— Да как ты посмела оставить Артёма без наследства! — орала в трубку невестка, — думаешь, я позволю такое? Не дождёшься! Больше к внукам не подходи!
— Ира, ты что себе позволяешь? — не поверила я своим ушам, — это моя квартира, и я решаю, кому её дарить!
— Не твоя уже! И теперь с моими детьми не общайся! Всё!
Гудки. Положила трубку. Сижу, дрожу от злости и не могу поверить в то, что только что произошло. Вот так, значит, бывает. Сделаешь добро дочери — невестка объявляет войну.
***
А началось всё месяца три назад. Сидела я как-то вечером, думала о жизни. Дети уже взрослые, у каждого своя семья. Артём с Ириной купили квартиру в ипотеку, живут нормально. А вот у Кати дела похуже. Муж у неё — тот ещё фрукт. То работу бросит, то запьёт на неделю. Я вижу, как она мучается, но молчу — не моё дело в чужую семью лезть.
Но тут у неё такой скандал был с этим Серёгой! Катька прибегает вся в слезах, с синяком под глазом.
— Мам, можно к тебе на пару дней? — шепчет, еле стоит на ногах.
— Конечно, доча, проходи. Что случилось?
— Да он опять пил... Домой не пойду. Боюсь.
Посадила её на кухне, чаем напоила, стала расспрашивать. А картина вырисовывается жуткая. Муж её регулярно распускает руки, деньги пропивает, а она терпит. Почему? Да потому что идти некуда! Живут в его квартире, а у самой Кати ничего нет.
И тут меня осенило. А ведь у меня есть квартира! Да, небольшая, двушка на окраине, но своя. Если я её Кате подарю, у неё будет крыша над головой. Сможет от этого алкаша уйти, нормально жить.
***
На следующий день так Кате и сказала:
— Доча, я решила квартиру тебе подарить. Оформим дарственную.
Она аж опешила.
— Мам, ты что? А как же Артём? Он же тоже твой сын!
— Артём мужик взрослый, сам заработает. А тебе помощь нужна. Не хочу, чтобы ты из-за жилья этого урода терпела.
Она расплакалась, обнимает меня.
— Спасибо, мамочка! Ты меня спасаешь!
***
Через неделю все документы оформили. Катя потихоньку вещи забирать стала, окончательно от мужа съезжать собралась. А я довольная — дочери помогла, теперь она точно не пропадёт.
Артёма сразу предупредила, конечно. Позвонила ему, объяснила ситуацию.
— Мам, я всё понимаю, — говорит, — Кате действительно помощь нужна. Я не против.
— Артёмушка, ты у меня золотой! — обрадовалась я, — знала, что ты поймёшь.
— Конечно пойму. Я же не маленький, сам заработаю на квартиру. У нас и так ипотека есть.
***
Вот думала, что всё хорошо закончилось. Дочери помогла, сын не обиделся. Ан нет, не тут-то было! Через три дня мне звонит Ирина и начинает вопить, как резаная.
— Ольга Петровна, вы как посмели такое сделать! — орёт в трубку, — мой муж что, не сын вам?
— Ира, успокойся, — говорю, — давай спокойно поговорим.
— О чём тут говорить! Вы оставили Артёма без наследства! Думаете, я это так оставлю?
— Какое наследство? — не понимаю, — у Артёма своя квартира есть!
— Это ипотека! А у Кати теперь собственность! Несправедливо!
Я чувствую, как внутри всё закипает. Какое право она имеет мне указывать, что справедливо, а что нет?
— Ира, это моё решение, — стараюсь говорить спокойно, — и не тебе его обсуждать.
— Ещё как мне! — взвизгивает она, — если вы немедленно не переделаете документы, я запрещу вам видеться с внуками!
Вот тут меня прорвало.
— Да ты что себе позволяешь, стервозная девчонка! — заорала я, — это мои внуки!
— Мои дети! И я решаю, с кем им общаться!
И бросила трубку. А я сижу, трясусь от злости. Ну и наглость! Думает, меня шантажом возьмёт? Как бы не так!
***
Дня три я остывала. Думала, что Ирина образумится, извинится. Или хотя бы Артём с ней поговорит, объяснит. А тут звонит Саша, мой внук.
— Бабушка, привет! — говорит весёлым голосом, — приедешь к нам в выходные? Мама сказала, что у тебя для нас сюрприз есть!
Сердце у меня защемило. Какой сюрприз? О чём он говорит?
— Сашенька, а что мама сказала? — осторожно спрашиваю.
— Ну, что ты нам что-то подаришь, если мы будем себя хорошо вести. А если нет, то ничего не получим.
Всё понятно стало. Ирина детей в заложники взяла. Использует их против меня.
— Саша, я всегда вам что-нибудь дарю, — говорю, — просто так, потому что люблю.
— Мама сказала, что теперь по-другому будет, — грустно отвечает внук.
Положила трубку и разревелась. Ну как можно детей в такие игры втягивать! Они же ни в чём не виноваты!
***
Решила сразу к Артёму ехать, пока он с работы не вернулся. Поговорить с Ириной по-человечески, объяснить.
Приехала к ним домой, звоню в дверь. Открывает Ирина, видит меня и лицо такое кислое делает.
— А, это вы, — говорит, — что вам надо?
— Ира, давай поговорим спокойно. Можно войти?
— Нет, нельзя. Я же сказала — пока документы не переделаете, в дом не пущу.
Стою на лестничной площадке, чувствую, как соседи из-за дверей подслушивают. Неудобно, но деваться некуда.
— Ира, ну ты же понимаешь, что Кате помощь нужна? У неё муж пьёт, бьёт её!
— Не моя проблема, — отвечает холодно, — пусть в полицию обращается.
— Да куда полиция? Ей жить негде! А у Артёма квартира есть, работа хорошая!
— У Артёма ипотека! — повышает голос Ирина, — мы двадцать лет платить будем! А Катька получила готовую квартиру!
— Но она же в беде!
— А мы что, не в беде? — уже кричит невестка, — у нас тоже дети, тоже расходы! Почему ей всё, а нам ничего?
Понимаю, что разговор бесполезный. Она ничего слышать не хочет.
— Ира, я не отниму у твоих детей последнее. Но и решение своё не изменю.
— Тогда к внукам больше не приходите! — рявкнула она и хлопнула дверью.
Стою одна на лестнице, а у самой руки трясутся от обиды. Вот так, значит. Полцарства подавай, а любовь — это так, по остаточному принципу.
***
Домой пришла вся разбитая. Села на кухне, чай завариваю, а сама думаю: что же делать? Внуков жалко до слёз. Они же не понимают, что происходит. Для них я просто бабушка, которая их любит.
Тут звонит Катя.
— Мам, как дела? Ты чего такая грустная была, когда я утром заходила?
Рассказала ей всё, как есть. Про Иринины угрозы, про разговор на лестнице.
— Мам, может, не надо было? — расстроилась Катя, — из-за меня теперь в семье разлад!
— Доча, не вини себя! — говорю, — это не твоя вина. Если они меня только из-за наследства любили, то и нечего было начинать.
— Но детей жалко...
— Мне тоже их жалко. Но что я могу сделать? Ирина их в заложники взяла.
Катя помолчала, потом говорит:
— А может, мне квартиру обратно оформить? На тебя?
— Ни в коем случае! — возмутилась я, — что ты говоришь! Это теперь твой дом. И никому его не отдашь!
— Но из-за меня...
— Из-за жадности! — перебила её, — из-за наглости и жадности!
***
Вечером Артём звонит. Голос усталый, расстроенный.
— Мам, извини, пожалуйста. Ира с ума сошла совсем.
— Артём, я не хотела ссор. Просто Кате помочь хотела.
— Я всё понимаю, мам. И не сержусь на тебя. Но Ира... Она считает, что ты её детей обделила.
— Каких детей? Они же ещё маленькие! И потом, у вас своя квартира есть!
— Мам, я ей это говорю. Но она не слушает. Говорит, что справедливо было бы пополам поделить.
— Пополам? — не поверила я, — а мне где жить?
— Она говорит, что ты к нам переехать можешь...
Я ахнула. Вот это размах! Мою квартиру поделить, а меня к ним подселить!
— Артём, ты это серьёзно говоришь?
— Мам, это не мои мысли! Я ей объясняю, что это бред! Но она не слушает.
— А дети?
— Детям она сказала, что ты их больше не любишь. Что Кате всё отдала, а им ничего не досталось.
Сердце у меня сжалось. Вот стерва! Детям мозги промывает!
— Артём, поговори с ними. Объясни, что это неправда.
— Мам, я пытался. Но пока я на работе, Ира им своё внушает. Они уже боятся с тобой разговаривать.
— Боятся? — не поняла я.
— Она им сказала, что ты на них сердишься. Что из-за них Катя без квартиры осталась бы.
Я чуть в обморок не упала от такой наглости.
— Какая же она всё-таки стерва! — не сдержалась.
— Мам, я с ней разговаривать буду. Но пока... Пока лучше не приезжай. Дай время всё уладить.
Положила трубку и горько заплакала. Внуки меня боятся! Думают, что я их не люблю! А эта змея им ещё и не знаю что в голову вобьёт.
- Как Вы думаете, правильно ли было дарить квартиру дочери, понимая, что это может разрушить отношения с другой частью семьи?