СЕМЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ.
Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены.
Растерянно похлопав по карманам, я обнаружила, что забыла блокнот на поляне. Впрочем, не его одного. Я всё там оставила, и книгу, и пакет, и пустую бутылку.
-Ну, ладно, бутылка ещё пригодится, – я вдруг вспомнила, что Платон рассказывал про ручей, – а вот книга... – Я озадаченно почесала затылок, книга была настоящей драгоценностью и у меня даже сердце защемило, как она, бедняжка, там без меня. – М-да... День сегодня явно не удался. Хорошо, что там закрытое пространство и кажется, не бывает дождей. А блокнот... Да и фиг с ним...
Я принялась вспоминать список. Есть у меня такая черта, чтобы не забыть, я записываю. Но если запишу, то уже не забуду никогда и в записях потом нет никакого смысла.
-Так -с... – я хлопнула в ладоши и потёрла руки, – Что там было у нас первое по списку?
Но вспомнить я ничего не успела, потому что зазвонил телефон. Вроде, звонок как звонок, но мне он показался очень тревожным. Я не глядя ответила и услышала голос дочери.
-Мама! – истерично кричала она в трубку, – Ты почему не отвечала?
-Так занята была, – опешив от такого напора, ответила я, – за травами в лес ходила. Я же вчера тебе говорила.
-Фу, блин, а я так испугалась, что забыла, – уже с облегчением произнесла Катя.
-Так испугалась и забыла или забыла, поэтому испугалась? – спросила я, так как фраза дочери меня смутила.
-Ты всё правильно поняла. – ответила дочь, затем последовала долгая пауза и она снова заговорила, – Я испугалась и запаниковала... В общем, мам, братик странно себя ведёт, – почти шепотом закончила она.
- Насколько странно и как долго? – насторожилась я.
-Да вот как вчера с деревни выехали, так и начал. Представляешь, выезжаю я на трассу, а он медленно поворачивает в мою сторону голову и таким странным голосом, почти без эмоций, спрашивает: "Кать, а чего мы к матери-то не поехали, ты же обещала". Представляешь, я там с перепугу чуть все столбики не посчитала. Я ему брякнула что-то в ответ, даже не поняла что, главное, чтобы отстал. А теперь он встал с утра пораньше, ходит следом и на мозги мне капает, что нам к тебе срочно ехать надо, а я даже не знаю что сказать. Ма-ма, – захныкала она, – можно я к тебе приеду жить, пока он здесь? Мне страшно...
Твою же дивизию, – ругнулась я, – говорила же, не смейте ко мне приезжать, – а сама начала быстро выдумывать более или менее правдоподобную причину, – Коля не виноват... Это... Это ведуны старпёры над вами пошутили, – наконец выдала я. – У них шутки такие... На грани фантастики... Они не признают чужих людей... Вот и издеваются над ними, чтоб под ногами не болтались и не мешали свои ведовские делишки вытворять. Поэтому я и говорила, что вам тут не место. Блин, – сорвалась я, -ну, я же вам русским языком сказала, а вы...
-Мааам,- снова захныкала дочь, – ну хватит на меня давить. С одной стороны ты орёшь, с другой стороны братик на мозги капает. Ты мне лучше скажи, что мне делать теперь, сил моих уже не хватает его бредни слушать.
-Что, что, правду скажи. Что приезжали вы, что он вёл себя как скотина... Хотя нет, скажи, что вёл он себя как отец и начал права качать. А то, что не помнит ничего, так это ведуны, деревенские над ним подшутили... А, вот ещё... Я тебе сейчас вышлю фотографии, покажешь, пусть убедится, что были... И не в коем случае не нужно сюда приезжать, ты поняла меня?
-Да, поняла я, поняла, – явно надув губы, ответила дочка, – чай поди не дурочка...
-Вот и хорошо, – с облегчением произнесла я и тут же добавила, – тем более, что делать тут действительно нечего. Я и правда отправилась в лес и неизвестно сколько там ещё пробуду. У меня интересная работа началась. Всё, давайте, развлекайтесь, а мне некогда. Пока, дочь, целую.
Я выключила телефон и задумалась:
-Значит, всё-таки старуха есть, и она не просто так меня сыном пугала. Выходит, она действительно над ним поиздевалась. Так, так, так... – я осмотрелась вокруг, – А ещё значит, что область её действия не распространяется дальше деревни и если дети не будут сюда приезжать, она не сможет меня шантажировать. Это хорошая новость. Будем плясать от этого. Так, что же там у нас по списку...
Я снова вернулась к подготовке на завтра. Не смотря на то, что в деревне уже было за полночь, я, не тратя времени даром, направилась в сарай. Первым делом вынесла палатку и раскладной стульчик. Палатка была современная, довольно-таки лёгкая и укладывалась в небольшую сумку. Я закинула её за спину, попрыгала, прикидывая примерный вес. Если у Платона есть какие-то весовые ограничения, то полагаю, он её легко потянет. Не зная, можно ли много брать с собой или нет, попробовала позвонить ведуну, но он оказался вне зоны доступа и я решила не наглеть. Он итак со мной много возится. Открыла ведовской сундук, пошуровала в нём. Ни котелок, ни что-то для зельеварения брать не стала. Какой смысл во всех этих предметах, если огонь разводить было не на чем? Элементарно, чтобы взять с собой котелок, мне, как минимум потребовалось бы немалая связка поленьев. На поляне-то собирать их было негде, а с собой тащить вообще не вариант.
-Нужно попросить Платона, чтобы он мне привёз несколько мешков древесного угля. – подумала я, – Думаю, это было бы намного компактней и практичней. А вообще, нужно поинтересоваться, какая требуется температура, для вываривания трав, в книге, кажется это не написано. – но тут мой взгляд упал на острые предметы, – А вот это мне точно не помешает. – обрадовалась, – Завтра установлю палатку, соберу как можно больше трав и повешу их под навесом.
Прикинув что и как, тут же прихватила бельевую верёвку и достала из сундука пару ведовских ножей.
Чтобы утром не тратить времени на сборы, я занесла всё приготовленное в дом и кинула в угол прихожей. В нише взяла небольшой рюкзачок и сложила туда верёвку, ножи, запасную одежду и платок. Хоть я и не любила его, но платок, всегда на всякий случай лежал в комоде. Оставив место для продуктового запаса, я с чувством выполненного долга, умылась и улеглась спать.
Мне ничего не снилось, ничего не беспокоило, ко мне никто не приходил и ночь пролетела как один миг. Показалось, будто я закрыла глаза а потом их снова открыла. Хотела даже возмутиться, что никак не могу заснуть, но вовремя сообразила, что в комнате стало относительно светло. Солнце уже взошло и наглые его лучики проникали даже в маленькие щели, оставленные при закрытии плотных штор и освещали комнату. Поняв, что уже утро, испугалась, подскочила с выпученными глазами и схватилась за телефон. Платон не звонил и я выдохнула с облегчением.
Хуже нет, чем ждать и догонять... Я не знала, когда появится ведун, поэтому дорожила каждой секундой. Быстро встав, убрала постель, умылась, приготовила еду на день, сложила её в рюкзак, аккуратно собрала поклажу у порога и спешно принялась завтракать. Съела бутерброд и торопливо, обжигая губы, запила его чаем. Мне казалось, что как только я опущу пустую кружку на стол, в дверь постучит Платон. Но, ничего такого не случилось. Какое-то время я сидела на табурете, сложив руки на колени и молча смотрела на входную дверь. Прошло пять минут, десять, пятнадцать... Где-то внутри, в районе сердца, начала зарождаться тревога. Я достала телефон, проверила пропущенные звонки и сообщения, вестей от ведуна не было. Вскочив с табурета, я почти бегом пересекла прихожую и распахнула дверь. А вдруг он там, стоит и тихонько надо мной посмеивается. Чтобы быть на сто процентов уверенной, что я ничего не упустила, сначала вышла на крыльцо, затем сходила к сараю, обошла дом, снова заглянула в телефон.
-Да, что ты будешь делать, – я нервно шмыгнула носом и набрала номер Платона.
Телефон, как и вчера, возвестил меня, что абонент не абонент. Сердце защемило, по спине пробежал холодок и я начал тихо впадать в истерику. А вдруг он вчера отправился в какое-нибудь опасное место, а вдруг он ранен, или ещё чего хуже... Чтобы как-то отвлечься, помыла посуду, схватилась за ведро, перемыла пол. Поняв, что это от мыслей не отвлекает, а даже наоборот, только на них и концентрирует, уселась на диван, схватилась за книгу. Поводя глазами по строчкам, поймала себя на том, что, вроде как, читаю что-то, но что, совершенно не понимаю... Бросив книгу, потянулась к вязанию, но тут зазвонил телефон. Выдохнув с облегчением, я радостно выкрикнула:
-Алло!
Но, услышав голос Михаила тут же сдулась.
-Ну, как у тебя дела? – по-деловому спросил он.
-Дела нормальные, – ответила неопределённо, – сплю да ем, что мне будет.
-У тебя всё нормально? – настороженно спросил ведун.
-Да, блин, что с ними такое? – подумала я растерянно, но тут же постаралась твёрдо ответить, – Да, всё хорошо, не беспокойся... Слушай, Миш, а ты не знаешь где Платон?
-Не знаю и знать не желаю, – резко ответил, почти прокаркал ведун и вдруг выключил трубку.
-Это что-то вообще из ряда вон выходящее. - подумала я, глядя на телефон. Поругались, что ли? Неужели есть причина, которая может заставить их так повздорить? А, ладно, не моё это дело, мужики взрослые, сами разберутся...
Я выдохнула и взялась за вязание. Уж этот-то метод меня точно успокоит, ведь там нужен точный счёт петель. Оказалось, что ответ Михаила не то, чтобы сменил направление моих мыслей, а наоборот, ещё больше усилил волнение. Это поняла, когда заметила, что рисунок нещадно испорчен и нужно, как минимум, рядов пять распускать.
Я уже собралась психануть и отправить всё это далеко, к чёрту, когда в дверь постучали. Я так была взвинчена, что от неожиданности подкинула вверх своё рукоделие. Когда оно шлёпнулось на диван, я уже была у двери. Распахнув её, увидела улыбающегося Платона.
-Привет, ну что, ты уже собралась? – как ни в чём ни бывало, спросил он.
Собраться-то я собралась, но увидев вымученную улыбку ведуна, тут же забыла, что взять собиралась. Глядя на его уставшее, осунувшееся лицо, на чёрные круги под глазами, подумала, что наверняка рана ему не даёт спать. Он наверняка и телефон вырубает, чтобы хоть как-то, урывками, немного поспать, а я тут всякой фигнёй занимаюсь. Я посмотрела на него с жалостью и подумала, что хватит дурака валять. Нужно срочно ускоряться с изучением и придумать хоть какое-нибудь обезболивающее средство. Как бы, подтверждая мои слова, Платон, заметив сумки, нагнулся к ним и тихо зашипев, поморщился.
-Что, больно, да? – посочувствовала я и спросила, – Ты перевязку делал? Может, давай я чем-нибудь рану обработаю.
-Да, всё у меня нормально. Ерунда... – произнёс он и взял сумку с палаткой.
-Подожди, - засуетилась я, выхватив из рук у него сумку, закинула её за плечо и принялась натягивать рюкзак. Поняв, что так ничего не получится, откинула рюкзак, скинула сумку, снова потянулась к рюкзачку.
Видя мою суету, ведун тихо рассмеялся.
-Саш, да не торопись ты, я конечно спешу, но не настолько, чтобы не подождать две минуты.
Мне показалось, что сейчас самый выгодный момент, я взгромоздила на себя всю приготовленную поклажу, одной рукой прижала к себе раскладной стульчик и попросила:
-Платош, а привези мне несколько пакетов древесного угля. Я хочу научиться варить зелья.
-Чего – чего? - ведун сначала посмотрел на меня недоуменным взглядом, а потом громко расхохотался, - А, я понял... Саш, как по-твоему работают ведовские котлы?
-Не имею представления... – его вопрос показался мне очень странным, потому что, на самом деле, никто из обычных людей не знает, на какой тяге и как работает такая штука. Всё, что мы видели, русские печи, костры, самовозгорающиеся волшебные котлы, это были фантазии художников. – Только знаю, из курса истории, как инквизиция жгла ведьм на костре.
-Ну, это нам совсем не интересно. - сказал Платон, вытянул меня на крыльцо, захлопнул дверь и в одно мгновение перенёс на поляну, – Не вспоминай всякую жуть. Думай только о том, что приносит тебе радость. А на счёт котла... Вообще-то он работает на ведовской тяге, то есть на даре исходящей от ведуна. Но, поскольку нам этой тяги не хватает, то мы с тобой будем использовать огненный камень. Это такой... ну, скажем, артефакт. Ты завтра собери всё, что тебе нужно будет, а я тебе камень такой достану.
-Значит, уже завтра мне можно будет начинать что-нибудь варить? – обрадовалась я.
-Угу, – кивнул ведун, а затем добавил, – я сегодня постараюсь пораньше за тобой прийти, – и исчез.
-Вот же блин, – я всплеснула руками, потому что снова забыла обо всём спросить.
Но, мне было чем заняться и я не собиралась тратить время на сожаления. Теперь у меня был чёткий план работ. Скинув свою поклажу на площадку, присмотренную вчера, я быстро начала устанавливать палатку. Она была огромной, двухкомнатной, с коридорчиком между комнатами и тентом для кухни, поэтому, я переживала, что она не войдёт вся. Пока собирала, ругала себя за то, что ничего не измерила заранее, думала и гадала, что и как можно будет уменьшить и, возможно, придётся отказаться от тента, который мне был очень нужен. Но когда собрала и стала закреплять колышки, обнаружила, что палатка влезла полностью и перед ней остался небольшой островок. В нём было столько же места, сколько вчера на площадке, приспособленной мной для отдыха. То есть барьер каким-то волшебным образом отодвинулся на нужное, мне расстояние.
-Не может быть, – я удивлённо взирала на палатку и чесала затылок, – я же точно помню, что вчера в полутора метрах от этого куста стоял барьер.
Сейчас же расстояние увеличилось, как минимум на два с половиной метра. Даже не задумываясь, решила не грузиться этой проблемой. Как ни крути, а этой загадке могло быть и тысяча и десять тысяч лет, и мне её точно не разгадать. Для хорошей вентиляции открыла все "окна" и "двери" в палатке, закрепила верёвку на стойках под потолком, тайком посмотрела в ту сторону, где вчера наблюдалось скопление оборотней. Там, пока, никого не было. Выдохнув с облегчением, я разложила свой неказистый скарб по углам палатки и отправилась изучать травы.
На этот раз я уже чувствовала себя настоящей ведуньей. Мне было удобно, комфортно, а главное впереди маячила конкретная цель. Подобрав книгу, я открыла её и принялась целенаправленно выбирать из списка травы, которые были необходимы для обезболивающего зелья. Конечно, книга не обещала, что именно это лекарство будет обезболом для ранений, сделанных оборотнями, но с чего-то нужно было начинать...