Ибо я сделал чуть не донос общественному мнению о плохом моральном облике Базилева во время СВО. (Одна надежда, что живопись не столь определённа, как слова, поэтому на донос мой не будет никакого реагирования власти.) Но надо бы рассерженность Базилева доказать на абы какой-нибудь картине.
Мне попалась такая.
В разборе я буду исходить из двух неравноценных объективностей. Одна – абсолютная: дата создания. Это – дата гражданской войны на Донбассе на фоне недавнего безвоенного перехода Крыма в состав РФ и буквального перенесения этого порыва Стрелковым из Крыма в Донбасс. Вторая объективность слабая: 3 из 4-х разобранных мною картин оказались по крымским мотивам.
Значит, делаю слабообоснованный вывод я: Татьяна тоже крымчанка. И отважное выражение её лица связано с политическим разговором, который она ведёт с художником во время позирования. Она активно участвовала в событиях Русской весны 2014 года хотя бы тем, что приняла голосование в референдуме и проголосовала, как 9 из 10-ти, за присоединение к России. И, вот, горда в разговоре с политическим оппонентом, который, может, лишь её подзуживает, чтоб у той глаза горели.
Но тот на неё зол, и это выразилось в манере живописи, называемой каньянте. Это одна из 4-х возрожденческих, одна из которых на слуху у всех – сфумато.
«Само слово является причастием настоящего времени от итальянского глагола cangiare («менять»… характеризуется изменением цвета при переходе от светлого к тёмному (валёру) на изображённом объекте… Например, если на картине объект в освещённой части выглядит жёлтым, художник может использовать красный цвет для прилегающих теней, а не переходить к тёмным, менее ярким оттенкам жёлтого, таким как жёлто-коричневые)» (Википедия).
У Базилева освещённое – голубое (блик на лбу, кончик носа, выступ подбородка, блеск бус), а теневое – жёлто-коричневое (веки в их глубине, тень от носа, закругление шеи назад).
И, если я правильно определил подсознательный идеал его лучших вещей (философское ницшеанство – принципиально недостижимое метафизическое иномирие), то само изменение в Этом мире ненавистно Базилеву, а не только агрессивная, мол, Россия и предатели-крымчане. Тогда он, повторяет идейную основу выбора со стороны Микеланджело способа каньянте из тогдашних четырёх. Как и у Леонардо да Винчи выбор сфумато – идейный.
Тут такое сложное дело…
Микеланджело это каньянте выбрал, приступив к письму Сикстинской капеллы. Это уже Позднее Возрождение. Отчаяние от краха подсознательного идеала Высокого Возрождения – гармонии между низким и высоким, - от краха в пользу низкого. Аморальности церкви в первую очередь. За нею – всего населения. От ненависти Микеладжело их (уже не своих, получается) святых изображал не только с гипертрофированными мясами тел, но и в тенях с переходом к другому цвету. Чтоб не было так, как в Высоком Возрождении: в тени тот же цвет, что и в свету, но с добавкой чёрной или коричневой краски. – Всё – не так!
Как для Базилева должно быть то же, но утрировано: для тени взять… оттенок жёлтого.
Леонардо, соответственно, сфумато зачем изобрёл?
А что такое сфумато? – Это такие нежные переходы от света к тени, что периферическим зрением иная тень может быть не замечена. Тогда зритель, глядя на глаза «Моны Лизы», не замечает некоторых теней у губ, и… Мона Лиза, как живая, улыбается губами. То же самое при смотрении на её губы. Она улыбается глазами. – Как живая! А она ж нарисована двойной: вакханкой и скромной. Зритель-мужчина это замечает. Начинает думать о ней кудряво. И… Она, оказывается, живая и прекрасно видит мужчину насквозь. Отчего тот испытывает смутно то, что было подсознательным идеалом в душе Леонардо – гармонию низкого и высокого.
И почему у Леонардо это было подсознательным?
Потому что он застал стиль, который от нас искусствоведы утаили. Лосев назвал его обратной стороной титанизма. Схематически рисовали сами по себе половые органы мужчин и женщин. И это было нормой. Но Леонардо в подсознании «думал», что так больше жить нельзя. И сознанием дал себе задание живописать наоборот – чтоб до иллюзии живого доходило. Вон – Мена Лиза то глазами улыбается, то губами.
При каждой смене идеостиля всё – наоборот!
Вот и Базилев – то же!
От ненависти не к этой москаляке, что не на гиляке, а к самому Этому миру, изменчивому, вон, даже он, художник, своей техникой, должен делать не так, как Микеланджело. Тот жёлтое для тени не назначал.
23 июля 2025 г.