Прошла неделя. Потом ещё одна. Артём звонит, извиняется, говорит, что Ирина не унимается. Детям всё больше гадостей про меня рассказывает. Саша уже боится телефон брать, когда я звоню.
А тут ещё мама Ирины объявилась. Звонит мне, начинает качать права.
— Слушайте, Ольга Петровна, — говорит таким противным тоном, — вы хоть понимаете, что натворили?
— Простите, а мы знакомы? — спрашиваю ледяным голосом.
— Я мать Ирины. И я возмущена вашим поведением!
— Чем именно?
— Вы лишили моих внуков наследства! Это несправедливо!
Я не поверила своим ушам. Внуков? Каких ещё внуков?
— Простите, но ваши внуки — это дети Ирины и Артёма. А квартира — моя. И я решаю, кому её дарить.
— Артём ваш сын! Он имеет право на наследство!
— Право имеет. Но не обязанность у меня есть! Это подарок, а не долг!
— Вы жестокая женщина! — заявила она, — лишаете детей будущего!
— А вы наглая тётка! — не выдержала я, — и вообще, какое ваше дело?
И бросила трубку. Сижу, трясусь от возмущения. Вот до чего дошло! Теперь уже посторонние люди мне указывают, как жить!
***
На третьей неделе не выдержала. Решила сама к внукам поехать. Может, поговорю с ними, объясню. Поехала к их школе, дождалась, когда занятия закончатся.
Выходит мой Сашка, видит меня и останавливается как вкопанный. Лицо испуганное, глаза большие.
— Саша, привет! — подхожу к нему, — как дела, внучок?
Он отступает на шаг назад.
— Бабушка, мама сказала с тобой не разговаривать.
— Саша, я же твоя бабушка! Я тебя люблю!
— Не правда! — вдруг заплакал он, — мама сказала, что ты нас больше не любишь! Что тёте Кате всё отдала!
— Сашенька, это неправда! — протягиваю к нему руки, — я вас очень люблю!
Но он убегает. Просто разворачивается и убегает. А я стою посреди школьного двора и реву, как дура. Вот до чего довела эта Ирина! Внук меня боится!
***
Вечером звонит Артём. Голос злой.
— Мам, зачем ты к школе ездила? Ира в истерике! Говорит, что ты детей преследуешь!
— Преследую? — не поняла я, — я хотела с внуком поговорить!
— Мам, пожалуйста, не надо пока. Саша весь вечер плачет. Говорит, что ты на него сердишься.
— Я на него сержусь? Да я его обожаю!
— Я знаю, мам. Но Ира ему другое говорит. Дай время, я всё улажу.
— Артём, сколько можно ждать? Дети от меня отвыкают!
— Мам, я понимаю. Но что я могу сделать? Ира угрожает со мной развестись, если я тебя к детям подпущу.
— А ты что, её боишься?
— Нет, не боюсь. Но и детей терять не хочу. Она может их увезти к своей маме, запретить мне видеться.
Поняла, что сын в тупике. Между женой и матерью разрывается. А Ирина этим пользуется.
— Хорошо, — говорю, — подожду ещё немного. Но не вечно же!
***
Прошёл месяц. Потом ещё один. Ирина не сдаётся. Детям про меня такие гадости рассказала, что Саша уже открыто говорит: «Я не хочу эту бабушку видеть».
А недавно узнала, что она всем соседям и знакомым жалуется. Мол, свекровь детей обделила, несправедливо поступила. И все ей сочувствуют! Говорят: «Бедная Ирочка, как же так можно!»
Катя расстраивается, предлагает квартиру обратно оформить. Но я не согласна. Принципиально! Не буду я под шантаж подстраиваться!
— Мам, а может правда переделать? — говорит дочь, — жалко детей.
— Катя, если я сейчас уступлю, что будет дальше? Ирина поймёт, что меня шантажом брать можно. Будет требовать ещё что-нибудь.
— Но внуки...
— Внуки поймут, когда вырастут. А пока что их мать делает из них заложников.
Сижу дома, скучаю по внукам до слёз. Но отступать не собираюсь. Не позволю этой стерве мной командовать! Квартиру дарила от чистого сердца, чтобы дочери помочь. А не для того, чтобы потом кому-то отчитываться!
***
Вчера встретила на улице маму Ирины. Идёт, нос задрала, делает вид, что меня не видит. А я не выдержала, подошла к ней.
— Здравствуйте, — говорю ехидно, — как внуки поживают?
Она остановилась, смотрит на меня с презрением.
— А вам какое дело? Вы же от них отказались!
— Это с чего вдруг?
— Не притворяйтесь! Всем известно, что вы Артёма обделили! Детей лишили наследства!
— Послушайте, — говорю, — а сколько вы своим детям квартир подарили?
Она замялась.
— Это... это другое дело.
— Чем же другое? У вас тоже двое детей, насколько я знаю. Каждому по квартире подарили?
— У нас другая ситуация! — начала оправдываться.
— А у меня моя ситуация! И вообще, какое ваше дело, что я со своей квартирой делаю?
— Эта квартира должна была достаться моим внукам!
Вот тут меня прорвало.
— Ваши внуки от меня ничего не должны получать! — заорала я, — это был бы подарок, а не долг! А подарки делают из любви, а не по принуждению!
— Вы бессердечная женщина! — крикнула она и убежала.
А я стою, смеюсь. Бессердечная! Это я-то, которая всю жизнь детям отдала! Которая внуков обожала! Но теперь, видите ли, бессердечная, потому что не так подарила, как им хотелось!
***
Сегодня звонила Кате, рассказала про эту встречу. Она смеётся:
— Мам, да не обращай внимания! Ты всё правильно сделала!
— Не знаю, доча. Внуков жалко...
— Мам, они вырастут, поймут. А пока что их используют против тебя. Это же не нормально!
Права дочь. Не нормально это — детей в заложники брать. Я своё решение менять не буду. Квартира Катина, и пусть остаётся Катиной. А если внуки когда-нибудь захотят со мной общаться — добро пожаловать. Но не из-за наследства, а просто так. По любви.
А Ирину я больше не боюсь. Пусть орёт, пусть всем жалуется. Правда на моей стороне. Я дочери помогла, которая в беде была. А не потакала жадности невестки, которая чужое добро считает.
Может, внуки когда-нибудь и поймут, кто прав, а кто виноват. А может, и не поймут. Но я совесть свою не запятнала. И этого достаточно.
- Как Вы думаете, вправе ли родители ограничивать общение детей с бабушкой из-за имущественного спора?
Обязательно подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые публикации!