Катя вскочила с дивана, её сердце бешено колотилось, но она заставила себя улыбнуться, скрывая панику. Коридор был узким, освещённым тусклой лампочкой, отбрасывавшей длинные тени. Алексей стоял в окружении четырёх мужчин, его лицо побледнело, глаза были напряжёнными. Катя сглотнула, стараясь держать голос ровным, её пальцы невольно сжали край кофты.
— Добрый вечер, — произнесла она, натянуто улыбнувшись, её голос слегка дрожал. — Неожиданные гости.
Мужчины повернулись к ней, их лица оставались непроницаемыми. Алексей, заметно нервничая, быстро сказал:
— Солнышко, мы обсудим рабочие вопросы на кухне.
Он и двое мужчин скрылись за дверью кухни, плотно её закрыв. Дверь скрипнула, и этот звук отозвался в груди Кати, словно предвещая беду. Один из оставшихся мужчин встал у входа, скрестив руки, его взгляд был холодным. Второй, высокий и лысый, неожиданно спросил:
— А что это за сериал у вас идёт? — его голос звучал почти дружелюбно, что резко контрастировало с напряжённой атмосферой.
Катя удивлённо посмотрела на него, пытаясь понять его намерения.
— «Тени прошлого», — ответила она, её голос был осторожным, глаза следили за его движениями.
— Можно посижу, посмотрю? — спросил он, повернувшись к напарнику, его брови слегка приподнялись.
— Лёха, ты чего? — нахмурился тот, его голос был раздражённым.
— Да что тебе, жалко? — отмахнулся Лёха, пожав широкими плечами. — Я давно хотел эту серию глянуть.
Напарник фыркнул, пробормотав что-то невнятное, но не стал спорить. Лёха прошёл в гостиную, тяжело опустился на диван, отчего пружины жалобно скрипнули, и спугнул Конопушку, которая с недовольным «мяу» спрыгнула на пол. Он уставился в телевизор, где мелькали кадры сериала. Катя, не зная, как себя вести, осторожно села рядом, её мысли метались, пытаясь уловить, что происходит за закрытой дверью.
— Катя, ты меня помнишь? — тихо спросил Лёха через минуту, не отрывая взгляда от экрана, его голос был неожиданно мягким.
Она внимательно вгляделась в его лицо. Широкие скулы, лысая голова, мощное телосложение — он сильно изменился, но глаза показались знакомыми. В памяти всплыл образ худощавого подростка с выпускного.
— Игорь? Быстров? — неуверенно произнесла она, её голос дрогнул.
Он кивнул, уголки его губ слегка приподнялись.
— Точно. Давно не виделись, с выпускного, да? — сказал он, его взгляд стал теплее.
Катя вспомнила высокого, но худого парня, который теперь превратился в громоздкого качка, похожего на вышибалу.
— Ты сильно изменился, — тихо сказала она, её пальцы нервно сжали край дивана.
— Знаю, — кивнул Игорь, его голос был искренним. — А ты всё такая же красивая.
Катя смущённо опустила взгляд, чувствуя, как щёки теплеют. Но сейчас было не время для комплиментов. Она поняла, что это шанс.
— Игорь, что происходит? — шёпотом спросила она, бросив взгляд на дверь, где стоял напарник. — Пожалуйста, скажи.
Игорь отвёл глаза, его пальцы сжали кулаки, выдавая внутреннее напряжение.
— Катя, я человек маленький, — тихо ответил он, его голос был полон сожаления. — Мне не положено знать детали, и говорить с тобой я не должен. Но я не хочу этим заниматься, поверь.
— Игорь, умоляю, — она осторожно коснулась его руки, её голос дрожал. — Ради нашей школьной дружбы. Я вижу, что дело плохо.
Он тяжело выдохнул, бросив взгляд на дверь, чтобы убедиться, что их не подслушивают.
— Не знаю точно, что натворил твой муж, но косяк серьёзный, — прошептал он, его голос был едва слышен. — Готовься к худшему. Я сделаю, что смогу, но сейчас мне надо идти, чтобы не вызывать подозрений.
Игорь встал, бросив последний взгляд на экран, и вышел из комнаты, его шаги гулко звучали по коридору. Катя осталась сидеть, её руки дрожали, сердце колотилось. Она понимала, что звать полицию или лезть на кухню нельзя — это только навредит Алексею. Минуты тянулись бесконечно, каждый шорох за дверью заставлял её вздрагивать. Наконец дверь кухни скрипнула, и оттуда вышли Алексей с двумя мужчинами. Его лицо было белым, как полотно, глаза — пустыми.
— Мне нужно отъехать по делам, — сказал он, избегая её взгляда, его голос звучал механически.
— Куда? — спросила Катя, понимая, что вопрос бессмысленен, её пальцы сжали кофту.
— В офис, — коротко ответил он, его голос был лишён эмоций.
Катя мысленно отметила абсурдность происходящего. Все играли свои роли: она притворялась, что верит в его «поездку», мужчины — что это обычный визит, Алексей — что всё под контролем. Последним ушёл Игорь, еле заметно кивнув ей, и этот жест, словно тонкая нить надежды, чуть снизил её панику.
— Получается, мы никогда не узнаем, о чём я говорил с ними на кухне? — задумчиво спросил Алексей, сидя за столом в уютной кухне Кати. Кофе в кружке остыл, но он всё равно сделал глоток, его взгляд был прикован к её лицу.
Катя выдохнула, её пальцы нервно теребили край скатерти, её глаза смотрели в окно, где темнел вечерний город.
— Боюсь, что нет, — ответила она, её голос был полон сожаления. — Я слышала только обрывки голосов, но слов не разобрала.
— Я даже представить не могу, что ты тогда пережила, — сказал Алексей, его голос дрогнул, глаза потемнели.
— Ты пережил гораздо худшее, — тихо ответила Катя, её взгляд стал мягче. — Игорь рассказал, что произошло?
— Да, — кивнула она, её пальцы замерли на скатерти. — Он вернулся позже с напарником. Их послали запугать меня, чтобы я не обращалась в полицию. Если бы не он, разговор был бы жёстче. Игорь уговорил второго остаться за дверью, сказал, что сам всё объяснит.
— Серьёзно? — Алексей нахмурился, его пальцы сжали кружку, его взгляд стал напряжённым.
— Да, — продолжила Катя, её голос стал тише. — Он рассказал, что фирма, где ты работал, принадлежала очень влиятельным людям. Я поняла, что идти в полицию бесполезно — у меня не было доказательств.
— А документы, которые я украл? — спросил Алексей, чувствуя, как страх сжимает грудь. — Я не приносил их домой?
— Нет, — покачала головой Катя, её взгляд стал отрешённым. — И не говорил, где они. Я думала, ты поехал с теми людьми, чтобы их вернуть.
Она замолчала, её пальцы крепче сжали скатерть, оставляя на ткани складки. Конопушка, сидевшая на подоконнике, тихо мяукнула, словно почувствовав напряжение.
— Игорь рассказал, что они с напарником увезли тебя на пустырь у железной дороги, — продолжила Катя, её голос дрожал. — Тебя избили, ударили по голове и закинули в товарный вагон. Игорь сказал напарнику, что ты мёртв.
Алексей усмехнулся, но в его глазах не было веселья.
— Судя по всему, я очнулся через сутки, — сказал он, массируя висок, где иногда пульсировала боль.
— Игорь не был уверен, что ты выживешь, — тихо добавила Катя, её взгляд упал на кошку. — Он сделал всё, чтобы тебя не добили на месте, но просто отпустить не мог — его бы самого убили.
— К нему у меня претензий нет, — сказал Алексей, его голос смягчился, глаза стали теплее.
Катя посмотрела на него с грустью, её пальцы разжались, оставив скатерть в покое.
— После этого я жила в кошмаре, — призналась она, её голос стал тише. — Боялась выходить из дома, мне казалось, что за мной следят. Ждала тебя, думала, вернёшься. Но дни шли, а тебя не было.
Она замолчала, её взгляд скользнул к фиалкам на подоконнике. Алексей почувствовал укол вины.
— Я пыталась держаться, — продолжила Катя, её голос дрогнул. — Моя подруга Лариса приходила почти каждый день. Мы сидели на этой же кухне, пили чай, и я всё повторяла: «Лариса, я не могу в полицию. Они сказали, что следят за мной. Если я что-то сделаю, будет хуже». Она уговаривала меня, но я боялась.
— А потом ты вышла замуж, продала квартиру и переехала, — сказал Алексей, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё сжималось.
— Да, — кивнула Катя, её взгляд стал тёплым, но печальным. — Тот человек помог мне выбраться из депрессии. Без него я бы не справилась. Но мы быстро поняли, что не подходим друг другу, и развелись.
— Понял, — сказал Алексей, и они замолчали.
Конопушка спрыгнула с подоконника и запрыгнула на колени к Кате, требуя внимания. Она погладила кошку, и тишина стала чуть менее тяжёлой. Алексей смотрел на её тонкие пальцы, перебирающие рыжую шерсть, и чувствовал тепло в груди.
— Думаю, нам обоим есть о чём подумать, — сказала Катя, её глаза встретились с его. — Если хочешь, оставайся ночевать. Есть свободный диван.
— Неудобно как-то, — выдохнул Алексей, но его голос был неуверенным.
— Да ладно, мы же не чужие, — улыбнулась Катя, её улыбка была такой знакомой, что у него защемило в груди.
Утром, за завтраком, он смотрел, как она наливает кофе, и вдруг спросил:
— А что за «наше место»?
Катя удивлённо вскинула брови, её рука с кофейником замерла.
— Откуда ты…
— Записка, — напомнил Алексей, откусывая тост, его взгляд был полон любопытства. — Ты писала, что ждёшь меня каждое второе воскресенье в «нашем месте».
Она грустно улыбнулась, поставив кофейник на стол, её пальцы слегка дрожали.
— Я написала её, когда продала квартиру и вышла замуж, — сказала она, её голос стал тише. — Ещё надеялась, что ты вернёшься. Понимала, что по старому адресу ты меня не найдёшь. Работу я тоже сменила.
— План был хорош, — сказал Алексей, его взгляд стал задумчивым. — Даже с амнезией я вспомнил про дом со ставнями. Но «наше место»… я старался, но не смог.
— Хорошо, что ты нашёл меня так, — тихо сказала Катя, её голос дрогнул. — Потому что я уже полгода туда не хожу. Потеряла надежду.
Она пожала плечами, её взгляд стал отрешённым, словно она вспоминала долгие месяцы ожидания. Алексей почувствовал вину.
— Так что это за место? — напомнил он, его голос стал мягче.
Катя решительно встала, её глаза загорелись.
— Поехали. Тебе стоит это увидеть.
Они ехали долго, через утренний город, где первые лучи солнца отражались в стёклах высоток. Алексей смотрел на её профиль — точёный, с лёгкими веснушками, — и не мог налюбоваться. Ему было обидно, что он почти ничего не помнит о ней. Но одна догадка не давала покоя — он надеялся, что она верна.
Катя остановила машину на окраине, у холма. Они вышли и прошли к небольшой асфальтированной площадке, с которой открывался вид на Иркутск: река, мосты, купола церквей, утренний туман.
— Вот это красота! — воскликнул Алексей, вдыхая свежий воздух, его голос был полон восторга.
— Сюда ты привёз меня на первое свидание, — улыбнулась Катя, её глаза блестели от воспоминаний. — Потом мы часто здесь бывали. Раньше тут стояла одна старая лавочка, скрипучая, но уютная.
Она кивнула вперёд, указывая на новые лавочки вдоль края площадки.
— Теперь поставили эти, а вот стену так и не починили.
Алексей посмотрел на низкую каменную стену, огораживающую площадку. Камни были потрескавшимися, покрытыми мхом.
— Стену? — переспросил он, чувствуя, как в груди зарождается предчувствие.
— Да, вот эту, — указала Катя, подойдя ближе, её пальцы коснулись шершавого камня.
Алексей вдруг шагнул к стене, перегнулся через неё и начал ощупывать камни, его пальцы скользили по неровной поверхности.
— Лёша, осторожно! — забеспокоилась Катя, её голос дрогнул, она шагнула ближе.
Он не отвечал, продолжая искать. Катя подбежала и схватила его за ремень, боясь, что он свалится в обрыв. Но через секунду Алексей выпрямился, его лицо озарила улыбка. В руке он держал длинный пластиковый футляр, потёртый, но целый.
— Что это? — спросила Катя, её голос дрожал от волнения, глаза расширились.
— Документы, которые я украл, — ответил Алексей, его глаза горели. — Думаю, я успел их скопировать, прежде чем меня поймали.
Катя ахнула, её рука прижалась к груди.
— Ты хочешь сказать…
— Давай посмотрим, — предложил он, осторожно открывая футляр, его пальцы дрожали.
Он ожидал сложные юридические тексты, но слова были понятны. Документы подтверждали нарушения на стройке: подделка отчётов, дешёвые материалы, игнорирование норм безопасности. Страницы были испещрены цифрами, подписями, печатями — доказательствами, способными разрушить обман.
— Это то, что может всё изменить, — тихо сказал Алексей, его голос дрожал от осознания.
Позже, в дачном домике Романа, они сидели у камина, где потрескивали дрова. Снег падал за окном, укрывая землю. Роман сжал голову руками, его глаза блестели от интереса.
— Погоди, — сказал он, его голос был полон удивления. — Мне надо это уложить в голове.
— Мальчики, подкиньте дров в камин! — крикнула с кухни Наталья, её голос был тёплым, но с лёгкой насмешкой.
— Минуту, солнце! — откликнулся Роман, хватая полено из стопки у стены.
— Наталья, помощь нужна? — спросил Алексей, вдыхая аромат жареной картошки с кухни.
— Нет, мы с Катюшей почти закончили, — ответила она, звякнув посудой. — Скоро сядем за стол.
— Хорошо, — кивнул Алексей, его взгляд скользнул к камину.
— Короче, — продолжил Роман, подбрасывая дрова, — суд прошёл успешно?
— Да, — подтвердил Алексей, глядя на танцующее пламя. — На моих бывших начальников уже собирали компромат, но доказательств не хватало. А тут я с документами и свидетельскими показаниями.
— Свидетельскими? — переспросил Роман, прищурившись, его голос стал любопытнее.
— Скорее Катины, — выдохнул Алексей, массируя лоб. — Я вспомнил лишь пару моментов. Но документов хватило. Плюс Катя поговорила с Игорем. Он дал показания. Работал охранником и редко занимался такими делами, как со мной, но кое-что знал.
— Вот это да! — воскликнул Роман, хлопнув себя по колену. — Справедливость восторжествовала спустя годы!
— Да, — улыбнулся Алексей, его взгляд смягчился. — Личность мою восстановили.
— А с памятью как? — серьёзно спросил Роман, подбрасывая ещё одно полено.
— Есть улучшения, — ответил Алексей, глядя на отблески огня. — Катя посоветовалась с коллегами, нашла специалистов. Хожу, занимаюсь. Иногда всплывают образы, факты из прошлого.
— А работа? — поинтересовался Роман, отряхивая руки. — С тех пор как ты стал фотографом, я и не знаю, что у тебя нового.
— Грузчиком я больше не работаю, — улыбнулся Алексей, его голос стал увереннее. — По старым связям устроился младшим сотрудником в юридическую фирму. Что-то вроде помощника.
Роман фыркнул, но его глаза смеялись.
— Юридические знания у меня сохранились лучше всего, — продолжил Алексей. — Конечно, многое надо учить заново, но уже прогресс.
— Рад за тебя, друг, — сказал Роман, его голос был полон искренности. — Спасибо тебе. Без твоей помощи ничего бы не было.
Роман смущённо пожал плечами, отводя взгляд к камину, где пламя оживало.
— Да брось. Ты тогда был таким потерянным, как будто с другой планеты. Как тут не помочь?
Алексей улыбнулся, его взгляд стал тёплым.
— Ты будешь великим фотографом, — сказал он уверенно. — Ты чувствуешь людей и пространство. Я был как инопланетянин, без дома, прошлого, семьи. Не знал, кем был — хорошим или злодеем, любил ли кого-то. Страх мешал искать правду. Без тебя я бы так и мотался по городам, жалея себя.
Роман выдохнул, его лицо стало серьёзнее.
— У каждого бывают трудные времена, — сказал он, его голос был полон убеждённости. — Но мы не звери, должны помогать друг другу.
— Мальчишки, за стол! — позвала Наталья, её голос эхом разнёсся по домику.
Они переглянулись, улыбнулись и прошли на кухню. После добавленных дров в камине стало тепло, запах еды наполнял воздух. Катя сидела за столом, её щёки раскраснелись, и Алексей заметил на них веснушки, проступавшие в мягком свете.
— Надо же, — подумал он, — я думал, они только на солнце видны.
— Ты чего? — спросила Катя, поймав его взгляд, её голос был полон тепла. — Так смотришь, будто впервые меня видишь.
Он подошёл, обнял её за плечи и нежно поцеловал в щёку, чувствуя тепло её кожи.
— Я очень давно тебя не видел, — задумчиво сказал он, его голос дрогнул. — И боюсь, что многие наши моменты я никогда не вспомню.
Катя мягко погладила его по плечам, её глаза сияли.
— Это не страшно, — улыбнулась она, её голос был полон любви. — Я всё помню и всё тебе расскажу. Впереди у нас целая жизнь, мы создадим новые воспоминания.
— Мне бы этого очень хотелось, — сказал Алексей, его голос был искренним.
— Одно можно создать прямо сейчас, — хитро улыбнулась Катя, её глаза загорелись.
Он наклонился и поцеловал её, чувствуя, как её губы отвечают. Но через секунду она отстранилась, её улыбка стала шире.
— Это тоже прекрасно, но я о другом, — засмеялась она, её голос звенел.
— Сегодня какая-то дата? — спросил Алексей, пытаясь угадать. — Годовщина свадьбы? Первого поцелуя?
— Нет, — покачала головой Катя, её глаза сияли. — Ты просто пока не знаешь.
Он замер, и вдруг его осенило.
— Ты беременна? — спросил он, его голос дрожал от волнения.
Катя радостно кивнула, её улыбка стала ярче. Алексей вскрикнул, подхватил её на руки и закружил по кухне, едва не задев стол с салатами и горячим.
— Осторожнее! — прикрикнула Наталья, но её голос был полон смеха. — Понимаю, у вас второй медовый месяц, но всё же…
— Катя беременна! — радостно объявил Алексей, его лицо светилось.
— Вот это новость! — воскликнул Роман, хлопнув в ладоши.
— Поздравляю! — улыбнулась Наталья, её глаза сияли теплом.
Они налили шампанское в три бокала и сок в один, чокнулись, и звон стекла разнёсся по кухне.
— Надеюсь, этот момент я никогда не забуду, — задумчиво сказал Алексей, глядя на Катю.
Она нежно поцеловала его в щёку, её рука мягко легла на его.
— Теперь я тебя точно никуда не отпущу, — сказала она, её голос был полон любви.
— А я и не уйду, — ответил он, обнимая её. — Клянусь.
— Ладно, счастливые родители, — обратился Роман, его глаза лучились добротой. — Садитесь за стол, будем праздновать Новый год. У нас с Натальей традиция: каждый подводит итоги года. А у вас их будет ого-го сколько. Это точно.