Началоhttps://dzen.ru/a/ZgUcJO8Li1pUZC3W
- Ой, - проговорила я и сдула с глаз волосы, которые растрепались и свисали из закрученного пучка на макушке эдаким пушистым ореолом.
Я, видимо, похожа была на какую-то кикимору болотную, потому что на голове было черт знает что, и сама чумазая, хотя платье не успела испачкать, недавно же надела. Я как увидела Серпантину с князем напротив, у меня язык-то и отнялся.
Но тут произошло неожиданное. Вальд сидел, смотрел на меня стеклянными глазами и делал вид, что меня не знает. А вот Серпантина неожиданно поняла мою внезапную паузу по-своему.
- Не бойся, девочка, все в порядке. Мы тебя подвезем в город. Потому что, говорят, в этих местах сейчас бродит дикий волк... И как это ты так заблудилась?
М-да. После этих слов я удивилась еще больше. Неужели мне ужасно повезло и Серпантина меня не узнала? Может быть! Ведь видела она меня всего одно мгновение, я сразу же рванула прочь, наверное, не успела она меня разглядеть как следует, а еще я была одета в брюки и тунику, а сейчас сижу в платье. И прическа у меня другая – я была гладко зачесана и с косой, а сейчас с пучком на голове и растрепанная. Точно, она меня не узнала!
Я покосилась на Вальда, но тот по-прежнему сидел с отсутствующим взглядом, словно и не видел меня. Это хорошо, пусть так и дальше себя ведет, а я начну выкручиваться из очередной неприятной ситуации. Мне на руку то, что эта змеюка меня не узнала. Буду глупенькой и простенькой крестьянкой.
- Ой, барышня, большое вам спасибо, что остановились и подобрали меня! Вы знаете, в лесу так страшно! Как будто и день вокруг, но когда заблудился, то всего боишься, так и слышишь, как за спиной что-то шумит, скрипит, пугукает! Вот так: пугу, пугу, пугу!
Серпантина скривилась от моего пронзительного крика, но сделала вид, что все хорошо. Спросила:
- А ты где-то здесь живешь? Твои родные, должно быть, волнуются за тебя?
- Нет-нет-нет, - замахала я руками. - Я сирота. Одна живу, у людей подрабатываю, батрачу. То на огороде кому-нибудь помогу, то за детьми посмотрю, то коров пасу. Знаете, как тяжело с коровами? Так и рвутся на валю! Особенно корова Красуля, дяди Феди. Хорошенька такая! Первенец у нее будет в этом году...
Я молола разную чепуху, а сама бросала взгляды то на Вальда, то на Серпантину. И знаете, что я вам скажу? Не нравился мне Вальд. Совсем не нравился. Потому что сидел и не реагировал ни на какие мои слова. И на Серпантину не реагировал, которая кривилась, а потом начала меня еще о чем-то спрашивать. Как зачарованный. Ох, сдается мне, что он и впрямь очарован! Тот же человек в лесу, что разговаривал с отцом Серпантины, кажется, Мертос, говорил же, что «схватим, обработаем, как надо..». Значит у них получилось!
И куда его теперь везут? Вероятно, в королевский дворец. Делать королем. Хотя коронация в понедельник, а сегодня только суббота, да у мерзавцев куча времени, чтобы все подготовить. И князя Кургуза обезвредить. Что-то еще они там говорили о яйце... Яйцо! Оно же было у Вальда в торбе!
Я посмотрела по сторонам, будто зачарованная красотой кареты, и начала что-то говорить об этом. Но краем глаза заметила, что у Вальда через плечо висит торба, которую никто так и не снял. Сверху в ней лежали его головные уборы, а в синей храмовнической шапочке он спрятал нагайнино яйцо.
Почему-то это яйцо было очень важно для заговорщиков. Значит, нужно сделать всё, чтобы оно не попало к ним. И спасти Вальда! Он, всегда такой сильный, выглядел беспомощным и не похожим на себя. Что же делать?
Мне нужно быть рядом с ним и с Серпантиной. Во-первых, чтобы забрать и спрятать яйцо. Во-вторых, чтобы помочь Вальду.
И я начала действовать.
- Ох, барышня, вы такая элегантная, такая красивая, такая замечательная, - затараторила я, преданно глядя на Серпантину. - Должно быть, вы родственница самой королевы? Может быть, даже одна из ее дочерей? Я так плакала, когда узнала, что королева умерла! Просто слезами заливалась. Но ведь будет новый король, князь Ленарт. А у него же такая красивая невеста! Самая красивая в мире нагайна! Вы очень на нее похожа, она красивее всех красавиц вместе взятых! Вот бы встретиться с ней! У меня вся стена в доме, когда я еще имела дом, была завешана вырезками с ее портретами из газет! Я ее пылкая поклонница! Они с князем Ленартом такая красивая пара!
Я сделала вид, что присматриваюсь к Вальду.
- Ой, а это случпем не князь Ленарт? Ой-ой-ой! А вы, может, сама госпожа Серпантина? Князева невеста? Ой-ой-ой-ой! А я, дура, и не узнала вас сразу! Здесь, в карете, немного темно, вам не кажется?
В карете и впрямь воцарилась полутьма, потому что на небе собрались тучи. Все-таки так жарко и душно было сегодня, точно перед дождем. Вдали уже слышались жидкие перекаты грома.
Серпантине понравились мои слова о ее красоте и о том, что они с князем красивая пара. Она перестала морщиться от моей болтовни, начала кивать одобрительно и важно.
- Да, это я, Серпантина. Ты не ошиблась. А это мой жених, Норвин, он, наконец, нашелся. Мы едем сейчас в королевский дворец.
Я упала перед Серпантиной на колени и заголосила, цепляясь за подол ее платья и преданно заглядывая в глаза:
- Королева! Высочайшая Серпантина! Я вас обожаю! Вы самая яркая звезда среди всех звезд Амритама! Да вы лучшее, что случилось с князем Ленартом! Правда же? - обратилась я к Вальду и схватила его за колено.
Никакой реакции, как сидел, уставившись в стенку кареты, так и продолжал сидеть.
- Ох, я вижу, князь Ленарт так счастлив, что не может оправиться от радости, что нашелся и теперь вы станете нашей королевой! Ну, а он, конечно, королем!
- Встань, не надо этой похвальбы, я не люблю! - сказала чопорно Серпантина, а сама, вижу, аж разомлела от комплиментов.
А я упрямо сижу у ее ног и все восхваляю, гадюку такую. Ведь убьют Вальда и не задумаются, а помочь ему некому, потому что никто и не знает этого заговора. Только я одна помочь могу.
- Да как же не радоваться и не хвалить, если к Амритаму такое счастье пришло! Вы же королевой будете! Я за вас буду молиться первому Нагу, прямо немедленно и начну! Здоровья буду просить! Чтобы вы были здоровы и счастливы, чтобы ваша красота никогда не увяла... Я и детям, и внукам своим буду рассказывать, что ехала в одной карете с королевой Серпантиной!
Серпантина млела, перестала отказываться от того, чтобы я ее хвалила, слушала и гордо кивала. Я начала подводить к основной и кульминационной части моего монолога, потому что именно от нее зависело, смогу ли я попасть в королевский замок вместе с ней и Вальдом.
- Но какие там дети, какие там внуки! Не будет у меня этого ничего, некому будет рассказать о вашей красоте, королева Серпантина! Потому что я скоро умру на улице от голода и холода! Потому что сирота я, уже говорила вам, и меня выгнали с работы в деревне, я там когда коров пасла, то не углядела, Красуля в поле зашла и всю озимую пшеницу погрызла и потоптала... Староста сказал не появляться в деревне... Я и забежала в лес от отчаяния, потому и заблудилась. Но потом, думаю, поеду в Первый Круг, взойду на самый высокий мост, который называется хвост Русалки (говорят, он высоченный, я не видела, не знаю!) и прыгну с него да и утоплюсь! Не хочу так больше жить! Ибо и дом мой, в котором вся стена вашими портретами была заклеена, моя удивительная королева, за долги отобрали у меня, и родни у меня нет, одна я на свете живу-у-у!!! - и тут я расплакалась.
Горько, навзрыд, по-настоящему. Я могу, если это надо для дела.
Упала в ноги Серпантине и реву. Жду.
- Не плачь, девочка, - говорит нагайна. - Я помогу тебе.
Меня, конечно, немного совесть начала мучить. Я так ловко обманываю Серпантину, аж самой стыдно. И взъелась я на нее, потому что ее жених - Вальд, в которого я влюбилась. А может, она сама по себе девушка неплохая, вон и подвозит меня к столице, пожалела. Аж совестно стало, Честное слово. Но только до ее следующих слов:
- Я могу посодействовать тебе с работой. Мне как раз нужна рабыня. Предыдущая, к сожалению, умерла. Несчастный случай. Она попала мне под горячую руку, когда не надо было, - увидев мои удивленные глаза, которые я не успела опустить, нагайна продолжила. - Ты же все равно собиралась покончить с жизнью. А со мной у тебя будет шанс еще немного пожить. Тем более, что мне понравилась твоя природная искренность. Будешь выполнять все, что я прикажу, не будешь лезть с глупыми вопросами и вообще никуда не будешь лезть без разрешения, и все с тобой будет хорошо. У тебя будет где жить, что есть, в королевском дворце будешь жить. Так как, ты согласна?
Я принялась хватать Серпантинин подол платья и целовать, а сама аж зубами заскрежетала от ненависти. Вот гадюка подколодная! Вероятно, предыдущую рабыню убила и даже совесть ее не мучает. А я еще волновалась... А эта змеюка еще и добавила:
- Я когда королевой стану, рабство в законах пропишу. Потому что так жили наши предки, всегда люди им служили и рабами были. Поразводили в Амритаме разные вольности! Людей во дворце видимо-невидимо, а нагов раз-два – и нету! Сильная рука должна быть у власти!
Я только кивала и восхищенно слушала, сжимая подол нагайниного платья. Как я его не разорвала на куски – диву даюсь. Делала вид, что ужасно счастлива, покорно заглядывала в глаза, все время благодарила. Короче говоря, Серпантина была довольна. Вальд молча сидел. А я на полу сидеть осталась – так мы и ехали в королевский дворец. Перед самыми воротами нас догнала гроза. Но мы успели зайти внутрь большого высокого здания, которое я видела только снаружи – внутри никогда не приходилось бывать.
Серпантину и Вальда встретили с почестями. Я пряталась за спинами придворных и была готова подскочить к Серпантине по первому зову, ведь я теперь ее рабыня.
Что ж, мой план удался, я попала в королевский дворец. Теперь оставалось как-то все здесь разведать, яйцо достать и спрятать, Вальда спасти, и выжить, не попав Серпантине под горячую руку.
И Серпантина не замедлила меня позвать.
- Эй, как тебя там зовут, - нашла она меня среди косившихся на меня придворных, просто и бедно одетую по сравнению с их нарядами.
- Василиса меня зовут, королева, - подбежала я к Серпантине, которая гоголем ходила между придворными, отдавая приказы, словно она и впрямь королева.
Я низко поклонилась, чуть лбом до колен не достала – мне не тяжело, не переломлюсь, а Серпантина пусть видит, что я ей ублажаю, боюсь.
- Не важно, - скривилась она. - Возьми в карете вещи князя Ленарта и отнеси в наши апартаменты. Вот тебе мой знак, скажешь, что ты моя служанка, тебя везде будут пускать. А мы с князем пойдем.
И Серпантина шлепнула мне ладонью по лбу. Я едва не упала от боли, но стиснула зубы, только слезы на глазах у меня выступили. Эта змеюка применила свою наговскую магию и поставила мне свое магическое клеймо, как настоящей рабыне. Я поклонилась еще раз и бросилась к карете, краем глаза заметив, что Вальд как стоял на одном месте рассеянно улыбаясь и кивая, так и стоит.
- Господа, - услышала я голос Серпантины. - Князь очень устал, должен отдохнуть, встретимся с вами вечером на торжественном ужине по случаю возвращения князя и будущего короля!
Придворные загомонили, захлопали в ладоши.
Надо было быстро все сделать, потому что я представления не имела, где находятся Сепантинины апартаменты. Метнулась к нашему экипажу, зашла внутрь – и сердце радостно забилось: Вальдова торба лежала на диванчике, где он до недавнего времени сидел, видно, когда выходил, Серпантина приказала снять с себя, потому что я первая выскочила, не слышала. Быстро схватив торбу, я открыла ее и с облегчением нащупала округлый бок яйца, замотанного в храмовническую шапочку. Быстро переложила ее в свою сумку и приказала Чернышу, который смотрел оттуда своими синими глазами:
- Смотри мне! Яйцо не трогай! Береги его! И тихо веди себя!
Котик зевнул и скрутился клубочком, снова будет спать. Вот жизнь - спишь и ешь! Хорошо кошкам жить! Еще и гладят их, любят, голубят... Красота!
На диванчике лежали еще какие-то сумки, я схватила их и побежала в королевский дворец.
Я нагнала Серпантину с князем уже почти у дверей их апартаментов. Мне помог найти их лакей, который, увидев знак у меня на лбу, засуетился, и быстро повел на третий этаж огромного дворца.
В апартаментах, как я поняла, было несколько комнат, гостиная, справа были покои князя, потому что он там сидел в кресле с отсутствующим выражением лица, я видела в приоткрытой двери. Серпантина ходила то в свою комнату слева, то в гостиную, что-то рассказывая невысокому мужчине, который бегал за ней по пятам и записывал в какую-то книжку.
- И принесите кровать, поставьте в чулане возле ванной комнаты, там будет жить моя рабыня! - сказала она, увидев меня.
Вот стерва, даже уже не скрывает, что сторонница рабства. Мужчина молча кивал и все записывал.
- Вещи занести в ту комнату, - указала Серпантина пальчиком на открытую дверь справа. - Я сейчас должна идти к князю Ленарту-старшему, порадовать его хорошей новостью, что, наконец-то, нашелся его сын, наследник престола. Ты убери здесь все и жди меня, и смотри, чтобы никто не смел зайти в наши апартаменты без меня. Поняла?
Я лихорадочно закивала, преданно глядя в глаза этой гадюки, кланялась и кланялась, пока Серпантина и мужчина не вышли за дверь.
Я быстро зашла в Вальдову комнату, бросила вещи на кровать и подбежала к нему. Он смотрел в одну точку и молчал.
- Вальд, ты меня слышишь? - спросила я тихо, заглядывая ему в глаза.
Он молчал, совсем не реагировал на мой голос. Ох, сильное заклятие наложила на него чертова нагайна!
Я попыталась собрать свою магию в сильный и проницаемый туман. Она сконцентрировалась вокруг Вальдовой головы, пытаясь пробить, уничтожить чары. Все зря! Чары действительно были мощными, держали в повиновении и послушании. И чары у этой сколопендры были рабские! Она как хозяйка могла позволить говорить, заставляла молчать, двигаться или оставаться окаменевшим... Я поняла, что моя обычная магия не сможет снять эти путы. А если я не сделаю этого сейчас, то не смогу потом, Серпантина всегда будет рядом, а завтра уже начнется подготовка к коронации, вряд ли рабыню пустят в высший свет...
А это заклинание, наложенное на князя Ленарта, как я понимаю, недоброжелатели готовили давно, долго и тщательно. Потому что просто так наложить его невозможно. Конечно, на кону трон Амритама! Но и наложить его снова враги князя не смогут так легко. Если я выведу Вальда из магического транса, то он сможет бороться, потому что сильный наг. А я... Не буду думать о себе, потому что в опасности мой наг, мой возлюбленный, мой Вальд...
Я подошла к Вальду, встала перед ним на коленях и проговорила, глядя ему в невидящие глаза:
- Вальд, я... Я знаю, ты меня не слышишь... но я хотела бы сказать тебе то, о чем думаю уже давно, о чем говорит мне сердце и о чем постоянно думает моя глупая голова... Вальд, я люблю тебя! Уже давно. Видимо, с тех пор, как ты поцеловал меня, когда я выводила тебя из стазиса, помнишь? - я улыбнулась, вспомнив. - Просто мне нельзя любить, Вальд. Я имею в себе зло. Я... Я мелюзина! Проклятая дева из водяного народа, возможно, последняя в мире, которая притягивает горе, пророчит несчастье, иногда видит будущее и которая может... много чего может... Моя кровь, Вальд, делает человека почти бессмертным... Я обладаю страшной, сильной и разрушительной магией. Но только тогда, когда я в своей настоящей ипостаси. Я не рассказывала тебе, хоть ты и догадывался. Я была на краю Амритама, потому что не только спасала Корнея, но и пряталась... От Него... Он знает, кто я... Ловит уже давно... Но тебе все это не нужно. Если я предстану в своей истинной ипостаси, то он точно узнает, где я нахожусь, придет и заберет меня. Только если я не спасу тебя, я не смогу дальше жить. Лучше смерть, чем знать, что любимый умер... Ты, Вальд, мой возлюбленный...
Я поцеловала неподвижного нага в губы, но он был невозмутим, холоден, не мой Вальд, который при первой же возможности так и прилипал ко мне с жадными и сладкими поцелуями...
Что ж, Василиса, пришло твое время.
Я поднялась и начала концентрироваться на себе, отпустила свои инстинкты, магию, эмоции, я очень, очень хотела стать сама собой. Мелюзиной. Настоящей Василисой. Точнее, Васантой. Моя мать была одной из последних мелюзин. Я же - последняя.
Мои ноги, руки, все тело стало покрываться чешуей. Нет, не такой, как у рыб, а мелкой, гладкой, глянцевой... Зелено-голубая чешуя захватывала все тело, делала меня сильной и неуязвимой. На меня в таком виде не действовала ни одна известная магия, а я, наоборот, могла снять, забрать, втянуть любые магические потоки в себя, я разрушала их, делала послушными, заставляла работать на себя, если это было нужно.
Теперь перед Вальдом стояла не девушка, а мелюзина с вытянутой мордой, отдаленно напоминавшей человеческую, змеиным телом и двумя хвостами, которые, словно ноги, могли держать ее, чтобы она не упала. Немного девушка-змея, немного русалка-мелюзина. Я протянула свои перепончатые пальцы к Вальду и положила ему на голову. Магия Серпантины была гадкая, отвратительная, невкусная. Я вдохнула, высовывая раздвоенный язык, меня передернуло от отвращения. Находиться в истинной ипостаси было приятно, непривычно и больно. Я снова почувствовала зло, которое высунулось из-за Нечистого леса, с моря, увидела туманное марево будущего, где Вальд говорил: «Я люблю...", тяжело вздохнула, втягивая в себя последние капли магии, наложенной на князя, и потеряла сознание.
- Василиса! - позвал Вальд и провел рукой по моему лицу, начал нежно гладить по щеке.
Я услышала его голос словно издалека. Вот бесстыдник, пользуется моментом, пока я сплю! Открывать глаза совсем не хотелось. "Еще немного посплю", - подумала я, представляя, что сейчас надо вставать, идти на огород... Хотелось полежать, потому что все тело почему-то болело...
- Василиса, Матрос опять под забором яму копает!
Что? Вот беда! Надо срочно пойти его прогнать! Я села (оказалось, почему-то на полу!) и закричала на Вальда:
- А ты почему его не прогнал? Сейчас же беги, потому что баба Галя нам жизнь не даст! Так будет ругаться, что у половины села уши завянут!
- Ох, наконец! - облегченно выдохнул Вальд. - Я думал, ты уже никогда не очнешься!
Я огляделась вокруг и поняла, что до сих пор нахожусь в той же комнате, где превращалась в мелюзину и снимала с Вальда покорительное заклятие. Не у себя в доме в Подлесном, как снилось, а в королевском дворце. Прошло, наверное, всего несколько минут. Просто мой организм не выдержал всех этих преобразований и нервотрепок и на минутку отказал. Я взглянула на свои ноги (платье было немного задрано) – все было в порядке, ноги как ноги, никаких хвостов и чешуи. Значит, я вернула себе снова человеческий облик.
Видел ли Вальд меня в истинной ипостаси? Наверное, видел. А может, нет? Потому что ведет себя, словно ничего не произошло, словно я и не лежала перед ним страшным монстром. Может, не успел? Ибо заклинание, которое было на него наложено, и впрямь было чрезвычайно сильным. Я едва справилась. А из него пока оно вышло, пока он очнулся, то, может, не успел меня увидеть мелюзиной.
Я взглянула на его озабоченное лицо, пытаясь понять, видел ли.
- Ох, я тут тебя и водой поливал, и дергал, и... э-э-э... целовал - все зря! Признаюсь - целовал, потому что это действительно было! - взволнованно говорил он. - А ты все не приходишь в себя...
- Ах, ты бесстыдник! - вскрикнула я. - Как это целовал? Без разрешения?
- Я думал, может, как в сказке о лягушке ты очнешься.
- Сам ты лягушка! Жаба болотная! Это ты меня сейчас с лягушкой сравнил?
Я вскочила на ноги. Неужели видел? И я ему теперь противна, как та лягушка? Или нет? Или просто к слову сказал?
- Василиса, что у тебя на лбу? - спросил вдруг Вальд очень серьезно.
Я потрогала лоб. Кожа там немного заныла.
- А-а-а! - махнула я рукой. - Это Серпантина мне поставила клеймо. Я теперь ее рабыня...
И я кратко и быстро рассказала Вальду всю свою историю после того, как выбежала из особняка, увидев его с невестой.
- Бедная девочка, - проговорил сочувственно Вальд и снова погладил мой лоб, словно хотел стереть знак.
Я отступила от его руки, потому что меня бросило в жар. Это его движение было таким близким, таким нежным...
- Вот как, она уже считает себя королевой! - протянул Вальд. - Ты зря убежала тогда. Потому что я хотел... Я сразу же хотел поговорить с Серпантиной и объяснить, что мы не сможем быть вместе, потому что обстоятельства изменились... Но она, как услышала об этом, тут же начала накладывать на меня какое-то заклинание... Я сопротивлялся, да все без толку. Стал, как марионетка. Почти ничего не помню с тех пор...
Вальд начал рассказывать, что произошло после моего побега, а я тихонько радовалась. Хорошо, что он не знает, кто я, и не слышал моего признания в любви. Все-таки не видел! Как хорошо! У меня аж настроение улучшилось.
- Серпантина убила магией тех двух человек, которые ждали нас в засаде, а потом пришли ее помощники. Я их знаю - это ее отец, господин Водогар и его друг и второй маг королевства Мертос. Быстро же они снюхались! Ведь господин Водогар и Серпантина вернулись с островов всего лишь полгода назад. И вот, на тебе, затеяли заговор. Может, и вернулись специально с таким намерением...
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/aI8XIlH60AALXblK