Продолжение истории "Украденное счастье".
Войдя в палату к Павлику, Ольга пыталась скрыть волнение. Мальчишка несколько дней провел в неведении, почему его не забирает мама и почему бабушка с дедушкой плачут.
Но теперь, когда есть признательные показания Марии, Ольга может открыть ему всю правду. Только легко ли будет это сделать?
- Оленька, - Анастасия Сергеевна встала на колени перед ней, заливаясь слезами. - Мы же не знали. Мы и не ведали даже, что наша дочь воспитывает украденного ребенка! Мы же прикипели к нему всей душой. Как же нам быть теперь?
- Скажите, неужели Мария и вам соглала?
- Вот те крест, - Анастасия Сергеевна перекрестилась, смахивая слёзы. - Мы с Захаром еще ругали дочь, что она от чужого мужа ребенка нагуляла, да увела его. Но Павлика всегда принимали.
Глядя в глаза несчастной женщины, Оля почувствовала к ней жалость. Анастасия Сергеевна была очень хорошей, доброй. Она знала её всегда с положительной стороны. Как у неё родилась такая змея, остается загадкой. Сейчас Анастасии Сергеевне очень сложно - дочь под следствием, ей грозит не малый срок. Неизвестно увидит ли она мальчонку, которого внуком столько лет считала. Да и, по всей видимости, не будет у них больше внуков от дочери Маши, раз за столько лет своего не родила, а теперь и подавно не родит.
- Оленька, ты же аккуратно, ладно? Так, чтобы он всё понял.
- Скажите, Анастасия Сергеевна, а как Маша к нему относилась?
- Да хорошо, - задумалась женщина. - Не скажу, что прям ласковой с ним была или тетешкала его когда-то, но он всегда чистый, сытый ходил, она его читать и писать научила. Правда, порой мне казалось, что он её побаивался. Но мы ведь знаем её - она всегда была такой твердой, хваткой, возможно, что и мальчонку решила настоящим мужиком вырастить, а не нюней. А вот Степан да, сына любит. Порой отчего-то печальным взглядом смотрел на него, но только сейчас я понимаю, почему - видать, совесть мучила. Хотя была ли она у него?
Поговорив с Анастасией Сергеевной, Ольга вошла в палату и посмотрела на Павлика. Взгляд его умных глаз выражал печаль. Она прошла к окну и тихо произнесла:
- Скучаешь без мамы?
- Я устал здесь в палате. Я уже здоров, когда меня домой отпустят? Мама ведь приходила, но почему её ко мне не пустили?
Как сказать ему? Всё в душе Ольги переворачивалась. Она посмотрела на Павлика и чувство нежности накрыло её с головой. Пусть она не знала его, не видела, как он рос, но зов крови ведь никуда не денешь.
- Паша, у меня есть сын, его Кириллом зовут. Вы ровесники с ним. Он родился всего на два дня раньше, чем ты, в том же родильном доме.
Он смотрел на неё непонимающе. Вздохнув, Оля продолжила, стараясь подбирать слова тщательно. Но как не подбери, а правду сказать надо.
- Твоя мама работала там же. А твой папа раньше был моим мужем. Паша, ты мой сын, - наконец выпалила она жестокую правду. - Когда ты родился, тебя украли у меня, а вместо тебя мне отдали чужого ребенка, от которого отказалась его мама.
Павлик смотрел на неё, часто-часто мигая. В свои шесть лет он был смышлёным мальчишкой, но то, что сказала его врач, в детском умишке не укладывалось.
- Павлик, я твоя настоящая мама, а не та, которую ты так называл. Она украла тебя у меня.
- А папа? - губешки его задрожали, он готов был расплакаться.
- Папа у тебя настоящий, но он позволил тебя украсть.
Оля подошла к нему и, сев на кровать, обняла. Надо и дальше говорить ему правду. Ребенку всего шесть лет, в таком возрасте легче принимать информацию и перестраиваться на что-то новое. Она не представляла бы себе, если бы такое говорила подростку!
- Паша, их арестовали. Потому что за такие плохие поступки, как кража, всегда следует наказание.
- Они меня не заберут? - ребенок разревелся.
- Нет, - продолжала говорить Оля. - Их посадят в тюрьму. Но ты здесь не останешься. Паша, сегодня же ты пойдешь со мной. Мы с Кирюшей живем недалеко. Вы обязательно подружитесь. У тебя ведь никогда не было брата, а теперь будет. Я обещаю тебе, что никогда не буду обижать, я все сделаю, чтобы ты полюбил меня, слышишь?
- Вы такая хорошая. Но я скучаю по маме с папой.
Оля обняла его и прошептала:
- Это пройдет, мальчик мой. Пройдет... Ты научишься сеня любить, ведь я и есть твоя настоящая мама...
****
Не сразу, но он начал называть её мамой. Довольно быстро Кирюша и Павлик сдружились. В следующем году им предстояло идти в первый класс и так как Павлик уже умел читать и складывать простые числа, он обучал этому и Кирюшку.
Анастасия Сергеевна пару раз приезжала сама, чтобы увидеться с мальчиком, а однажды попросила:
- Оля, дай мне его хоть на недельку в деревню. Я обещаю тебе, что ровно через семь дней привезу его обратно. Беречь буду как зеницу ока.
Оля смотрела на неё и раздумывала. С одной стороны ей было страшно, а с другой... Они ведь и правда его внуком считали, любили его.
- Паша, поедешь к бабушке и дедушке в деревню? - спросила она вновь обретенного сына.
- Только если с братом, - серьезно заявил мальчуган. - Я не поеду в деревню без него.
- С братом, так с братом, - радостно закивала Анастасия Сергеевна. - Отпустишь, Оль?
- Да куда мне деваться? Отпущу, - улыбнулась Ольга.
Когда они уехали, на следующий день к ней на работу вновь приехал Анатолий Семенович.
- Ольга Лукьяновна, разрешите пригласить вас в кино .
Она вздохнула. Ухажер был навязчивым. С одной стороны, он ей тоже нравился, но не верила она мужчинам. А теперь, когда у неё аж двое шестилетних сыновей, то вряд ли она стала завидной невестой. Как говорила санитарка, пожилая Вера Дмитриевна - такой поматросит, да бросит. А вдруг она права?
- Не стоит, Анатолий Семенович. У меня двое детей, мне после работы к ним бежать надо.
- Врёте вы всё! Никуда бежать вам не надо. Ваши дети сейчас в деревне у бабушки.
- Откуда вы?...- Ольга нахмурилась, а потом глянула в окно, где с молоденьким милиционером весело щебетала Галочка. Встав, она поймала её взгляд и показала кулак. На что Галина только застенчиво улыбнулась.
- Ну, раз других поводов отказывать нет, то я приду за вами к шести часам вечера. Буду ждать при входе в больницу.
- Никуда от вас не денешься. Только вот мне бы в порядок себя привести.
- Ну что вы, Ольга Лукьяновна. Вы прекрасно выглядите. Краше всех, кого я знаю.
- Подхалим, - буркнула она. - Идите, мне обход делать надо.
В кино она всё же пошла, а потом и на прогулку в парке согласилась, и в лес за грибами с ним сходила. Сама не поняла Оля, в какой момент ей стал дорог этот человек. С Павликом и Кирюшей он поладил, а чуть позже познакомил их с Сережей. Трое мальчишек удивительным образом быстро подружились. Не было меж ними ни ссор, ни драк. Если шкодили - так вместе. Вместе и наказание разделяли на троих.
Оля даже не верила, что может быть такая идиллия, что в её жизни наступил счастливый период. Но иногда её сердце сжималось от страха, что пройдут года и вернутся Степан с Марией. Как тогда быть?
Она по-прежнему отпускала детей к бабушке с дедушкой. Те даже Сереже были рады. Порой Оля жалела, что Анастасия Сергеевна мать Марии, а не её. Такой она была доброй и заботливой, что в который раз приходил на ум вопрос - в кого же пошла Маша? Отец её, дядя Захар, тоже ведь не подлый человек. Он добрый, справедливый. И сын их, Саша, тоже в родителей пошел.
***
- Значит, свадьбу играть надумали? - Спросила Анастасия Сергеевна, сидя за столом. Её и Захара Григорьевича пригласили в гости по случаю начала учебного года. Павлик и Кирюша пошли в первый класс, а Сережа в третий.
- Надумали. Наконец-то Оленька дала своё согласие. Я в управлении завода узнавал, нам квартиру новую дадут. Мы с Сережей в коммуналке жили, а у Ольги одна комната. Но так как у нас трое сыновей, то обещали дать хорошую двушку. Не знаем только, две комнаты в коммуналке или отдельную. Это, как начальство моё решит. После свадьбы мы сразу будем усыновлять мальчишек - Кирилл и Павел будут записаны на меня, а Сергея Оля усыновит, - делился своей радостью Анатолий.
Анастасия Сергеевна смахнула слезу, а потом тихо произнесла:
- Вы мне как родные стали. С тех пор, как Машку посадили, я сперва чувствовала огромную вину, постоянно за неё прощения просила. А потом так привыкла к вам, будто кровными вы стали. Не откажите, милые, свадебку в деревне сыграть.
Анатолий и Ольга переглянулись. Не очень им хотелось стать центром внимания односельчан Анастасии Сергеевны, но женщина так просила, что отказать ей было невозможно.
- Хорошо. У нас роспись на 10 сентября назначена.
- Ой, успеем подготовиться, - сквозь слезы улыбнулась женщина. - И сынок мой, Саша, лавочки починит. Давненько не было гулянок в нашем дворе, последний раз четыре года назад, когда сын женился.
***
Всей гурьбой они приехали в деревню сразу после росписи. Но странность отметила Ольга на гулянке - Саши не было, Захар Григорьевич тоже куда-то подевался. Сама Анастасия Сергеевна будто бы улыбалась через силу, выпивая за счастье молодых.
- Что-то не так, - покачала головой Ольга, а затем спросила невестку Анастасии Сергеевны: - Лиза, а что случилось? Не рады твои свёкры? Но они ведь сами уговаривали нас приехать.
- Всё хорошо, Ольга, тебе показалось. Просто мама Настя устала, а у свёкра спину скрутило. Мой Сашка сейчас дом помогает Хорошевым достраивать, тоже сильно устает.
Оля пожала плечами. Может, и права была Лиза. Но ночью, когда все гости разошлись, а дом погрузился в сон, Ольга не могла долго уснуть. Она ворочалась с боку на бок, пока не услышала за дверью какой-то шорох, а потом луч света просочился через щель в деревянной двери.
- Захар, чего не спишь? - услышала Ольга ворчание хозяйки и подошла к двери.
- Уснешь тут. Настена, как же ты выдержала? Неужто сердце в камень обратила?
- Скажешь тоже. Я еще позавчера все слезы выплакала.
- Отчего не отменила эту свадьбу?
- Мы их так уговаривали, так просили. Не хотела я им свадьбу портить. Машка и так Оленьке жизнь искалечила, а теперь еще и такой светлый день бы таким известием омрачить...
Оля не выдержала. Она открыла дверь и тихонько вышла, прикрыв её за собой, чтобы муж не услышал.
- Что происходит? Может, наконец вы расскажете?
Они молчали, но Ольга смотрела на них серьезно, давая понять, что с места не сдвинется, пока правды не узнает.
- Письмо нам пришло позавчера, - вздохнула Анастасия Сергеевна. - Умерла наша Машутка в лагере. Бабоньки тамошние жизни ей не давали. Конечно, по такой статье сидит... Написали, что ночью, 2 сентября её не стало. Кто-то из осужденных убил её. Ведут следствие. Нам вот письмо пришло только позавчера.
- Как же так? - ахнула Ольга. -Вот почему Саши не было на свадьбе и вас, Захар Григорьевич! И теперь мне понятна ваша тоска и грусть в глазах за свадебным столом, Анастасия Сергеевна. Лиза сказала, что вы устали, но выясняется, что причина в другом. Почему вы ничего нам не сообщили? Разве мы не люди, не поняли бы?
- Оленька, моя дочь жизнь тебе сломала, не хотела я и свадьбу портить.
- Мы бы просто расписались и всё.
- Нет, я все сделала правильно, я так считаю.
Обняв её, Оля заплакала. Что за женщина? Получив извещение о потери дочери, играла свадьбу её соперницы?