Возвращение к истоку
Поезд, похожий на длинную темно-зеленую гусеницу, не так уж и быстро двигался по небольшой насыпи. Вдоль путей простиралась степь, только-только начинающая зеленеть в растаявших прогалинах.
Лида смотрела в окно унылым взглядом и думала совсем невеселую думу: она ехала домой, в свой город, покинув Москву, скорее всего, навсегда. Ирочка мирно спала на нижней полке, больше в их купе никого пока не было, но на любой станции попутчики могли появиться. Пока же Лида наслаждалась спокойствием.
Как же резко изменилась ее жизнь за последние месяцы! Все перевернулось с ног на голову, она потеряла работу, жилье в Москве, любимого человека и нажила себе врагов в лице хотя бы той же Виолетты, которая устроила ей скандал на прощание и заявила, чтобы она, Лида, никогда в жизни не попадалась ей больше на глаза!
А за что?! Только за то, что она хотела пожить с Ирой в их квартире какое-то время, пока найдет другое жилье? Как же все несправедливо и жестоко!
Лида позвонила тогда Григорию и рассказала обо всем. Он пообещал опять поговорить с женой и все уладить, но Лида от его помощи отказалась.
- Нет, Гриша, не надо. Вы все мне так надоели, честно говоря! И ты извини, но ты бессилен что-либо сделать. Мы с Ирой уходим от вас. А если Аркадий появится, так и скажи, что ты не знаешь, где нас искать. Все, прощай! – сказала ему Лида, почти рыдая и бросила трубку.
Она была в отчаянии. Казалось, вокруг не было ни одного человека, способного хоть как-то помочь ей. А вот совсем чужие люди откликнулись на ее горе. Мама Миши Зуброва приютила их и даже не спрашивала Лиду ни о чем.
- Живи пока тут, дочка. Куда ж ты с ребенком пойдешь? – сказала она Лиде. – Определишься, тогда как знаешь. А пока располагайтесь в Мишиной комнате, а он тут, на раскладушке поспит, - сказала она и указала на пустое место у окна в большой комнате, в которой стояла и ее кровать.
- Мы не надолго. Я сейчас все свои дела оформлю, уволюсь, выпишусь, и мы уедем, - говорила Лида, уже решившая возвратиться домой.
Так они с Ирой прожили у Зубровых почти весь март. Денег у нее было мало, и она не стала артачиться, когда Мишина мама сказала ей, что их подъезду нужна уборщица.
- Мне предложили, я не отказалась. Я буду числиться у них, а ты убирай. Копейка твоя. Согласна?
Лида тут же согласилась, и на кусок хлеба у нее появилось. Были еще, правда, Аркашкины двести долларов в запасе, но их Лида держала на черный день. Перед отъездом с помощью Оксаны она умудрилась их обменять, заплатила за билет на поезд, а остальное взяла с собой. Не с пустыми руками приедет к маме.
На работе тоже было нелегко объясняться с начальством. Она уволилась, когда Виолетта настоятельно потребовала освободить квартиру. Садик открылся после ремонта, но Ирочка тут не вернулась. Лида вместе с ней уже переселилась к Зубровым, а оттуда до садика пришлось бы добираться часа два.
На работе ее попрекали тем, что она получила драгоценное место на фабрике, ей поверили, доверили, а она, неблагодарная, пренебрегла всеми и бросает их на произвол судьбы в самый разгар производственного периода.
Лето на подходе, заказов тьма, заказчиков не сосчитать, каждый работник на вес золота! А она «положила на всех», как выразилась Алефтина, и по примеру своей подружки-вертихвостки подается в бега.
- Назад тебе, Щепкина, пути нет, запомни! Завтра же выписывайся из общежития, жалко, что сегодня уже поздно, и вперед! – напутствовали ее в цеху и стращали Анастасией Филипповной, начальницей отдела кадров, которая такую характеристику ей в личное дело положит, что потом ни один работодатель на нее не позарится.
- Да что вы за люди за такие, - робко вступилась за Лиду сердобольная Зина Лебедева, - Щепкина увольняется по семейным обстоятельствам, у нее горе, личная трагедия, а вы напали на нее, как на врага народа. хоть уж не злобствуйте, если не умеете сочувствовать!
Лида с благодарностью посмотрела на Зину, она не ожидала, что ее молчаливая, тихая по природе соседка может так уверенно высказываться, причем наперекор всем.
Она защищала Лиду, и что странно, после ее высказывания все как-то притихли и отпустили Лиду с миром, правда цветов не вручили и руки не пожали.
Лида ушла, тихо попрощавшись со всеми, и отправилась в общежитие собрать остатки своих вещей и оформить обходной лист.
Вспоминая сейчас все это, Лида не могла удержаться от слез. Она вытерла их салфеткой и стала размышлять над тем, что она скажет маме и как объяснит ей свое появление, да еще с Ирой. Мама тоже вряд ли обрадуется ей.
Лида еще раз прокрутила в мозгу всю авантюру, которую они провернули с Оксаной и в очередной раз задумалась, не чревато ли это все плохими для нее последствиями.
После ссоры с Виолеттой Лида снова пришла к Оксане, ей нужна была ее помощь. Она рассказала о своей безвыходной ситуации и что намерена вернуться с Ирой к маме. В Москве ей жить негде, а ребенка нужно кормить и содержать.
- И чем я могу тебе помочь? – спросила Оксана.
- Понимаешь, я узнала, что могу получить доверенность на опекунство. Надо его оформить. Паспорт Светкин у тебя есть. Вот форма.
И Лида достала из сумки документ, который ей помогла добыть все та же сердобольная начальница отдела кадров.
Вместе с Оксаной они заполнили его, вписали данные обоих паспортов, Оксана пообещала съездить в офис и «отксерить» копию паспорта Светы.
- А к нотариусу идти не нужно разве? Я не пойду, – заволновалась она.
- Нет, не обязательно. Если этот документ оформлен с подписями с обеих сторон, плюс копия Светкиного паспорта, то этого достаточно. Мы с нашей кадровичкой все выяснили. Не поверишь. Она так помогла мне! А сначала детским домом угрожала.
В доверенности было указано, что Светлана Анатольевна Ушакова добровольно отдает свою дочь Ирину Солодову на воспитание Лидии Афанасьевне Щепкиной на неопределенный срок, так как сама она гастролирует по миру и не может возить с собой маленького ребенка, отец которого безвестно отсутствует.
Кто из нас хоть раз не поступался совестью в экстремальных жизненных ситуациях? Наверное, есть такие, не спорю. Но у Лиды не было другого выхода. Слово «детдом», в котором могла оказаться Ира, пугало ее так, что она была готова пойти на что угодно, только бы оставить Иру у себя.
Конечно, она понимала, что рискует. Но выбора не было. Или она идет по этому пути, или теряет Ирочку. И вдруг Оксана сказала:
- Лида, ты только не обижайся, я нашла Светину визитку. Может, ты ей напишешь или позвонишь? Там адрес указан и телефон.
- Что же ты раньше молчала! Теперь когда мне этим заниматься? Ладно, давай сюда. Пригодится.
Но у Лиды защемило внутри. Она не может не написать Свете. Но тогда вдруг она приедет и заберет Иру? Но думать об этом пока не хотелось.
Лида и Оксана, совершив эту сделку, кое-как примирились. Оксана Снежко рассказала всю правду, объяснила, как она стала Светланой Ушаковой и поклялась, что использует ее имя только для своей работы как псевдоним. Ну и числится на работе под ее именем
Лида так и не поняла, зачем ей это нужно, и чем имя Оксана Снежко - красивое, чистое, звонкое – хуже Светланы Ушаковой, обычного, невзрачного и не такого благозвучного.
- Ну понимаешь, дело не в имени. Дело в имидже. Неважно, как оно звучит, важно то, что я заграничная штучка, артистка, везде была и все видала. И работать пришла в их компанию, как одолжение им сделать. Они со мной считаются, понимаешь? А если я Оксана, девочка ниоткуда, то меня сразу на побегушки, если вообще возьмут, – объясняла Лиде ее бывшая подруга.
- Ну конечно, а так ты не на побегушках, фея чистоты, а проще говоря, уборщица! Что же они тебе получше роль не придумают, раз ты такая особенная, заграничная штучка? – допытывалась Лида.
- Потому, что меня фирма не отпускает! «Клин ап» эта самая. Я у них теперь как фирменный знак, всю их продукцию рекламирую, скоро на телевидение забросят, хотят рекламный ролик на три минуты сделать. Тогда я уже на всю страну прославлюсь. Я не могу такой шанс упускать! Там вот меня может кто-то и посерьезнее заметить.
- Ну да, Кристиан Диор, не меньше. Унитазы и полотеры уйдут в небытие, их сменят хрустальные флаконы духов и фейерверки Парижа. Оксана, спустись на землю, рожденный ползать летать не может. Тебя раскроют рано или поздно. Что ты тогда будешь делать? - спросила Лида и покраснела: а сама? Недалеко ушла.
- Лида, я решила выйти замуж за Эдика. Тогда я поменяю фамилию, а потом и работу. Подыщу другое место. Если ролик выйдет на телевидении, то будет проще. И паспорт Светкин заброшу куда подальше, клянусь!
- А ребенок? Ты решила его оставить?
Оксана сказала, что зря переживала, беременности не было, и с Владом своим она рассталась. Лида пожелала ей удачи на прощание, а на сердце и душу тяжелым бременем давил ее собственный поступок.
Попав в тупиковую ситуацию с Ирой, ей пришлось прибегнуть к помощи Оксаны все с тем же пресловутым паспортом. Но тем не менее, Лида была счастлива в глубине души. Самое главное, что Ира с ней, а Аркадий, если он когда-либо объявится, пусть ищет их сам.
Раз он за три месяца так и не вернулся из Америки, значит, его либо нет в живых, либо он просто перечеркнул всю свою прошлую жизнь вместе с дочерью и начал новую.
Ну что ж, тогда Ирочке тем более нужен родной человек рядом. Никто, кроме Оксаны Снежко, не знал о том, что Лида вместе с Ирой покинула Москву. С Григорием она больше не виделась, хотя звонила ему много раза, приходила в мастерскую, но так и не застала.
И все же она праздновала свою маленькую победу над всеми, она ехала домой и везла с собой Иру, самое дорогое ей существо на свете, ну не считая мамы, конечно. Вот только Свете Ушаковой она просто обязана написать!
Полину Васильевну, свою мамочку, Лиду увидела сразу. Она стояла на перроне и беспокойно вглядывалась в мелькающие, пробегающие мимо нее окна вагонов. Когда поезд остановился, она увидела, как Лида вышла на перрон, потом стащила свой чемодан, а потом ей передали ребенка.
- О господи, я так и знала! – прошептала Полина Васильевна и бросилась дочери навстречу.
Лида стояла около своего огромного чемодана, держала за руку Иру и смотрела на бегущую к ней маму с замиранием сердца. Предугадать мамину реакцию она не могла.
- Лидуха, доченька..., – проговорила мама и крепко обняла Лиду.
- Мамочка, здравствуй. Я вернулась, – говорила Лида, гладя маму по спине.
Ирочка тихо стояла рядом и улыбнулась только тогда, когда Полина Васильевна присела, взяла ее за плечики и сказала:
- Ну что, лягушка-путешественница, с приездом.
- Здравствуйте, тетя, - сказала Ира почти шепотом.
- Ух ты, молодец! Говоришь уже, на конфетку! – сказала ей в ответ Лидина мама и протянула «Мишку на Севере», оказавшуюся у нее в кармане.
- Мама, она сейчас вся перемажется, - сказала Лида.
Но Ира есть конфету не стала, она зажала ее в кулачке, и троица двинулась к выходу.
Полина Васильевна вздыхала всю дорогу, косилась на дочь, на Иру, но ничего не спрашивала. И только дома, уже после ужина, когда уложили Иру спать, мать и дочь предались долгой беседе, которая продлилась почти до утра.
Суть беседы сводилась к тому, что Лида с Ирой, которая ее кроме, как мамой, никак не называет, будут теперь жить здесь. Лида показала маме «доверенность Светы Ушаковой», которая якобы перепоручала дочь ей, и попросила маму никогда Лиду этим не попрекать.
- Это мой крест, мама. Я люблю Ирочку, и никому ее не отдам теперь. А ты мне либо помоги, либо не мешай.
- Мешать я тебе не буду, конечно. Но помогать я тоже не смогу. Управляйся сама. Ищи работу, устраивай ее в детский сад, что хочешь, то и делай. Я ничего не понимаю, как это можно чужого ребенка пригреть и воспитывать? Но тебе виднее. Раз решила на своей судьбе крест наложить, накладывай.
Лида ожидала худшего. Она думала, что мама будет на нее кричать, ругаться, убеждать в неправильности ее поступка, но она ошиблась. Полина Васильевна как будто устала уже от все этой истории и махнула на все рукой.
Но в глубине души Лидина мама была просто рада и счастлива, что ее дочь вернулась к ней. Приближающаяся старость и одиночество не на шутку пугали ее, а теперь она не одна. У нее снова есть рядом дочь. И внучка...
В их маленьком провинциальном городке трудно что-либо утаить от глаз людских. Весть о возвращении «блудной дочери» с «ребенком в подоле» моментально облетела близлежащий околоток и вылетела за его пределы.
Полину Васильевну все расспрашивали, что и как, но она на вопросы отвечала скупо, в подробности не вдавалась.
- Вы же знаете мою непутевую дочь. Чего спрашиваете? Ну ребенок, ну так что теперь? Где двое, там и трое, - отвечала мама, имея в виду себя, Лиду и Иру.
Но ее понимали неверно. У всех сложилось впечатление, что где двое – то есть пара влюбленных – там и трое, то есть рождается дитя.
- А отец-то где же? – спрашивали маму.
- Да кто ж его знает? Знали бы, вернули бы ему дочку. Лидка говорит, в Америку уехал, а там поди, разберись, - отвечала Полина Васильевна.
И слухи обрастали невероятными подробностями, что жених у Лидии был американец, потом он уехал на родину, а Лидку бросил со своим ребенком. Но со временем слухи поутихли, все посудачили еще немного, и тайна появления у Лидии Щепкиной ребенка ушла во мрак неизвестности.
Постепенно все вставало на свои места. Лида стала устраивать Иру в детский сад. Она и не предполагала, что садики все перешли на хозрасчет, стоимость содержания ребенка в детсаду выросла до баснословных сумм, и она стала искать работу.
- Мне нужна хорошая, высокооплачиваемая работа, мама. У меня есть стаж и навыки. Пойду в Дом быта схожу, там несколько швейных мастерских. Попрошусь к ним на работу.
- Правильно, иди. У нашего директора там жена работает главным бухгалтером. Ольга Ивановна Назарова. Если что, иди прямо к ней, она поможет.
Но Лиде к Ольге Ивановне Назаровой обращаться не пришлось. Ее и так взяли с распростертыми объятиями портнихой в ателье верхней одежды.
- Мы только что уволили одну закройщицу. Пила женщина, это просто ужас. Сплошные прогулы с отгулами. Пришлось по тридцать третьей увольнять. У нас электроножницы, техника безопасности, а она выпивши! Ну куда это годится? Ты-то с электроножницами работала? Умеешь обращаться? – спрашивал Лиду директор ателье, низкорослый седой мужчина, в опрятном новеньком костюме и рубашке с галстуком.
- Умею, конечно.
В ближайший понедельник Лида вышла на работу. Полина Васильевна с большой неохотой взяла неделю отпуска, чтобы сидеть с Ирой. Им уже обещали место в детском саду «Солнышко», который находился на соседней улице. Нужно было проходить медкомиссию, сдавать анализы, чем Полина Васильевна и занималась.
С устройством Иры в детский сад им помог директор Полины Васильевны. Новоявленная бабушка пришла к нему в кабинет и жалобно заговорила:
- Девочка у нас на воспитании. Опекунство пока не оформили, но доверенность есть. Помогите, больше мне некого попросить.
Директор пошел навстречу. Он хорошо относился к своей исполнительной, безотказной работнице, которая в его магазине трудилась без малого пятнадцать лет без нареканий и жалоб со стороны покупателей.
Мать и дочь вздохнули с облегчением, когда Ира наконец-то была принята в детский сад, и жизнь потекла по своему обычному руслу. Вот уж поистине дома и стены помогают.
Лида стала зарабатывать неплохие деньги, да еще постепенно у нее стали появляться заказчики. Она шила на дому в выходные и вскоре от клиенток у нее не было отбоя.
Ирочка росла на редкость смышленой, спокойной, рассудительной. Она во всем старалась помогать по дому маме и бабушке, а они любили ее той самой любовью, которая всегда живет в сердцах близких и родных людей.
Через четыре года Лидия Афанасьевна Щепкина открыла в их городке первое частное ателье под названием... «Джоконда».
Специализировалось ателье на пошиве одежды для особых случаев: свадебные платья, наряды для выпускных вечеров, костюмы для торжеств и тому подобное. И к Лиде рекой потекли заказы от жен и дочерей, внучек и племянниц их городской элиты и так называемых «новых русских».
Ателье процветало, оно пользовалось славой и огромным успехом. О нем говорили по радио и даже сделали передачу на местном телевидении. Лиду тоже пригласили. Она рассказывала о своем детище, о своей работе, о планах на будущее.
Лида сидела за большим стеклянным столом, элегантная, самоуверенная, с модной прической. Она разговаривала с ведущей уверенным тоном и хорошо поставленным голосом.
Ирочку на тот момент уже готовили в школу. В сентябре она должна была пойти в первый класс. Тогда же Лиде наконец удалось оформить в полной мере опекунство над Ирой.
За год до этого Лида все же написала Светлане письмо в Швецию. Рассказала все, как есть и попросила доверенность на опеку. Светлана долго не отвечала. По телефону связаться не удалось, и Лида уже перестала ждать. Но вдруг как гром с ясного неба! Она получила заказное письмо из-за границы от Светланы Гуннарсон.
В нем лежала доверенность на опекунство, копия ее загранпаспорта, где фамилия была Ушакова. И оба документа были заверены консульским нотариусом. Во вложении было короткое письмо от Светы.
«Лида, я пишу тебе с просьбой опеки над Ириной. Я не могу ее забрать. Обстоятельства не позволяют. С Аркадием у меня связи нет, но я уверена, он найдет вас. Прощай. Светлана. Число и подпись».
Сказать, что Лида была в шоке – это ничего не сказать. Но зато она воспряла духом и обратилась за помощью к одной своей солидной клиентке из городской администрации.
Та помогла ей с оформлением опекунства, и наконец все страхи остались позади, кроме одного: вдруг Света передумает и рано или поздно заявится, захочет забрать Иру. Но зато совесть Лиды теперь была чиста. Она сделала все что могла, а дальше уж как судьбе угодно.
В августе, перед самой школой, Лида заявила маме:
- Мамочка, я должна тебе кое-что сообщить. Я решила купить себе квартиру, и мы с Ирой съедем. Но это совсем недалеко от тебя, на Первомайской. Знаешь, там новый дом выстроили?
Полина Васильевна изумилась и огорчилась одновременно.
- Чего еще выдумала? Деньги некуда девать? Зачем тебе квартира? Нам что, тут места не хватает?
- Мама, ну тут нам тесно. Ира растет. Ей отдельная комната нужна. Да и потом, не век же мы будем так жить. Почему бы и не купить жилье, если есть возможность? Оно вон как дорожает с каждым годом. Лучше уж сейчас вложиться и жить спокойно.
Лида рассуждала здраво, но мама все равно была против этой идеи, хотя понимала, что переубедить дочь она не сможет. К своим двадцати пяти годам Лидия Щепкина имела уже полную независимость и твердо устоявшийся характер. Мать гордилась ею в глубине души, но виду никогда не подавала.
Наоборот, частенько журила дочь, а порой и просто отчитывала. Но она обожала Иру. Девочку она готова была на руках носить и, казалось, совсем уже напрочь забыла о том, что Ирочка ей неродная внучка.
Свою собственную квартиру Лида все же купила, и уже к новому году они с Ирой переехали. Квартира была хорошая, светлая, с двумя спальнями и небольшой гостиной. Лида приобрела мягкую и спальную мебель, кухонный гарнитур, телевизор, а все остальное докупала постепенно.
Мама приходила к ним в гости почти ежедневно. Она помогала по хозяйству. Лида целыми днями пропадала на работе. Бизнес требовал от нее огромной самоотдачи, а за домом и за Ирой следила в основном Полина Васильевна, которая работала теперь только на полставки.
Вся жизнь Лиды была посвящена ее семье и работе. Она совершенно не задумывалась о своей личной жизни, пока однажды мама вдруг не сказала ей:
- Лидуха, ты совсем ушла в этот омут с головой. Посмотри на себя. Видная какая стала, и фигура, и одета, и прическа – все при всем. А где же мужики-то твои? Неужели ни одного ухажёра нету?
- Мама, я тебя умоляю! Какие еще ухажёры! Скажешь тоже. Мне не до них.
- Смотри, Лидия. Дело к тридцати годам идет. Старой девой хочешь остаться, да?
Лида призадумалась. А ведь действительно время упущено. Хотя с другой стороны, в их маленьком городке, где все почти друг друга знают, какие могут быть женихи? Конечно, к ней приставали с разными предложениями, и не раз, но она отмахивалась от всех и отвечала всегда одно и то же:
- Давайте отложим этот разговор до следующего раза, мне не до этого сейчас.
Кто-то понимал намек, а кто-то и нет, но желающих провести с Лидой вечерок становилось все меньше и меньше. А уж серьезных-то предложений она и вовсе ни от кого не получала.
Мужчины, скорее всего, чувствовали себя на голову ниже нее и комплексовали по этому поводу.
Но Лида не очень переживала. Она уже давно все про себя решила: она посвятит свою жизнь Ирочке и таким образом отдаст дань той любви к ее отцу, которой так и не суждено было сбыться.
И все же Лида не похоронила свою надежду когда-нибудь встретиться с ним. Более того, она знала, что если Аркадий жив, то они обязательно найдут друг друга!
Одно время Лида пыталась навести справки о нем. Когда Ира уже пошла в школу, Лида позвонила в Москву Григорию. Первый раз за все эти годы. Ей хотелось о многом расспросить его, и об Аркадии, и о Свете, и о своем портрете, да и вообще обо всем, что связывало ее когда-то с Москвой.
Но ее ждало разочарование. На другом конце провода ей ответили, что Григория здесь больше нет, он продал свою мастерскую, а где обитает – не известно.
Лида позвонила и Аркадию на квартиру, но там ей тоже ответил кто-то чужой, наотрез отказавшись давать какие бы то ни было сведения о прежних обитателях этой квартиры.
Лида пожалела, что она не позвонила раньше. А теперь она всех потеряла и вряд ли когда-нибудь найдет.
Когда Ира окончила первый класс, Лида купила путевку в пансионат «Радуга», расположенный на Истринском водохранилище под Москвой.
Она прибежала домой счастливая, радостная и стала рассказывать маме, как легко ей удалось добыть эту путевку для них с Ирой. Она лишь позвонила в городскую администрацию, и ей все сделали быстро и без проволочек.
- На три недели едем. Там так чудесно! Посмотри проспектик, - сказала она и дала маме брошюрку , в которой пестрели чудесные фотографии с видами на водный простор и песчаные пляжи.
-Там леса вокруг, воздух чистый. Питание хорошее, трехразовое. У нас с Иришкой комната на двоих и все удобства.
Лида не переставала радоваться предстоящему отдыху и стала тщательно к нему готовиться. Сшила себе два красивых сарафана, один из яркого сатина, а другой вечерний, из бирюзового крепдешина. Купила джинсы, пару футболок и легкую непромокаемую курточку.
- Кроссовки еще нужны и какие-нибудь легкие шлепанцы, лучше резиновые для пляжа, - сказала она маме и отправилась по магазинам в ближайший выходной.
Лида радовалась предстоящей поездке как ребенок. Полина Васильевна взирала на дочь с некоторым недоумением. Давно она не видела ее такой возбужденной, восторженной, словно девчонка.
- Мама, у меня такое предчувствие, что я обязательно узнаю что-нибудь об Аркадии там, в Москве. Мы с Ирой обязательно в Москву съездим. Должна же я ей показать ее настоящую родину, город, в котором она родилась.
- Ну и что, ты собираешься разыскивать там своего ненаглядного? Как? – протестующим тоном выспрашивала у Лиды мама.
- Я пока не знаю, как. На месте решу. Найду кого-то из своих, Оксану хотя бы. Она меня на Виолетту наведет, ну а там уж... разберусь как-нибудь, не волнуйся. Я прямо предчувствую, что что-то случится!
Но Полина Васильевна не разделяла восторгов, она пыталась охладить немного Лидин пыл:
- У тебя такие предчувствия от того, что ты там встретишь кого-нибудь, я имею в виду мужчину найдешь себе наконец уже. Сколько можно жить, как в бреду? Дался тебе этот Аркадий! Он бросил дочь родную, а тебя прямо ждет не дождется, нужна ты ему! Это за столько-то лет! Одумайся, непутевая.
Лида маму почти не слышала. Она вся была поглощена предстоящей поездкой, а сердце подсказывало ей: что-то хорошее там обязательно случится!
P.S. Знаю, что возникнут вопросы по доверенности на опекунство. Поэтму сразу даю пояснение, так как, конечно же, изучала этот вопрос.
Можно ли написать доверенность на ребенка без нотариуса?
Если коротко – да, это возможно. Вы можете оформить документ в простой письменной форме. То есть с указанием данных доверителя, данных представителя, а также перечня его полномочий и других значимых деталей.
- Будем снисходительны к Лиде. Ей это решение тоже далось нелегко, но ситуация загнала в тупик. Зато потом она нашла в себе силы и все же написала Свете.
- Как всегда, благодарю всех, кто читает, оставляет комментарии. Прочтение этого романа превратилось в своеобразный читательский клуб.
- Продолжение