По моему убеждению, этнический состав армии Спартака был представлен преимущественно четырьмя национальностями: германцами, галлами, фракийцами и греками. В пользу моей версии свидетельствует Плутарх, который пишет что после поражения в сражении при Силаре: «Большое количество спартаковцев еще укрылось в горах, куда бежало после битвы. Разделившись на четыре части, они отбивались, пока не погибли все, за исключением шести тысяч, которые были схвачены и повешены вдоль дороги из Капуи в Рим».
Вероятнее всего после гибели Спартака повстанцы разделились на четыре отряда именно по национальному признаку, что, по их мнению, облегчало ведение боевых действий в отсутствие погибшего вождя. В этом разделении вновь проявились те разногласия в армии рабов, которые преследовали их на протяжении всего периода восстания. Возможно, что после поражения в битве разукрупнению армии на четыре отряда по национальности в какой-то степени способствовала невозможность преодоления языкового барьера.
Белорусский историк А.А. Мотус считает, что основное ядро армии Спартака состояло из бывших рабов галлов и фракийцев, затем германцев разных возрастных поколений (кимвров и тевтонов), а также рабов других национальностей: греков, сирийцев, выходцев из Малой Азии и Северо-Западной Африки.
Присутствие значительного количества германцев в армии рабов обусловлено предыдущей Кимврской войной, когда Гаем Марием было взято в плен 150 000 тевтонов и кимвров. Вместе с германцами тогда на территорию Италии вторглись племенные объединения галлов (кельтов), из которых численность только амбронов достигала 30 000 воинов. Спустя тридцать лет у пленных северян возмужали выросшие в рабстве дети, которые влились в армию повстанцев.
По мнению кандидата исторических наук В.Ф. Миловидова в войске рабов Спартака вместе с германцами находились кельтские представители племен амбронов и тигуринов. Но последние во время вторжения кимвров в Северную Италию отсоединились от германцев и расселились на территории современной Швейцарии. Поэтому римляне в ходе Кимврской войны не могли иметь пленных кельтов из племени тигуринов.
Наличие фракийцев также являлось следствием недавней войны на Балканах, когда в период 78-74 годов до новой эры римлянами были порабощены фракийские племена скордисков, бессов и медов. Рабы греческого происхождения, преимущественно из Южной Италии и Сицилии, были самыми «интеллектуальными» в армии Спартака и на рабовладельческих рынках стоили дороже других невольников по причине имеющихся знаний и навыков культурной жизни.
В армию Спартака также входили представители всего Средиземноморья, попавшие в плен в результате многочисленных войн или захваченные морскими пиратами: ливийцы, мавританцы, иберы, иллирийцы, финикийцы. Несомненно, присутствие разоренных крестьян самой Италии, под которыми летописцы подразумевают многочисленных перебежчиков. В обсуждениях моей статьи на тему восстания Спартака был оставлен комментарий, автор которого категорически утверждал, что 120-тысячная армия повстанцев состояла исключительно из бывших легионеров – марианцев, то есть, являлась – профессиональной. Подобное утверждение подлежит рассмотрению разве что в кругах сторонников альтернативной истории, так как по сообщениям летописцев армия Спартака как минимум наполовину была представлена кельтами и германцами.
Первое противоречие в рядах повстанцев возникло, когда от основной армии Спартака отсоединился и был уничтожен римлянами 30-тысячный отряд кельтов и германцев Крикса. В результате повторных разногласий вместо того чтобы перейти летом Альпы и распуститься, армия Спартака решением большинства рабов двинулась обратно на юг. Затем от армии мятежников вновь отпал 35-тысячный отряд кельтов и германцев под руководством Каста и Ганника. Это разделение войска Спартака позволило Крассу последовательно в двух сражениях решить исход войны в пользу Рима.
Пестрый этнический состав армии Спартака в итоге привел к ее уничтожению, так как видение конечных целей восстания у повстанцев было разным, а гибель отделившихся 65 000 германцев и кельтов явилась невосполнимой потерей. Последние не могли вернуться на родину, ведь спустя тридцать лет территории их прежнего проживания уже были заселены другими народами. Это же касалось греков и разорившихся италиков, которые отвергли предложение Спартака уходить за Альпы и большинством голосов настояли на продолжении войны на территории Италии.
