Кто победит — метформин или GLP-1?
Скучный и давно известный метформин вроде бы до сих пор считался старожилом в лечении диабета второго типа. Но похоже, у него появился молодой и дерзкий конкурент. Исследование, охватившее почти 175 тысяч пациентов, говорит: лекарства из группы агонистов рецептора GLP-1, помимо снижения сахара, могут ещё и эффективно защищать мозг — и делают это, возможно, даже лучше старого доброго метформина.
Работа опубликована в журнале «BMJ Open Diabetes Research & Care», и, надо сказать, выглядит внушительно: она стала крупнейшим сравнением этих двух групп препаратов с точки зрения профилактики деменции.
Как проходило исследование
Команда учёных проанализировала обезличенные медицинские данные, собранные через глобальную сеть TrinetX — это что-то вроде гигантского цифрового архива здоровья, охватывающего почти два десятилетия (с 2004 по 2024 год).
Под наблюдение попали 174 458 пациентов с диабетом 2 типа: ровно пополам — одни принимали GLP-1-агонисты, другие — метформин, и как минимум полгода подряд. Средний возраст — 58 лет.
Исследователи хотели понять: а какой препарат лучше справляется с риском деменции?
А что насчёт результатов?
Самое интересное — разница была заметной. Хотя по риску сосудистой деменции оба препарата выступили почти на равных, общая вероятность развития любых форм деменции у пациентов на GLP-1 оказалась ниже — около 2,5%, тогда как среди тех, кто принимал метформин, показатель достигал почти 5%.
А если копнуть глубже:
- Риск болезни Альцгеймера снизился на 12%
- Вероятность других невоскулярных деменций — на целых 25%
К тому же, среди пациентов, получавших GLP-1, смертность была почти в два раза ниже (5% против 9%).
Эффект оказался особенно выраженным у женщин, лиц старше 60 и пациентов европейского происхождения. Но — и это важно — положительное влияние наблюдалось в целом по всем подгруппам.
Почему GLP-1-агонисты могут работать лучше?
Оба препарата, как поясняют авторы, способны защищать мозг. И GLP-1-агонисты, и метформин уменьшают воспаление в нервной ткани, борются с окислительным стрессом, улучшают чувствительность к инсулину и состояние сосудов.
Но здесь есть нюанс: GLP-1-агонисты проникают через гематоэнцефалический барьер — и действуют непосредственно в головном мозге. Метформин же работает скорее «по кругу» — через общее улучшение метаболизма.
Однако учёные признают: сосудистая деменция — история сложная. Повреждение мелких сосудов, участки белого вещества, нарушения микроциркуляции — всё это делает заболевание трудно поддающимся фармакотерапии.
Осторожно: выводы ещё не окончательны
Исследование носило наблюдательный характер — то есть не эксперимент, а анализ уже имеющихся данных. Поэтому делать однозначные выводы о причинно-следственной связи пока нельзя. Да и срок наблюдения может быть недостаточным, особенно в случае такой медленно прогрессирующей болезни, как болезнь Альцгеймера.
Тем не менее, Джон Чанг (John Chang), Наоми Вест (Naomi West) и их коллеги уверены: игнорировать эти данные уже не получится.
«С учётом катастрофических последствий деменции при диабете — и для семей, и для экономики, — стоит всерьёз задуматься о роли GLP-1-агонистов в качестве терапии первой линии», — подчёркивают исследователи.
Что дальше?
Нужно больше данных. Нужны рандомизированные исследования. Но одно можно сказать точно: мы стоим на пороге возможной смены парадигмы. Если GLP-1-агонисты действительно помогают не только глюкозе, но и памяти — это может изменить весь подход к лечению диабета.
Пока что — любопытный поворот. Дальше будет ещё интереснее.
Литература:
Evaluating GLP-1 receptor agonists versus metformin as first-line therapy for reducing dementia risk in type 2 diabetes, BMJ Open Diabetes Research & Care (2025). DOI: 10.1136/bmjdrc-2025-004902