На следующее утро, София помогала сестрам на кухне, туда её послала мать Анна, попросив разрешения у схимонахини Иулиании.
На послушании, Соня встретилась с Тамарой, которая очень удивилась, спросив:
– Ты ещё здесь? А я думала, что ты так и сбежала. Я уже не живу с Марфой, одна я там, она уехала в свой монастырь. А ты где сейчас? С кем?
– У схимницы Иулиании. – кратко ответила Соня и продолжала чистить картошку.
– Нифига себе! Во даёшь! Как ты так подлизалась к ней? Я хотела было к мать Филарете устроиться, всё делала, как надо, келью ей всю в порядок привела, а она меня не взяла. – сказала Тамара.
– Я к Иулиании не подлизывалась. Она сама меня позвала. У меня дедушка умер недавно, я не хочу разговаривать. – Соня хотела отделаться от Тамары и её заносчивого тона.
– Ну ты... Как-то несправедливо: я тут все дела делаю, что говорят, и меня ни во что не ставят, а ты даже сбежать хотела, но тебя к себе схимница взяла. Неправильно это! – Тамара повысила голос.
– Тамара, здесь надо с молитвой работать, а не ругаться. – серьёзно сказала сестра Варвара, что недавно была пострижена в рясофор, то есть инокиня.
– Красиво! Ещё и молиться надо! – недовольно возразила Тамара.
– Это твоя гордыня говорит, а не ты. – сказала Варвара.
– А я разве мало делаю? Разве бы стала я грязную работу делать, если бы так? – громко возмущалась Тамара.
– Со стороны это выглядит, как выпендрёж и праздник гордыни. – сказала Светлана, трудница средних лет. – Ты перед всеми телом выделываешься, а духом далеко отстоишь.
– Я сюда потрудиться приехала, отдохнуть от учёбы и от мыслей. А вы мне всё про молитву, про душу, про размышления. Вот, тех, кто собирается в монашки идти, тех и надо к молитве приучать. А мне ни разу доброго слова не сказали! – сказав это, Тамара воткнула ножик в картофелину и вышла с кухни.
– Один раз только причащались она, по приезду. – сказала Варвара.
Весь день, Тамара гуляла вне монастыря, съездив на маршрутке в город.
Поздно вечером, она вернулась, чтобы ночевать, но мать Стефания, заведующая трудническим корпусом, ласково сказала ей:
– Тамара, ты ушла без разрешения. Завтра утром на исповедь. Иди в келью, пиши на бумажке все свои грехи. Старайся. Раскаивайся, чтобы больше не согрешить. Проси у Бога прощения. Иди, примирись с теми, от кого утром ушла. Поняла меня?
– Я не пойду к ним. Я не виновата, чтобы первой идти мириться. Я не хочу унижаться. – сказала Тамара и пошла в келью.
– Евангелие почитай, может быть дойдёт, что ты не права! – крикнула ей вдогонку Стефания.
Тамара не могла спать нормально. Ей начали сниться кошмары. Проснувшись среди ночи, она зажгла свечу стала просить Бога так:
– Господи, дай мне отдохнуть. Пусть мне не снятся эти страсти! Пусть они Соньке снятся, у неё, хотя бы, дед помер. А меня избавь. Ты же видишь, как я тут стараюсь! Сделай справедливо!
Говорила она так громко, что мать Стефания слышала, проходя по коридору. Вздохнув, монахиня постучала в дверь к Тамаре и зашла к ней.
– Я сегодня же уеду. Я больше не могу тут находится! Чем больше добра вам делаешь, тем хуже вы ко мне относитесь. – сказала Тамара со злостью.
– Ты греха своего не хочешь видеть, потому что это больно. Ты хочешь, чтобы тебя похвалили, но ничего ценного ты не сделала. То, что ты пропалывала грядки, так они снова зарастают сорняками. То, что ты вымыла полы, так они снова, вскоре, пачкаются. То, что ты очистила подсвечники, так другие свечи снова их зальют. То, что ты приготовила, не осталось, но было съедено, а на следующий день, мы снова хотим есть. За что же хвалить тебя? – рассуждала мать Стефания.
Тамара смотрела на свечку, а внутри её полыхало сильное пламя. Она, насколько это было возможно с её стороны, вежливо, попросила монахиню выйти и дать ей отдохнуть.
Однако, она так и не спала до утра. Позавтракав в трапезной, Тамара сказала мать Анне:
– Я уезжаю. Хватит с меня.
– Едь. – согласилась та.
Не прошло и часа, как Тамары уже не было в обители. И никто даже не заметил её отсутствия, кроме Светланы, которая сказала другим трудницам, на следующий день:
– Как без Тамарки-то хорошо, спокойно, тихо. А то, как в бочке затычка, везде лезла.