько раз пилила своего за этот дом... Пропади он пропадом... Ну, значит, мой тоже в ответ ухмылочку, мол, дом полная чаша, живём хорошо. А ты что, старый хрен, никак купить его хочешь? Представляешь что он отвечает? Да, говорит, хочу! И называет такую цену, что у нас челюсти отваливаются. Мы уж потом посчитали, нам, в центре города, на трёхкомнатную квартиру хватит, да ещё и останется... В общем, продали мы ему этот дом. Все вещи уже почти вывезли, а я, вот, хотела с тобой попрощаться... – она посмотрела на меня таким взглядом, что захотелось плакать.
Так радоваться нужно, ты же об этом мечтала, – подбодрила соседку я, – в городе жить будешь.
-В городе, конечно хорошо, но... – Люда зарыдала в голос, – Я ж тут уже устроилась, сад облагородила, огород посадила, цветник развела, опять же дом... Это ж было наше семейное гнёздышко, чтоб дом полная чаша, чтоб дети тут здоровыми росли...
-Ну, уедите в город, там тоже дети рождаются. – начала я успокаивать женщину, похлопывая по спине, – Детям в городе даже лучше будет... Здесь-то что, сплошные сорняки да комары, а там, в городе детские сады, школы, больницы. Театры, кружки разные, опять же, будет играть с кем во дворе. А тут ничего нет, даже хреновой качельки.
-И то правда, – соседка резко успокоилась, утёрла рукавом футболки лицо, – жить будем хорошо, чего это я разнылась. Радость-то какая, иих..- грустно сказала она, затем резко встала и развела руки, – Давай, соседка с тобой прощаться...
Мы немного пообнимались, и уже полуживую, практически невменяемую, я дотащила её до дома и передала мужу с рук на руки.
-Спасибо тебе, соседка, - смущённо поблагодарил меня он, – ты уж извини. Я б не пустил её к тебе, но не по-человечески это, она хотела с тобой попрощаться.
-И давно она уже так пьёт? – поинтересовалась я.
-Ну, судя по голосу, уже недели две. Если честно, то я рад, что мы уезжаем отсюда. Да и тебе советую сделать то же самое. Негостеприимная деревня... Странно всё здесь как-то. Я и раньше замечал кое-что, да Люде не говорил, чтоб не пугать. Кстати, она сказала, что у тебя по ночам во дворе кто-то ходит?
-Может, зверь? – так, на всякий случай, спросила я.
-Нет, не зверь, – покачал он головой, - точно человек.
Тут Людмила, висевшая на руках у мужа, всхрапнула и захныкала:
-Саш, смотри, к тебе опять кто-то лезет...
-Да, что ты будешь делать, – вздохнул мужчина и перехватил жену поудобнее.
-Ладно, я пошла, – я махнула рукой и, не дожидаясь, что ещё может сказать сосед, направилась к выходу, – Счастливой вам дороги и счастья на новом месте.
-Спасибо тебе, соседка, – крикнул мужчина мне вслед, – и за Милу тоже спасибо.
Я вышла, закрыла за собой калитку, оперлась на неё спиной и подумала:
-Ну, и что это было?