Последние, принятые накануне Госдумой поправки, содержащие целый «букет» запретов — поиска экстремистской информации, рекламы ВПН, передачи телефонных номеров и аккаунтов — заставили задуматься: а когда наша власть в последнее время что-то разрешала или ослабляла?
На памяти, пусть меня поправят, только ковидные времена, когда власть, перепуганная не меньше народа, всё-таки сочетала запреты (выходить без необходимости на улицу, например) с какими-то поблажками. К примеру, автомобилистам автоматически на три года продлили действие водительских удостоверений. Похоже, с целью не столько поднять настроение, сколько оградить медучреждения, работавшие в режиме ЧП, от праздношатающегося населения – какие вам ещё медкомиссии?!
Сейчас водителей с «продлёнными» правами инспекторы ГИБДД штрафуют в массовом порядке – люди окончательно запутались в том, когда же им надо менять права, поскольку приложения Госуслуг всем пишут: «Ваши права продлены ещё на три года». А у инспекторов есть ведомственное письмо, указывающее – повторное продление не предусмотрено.
С началом СВО законодательные и правительственные поблажки касаются только бойцов спецоперации и их семей, исполняющих свой воинский долг. А также молодых и многодетных семей, которым предстоит выполнить перед государством долг демографический – нарожать побольше новых граждан России. Ещё можно со скидками/бесплатно получить какую-нибудь нужную государству профессию, чтобы потом тоже отдавать ему долг, работая за невеликую зарплату… Кажется, всё.
Для остальных же и законы, и законодатели предусматривают только ужесточения, выражающиеся, с одной стороны, в увеличении податной нагрузки: налогов, тарифов, штрафов, а с другой, - в непрерывно растущей череде запретов.
Один из последних, инициированных в Вологодской области – запрет на территории региона розничной продажи бензина, дизельного топлива и других видов горючего лицам младше 18 лет. Исключение предусмотрено лишь для тех несовершеннолетних, кому уже исполнилось 16 лет, и кто имеет законное право управления транспортным средством —водительские права и заправляет собственное или доверенное транспортное средство. Почему появился ещё и такой запрет – остаётся только догадываться – объяснений нет. Как не было их у только что принятых Госдумой «экстремистско-экспедиторских» поправок, которые пришлось комментировать «постфактум» всем – вплоть до пресс-секретаря президента.
Запреты сыплются на наши головы едва ли не через день, вызывая у народа отторжение от власти и единственное желание, чтобы от него, наконец, «отстали». Зачем же народные избранники плодят эти запреты, всякий раз оправдывая свои действия тем, что радеют за народное благо?
Можно ответить, что это – может быть проявлением корпоративного или личного цинизма, прикрывающего желание набрать очки в аппаратной борьбе, либо для кого-то, возможно, просто чувства самосохранения.
А можно копнуть глубже. Вспомнить, к примеру, прогноз политического философа Александра Ахиезера, который ещё в 1996 году предсказывал, как будет развиваться логика производства власти в тогда ещё вполне демократическом российском обществе под давлением традиций и обстоятельств. Происходившее осенью 1993 года напоминало ему переворот, совершённый в российском государстве Петром Первым.
Тогда, как и в петровские времена достаточно волевой, амбициозный правитель получил возможность осуществлять «расширенное воспроизводство власти».
«Опираясь на низовое сознание и эксплуатируя его фобии, он может «нейтрализовать» либерально-демократическую оппозицию; опираясь на альянс номенклатурно-мафиозных дельцов и интеллигентских «попутчиков», готовых прощать и замалчивать их грехи ввиду «красно-коричневой» угрозы, - подавлять народ. Судя по некоторым признакам, эта стратегия взята на вооружение», - писал Ахиезер 29 лет назад.
Он же указывал на невозможность без потрясения устоев Системы (грозящего распадом страны) дать всей России западные начала жизни. В итоге, как всегда бывало в истории, само начальство остаётся вестернизированным, а простолюдинов загоняют в архаику:
«Дестабилизирующий характер вестернизации проявляется в том, что она, как правило, носит односторонний характер. Послабляющим, эмансипаторским эффектом она обращена к верхам общества; а её издержки, зачастую безмерные, несут низы, загоняемые в гетто «азиатчины».
Как отметил Д.П. Кончаловский: «Самым важным является то, что одновременно с европеизацией высших классов, аристократии и дворянства... одновременно с их постепенным раскрепощением от государственного тягла, крестьянство, т.е. основная масса русского народа, в период от Петра Великого (и далее) всё более закабалялась властью помещиков и тем самым решительно отбрасывалась к полюсу жизни, диаметрально противоположному Европе».