Начало тут
-Семён никогда Макса не предавал! - уверенно начинает она, когда возвращается способность говорить.
-Откуда знаешь? Он сам тебе говорил? - усмехается ее собеседник.
-Нет, я просто знаю. Я видела его отношение, - желание защитить мертвого Семена от подозрений братвы заставляет ее горячиться. Он был самым лучшим из всех, кого она знала. В миллион раз лучше Макса и всех его дружков. Как он вообще попал во все это месево? Она так и не узнала.
-Хм… видела, значит. А еще никого рядом с ним не видела ? - щурится мужик, сверкая золотым зубом, - баба его пропала. Может, слышала? Вера, сестричка Жука. Как в воду канула. На работу не вышла. В квартире тихо, ничего не тронуто. Сестричка мелкая у тётки уже месяц живет. И пропала точняк накануне. Ты знала ее?
Рука замирает с вилкой в воздухе. Новости! С одной стороны - хорошо. Значит, Макс с ней не говорил. С другой… Семён ее домой отвёз. Куда она могла деться? Такие как Вера не психуют, не бегут , не разбирая дороги. Они привыкли держаться за свой дом и свои банки-склянки. Должна была поплакать в подушку и жить дальше.
-Я видела ее пару раз. На похоронах и с Семеном. Даже не знаю. Они не выглядели особо привязанными друг к другу, - добавляет зачем-то. Неприятно обсуждать Веру, - и они вроде как расстались вообще. Может, уехала с горя куда?
-Без вещей? Ты бы поехала в одних портках черте куда? Пусть даже с горя?
Она не успевает ответить. Тяжелая рука ложится на плечо. Макс падает в кресло, прижимая ее к подлокотнику. В волосах блестят капельки воды.
-Что, Туман, к телочке моей подкатываешь? - усмехается он и берет со стола ее кружку, делает глоток. Потом прижимается к ее губам. Грубо, требовательно. Вкус кофе и мяты. И темные прищуренные глаза напротив. В голове все окончательно путается.
-Ты, Макс, не проспался что ли? За фуфло меня принимаешь? - тянет мужик, откидываясь на спинку, - своих хватает.
-Шучу, Туман, - его рука крепким кольцом отгораживает ее от всего мира: я за тобой, я все решу. То чувство, которое не оставило ей шанса в самом начале, - как голова после вчерашнего?
-Х*рово, спасибо! Пацаны там прибрались, никто не найдет. Хоть с собаками, - скалится малиновая рубашка.
Предыдущая глава здесь ⬇️
-Поторопились пацаны. Надо было еще их поколоть. Не вяжется что то. Сдается мне, не так все просто. И Кучер, с*ка! Чего трется?
-Поторопились? - кружка грохает о поверхность стола с такой силой, что она непроизвольно прижимается к нему, - ты Мамонта этого видел? Он бы нас всех перемочил, если б замешкались. Он - профи, не забывай. Такие огрызаются до последнего, и х*р ты его расколешь. А второй ло*шок конкретный. Нюни распустил как баба. Только толку....
-Ладно, по*ер! Это все равно не конец. К Варьке другая тачка приезжала. Белая. С корейцем. Или китайцем. Один х*р! Правда мои весь город перевернули - никто не видел, не слышал. Надо найти! Я через мента своего тему закинул по постам. Тихо пока. Ты подключись. Достало уже людей терять.
-Займемся. Мои пацаны Гелик себе хотят оставить, нормальный такой аппарат. Заряженный. Чего скажешь?
До нее медленно доходит, что именно обсуждают сейчас.
-Московских больше нет ? - тихо уточняет , глядя на него.
Он кивает. Пальцы скользят по плечу, гладят руку. Похоже на знак поддержки.
-Это они… папу? - на глаза наворачиваются слезы.
-Нет, не они, - вмешивается Туман, - сто пудов. Этот чм**шник нам все рассказал даже про свою мать. Таких и колоть не надо, просто пушку к голове приставить. Сказал только, что Мамонт его ни во что не посвящал. Он типа водилой был и на подхвате. В деревне они были. Мамонт сказал, пришел заказ на двоих. Ничего больше не знает. Сам не стрелял. Говорит, за спиной на шухере стоял.
Она сглатывает комок в горле.
-Значит, не конец?
-Значит, - он щелкает пальцами, подзывая официантку, - сделай еще кофе. И эту... пшшш.... от головы. Надо тебя переодеть, - бросает взгляд на ее мятую кофту в пятнах.
-Давай Ларусика запряжем, она вмиг все притащит сюда. Не надо ей без присмотра выходить, пока не разобрались, я так считаю.
Он согласно кивает. Туман достает сотовый. Она облокачивается на плечо Макса и просто наблюдает, как жизнь возвращается в привычную колею.
Через полчаса в их номере появляется целый магазин на диване. Лариса - симпатичная женщина лет сорока, уверенно раскладывает на кровати модные обновки. Она отвлекается от своих ставших уже привычными переживаний, и превращается в обычную девчонку. С удовольствием перебирает и примиряет новые модные джинсы, тонкие летние кофточки с открытыми плечами, короткие эффектные шорты. Она так давно ничего не покупала себе, что уже забыла, как это может быть приятно.
-Вот это последняя коллекция, самый писк, - Лариса протягивает ей топ с открытой спиной, - тебе пойдет, ты такая худенькая. И бледненькая. Надо чаще бывать на свежем воздухе, детка. Скажи своему парню, чтоб на море тебя отвез. А то аж светишься вся как хрустальная. Надо, чтоб на щеках румянец горел. Тем более в твоем возрасте, еще вся жизнь впереди.
Она хочет ответить, что у нее уже столько всего позади, что даже обернуться страшно. Но какое до этого дело незнакомой женщине? Просто надевает на себя писк моды и крутится перед зеркальной стеной.
Щелкает дверь, он заходит в номер. В руках мобильный и стакан с чем-то прозрачным.
-Здоровье поправляешь? - язвит с кривой ухмылкой.
-Это вода. Ты наконец не похожа на драную кошку, - ухмыляется он, быстро наклоняется и целует голое плечо.
-Ты оф*игел? Обычно похожа что ли?
Он хохочет вместо ответа, сдвигает вещи к краю кровати и ложится, закинув руки за голову.
-Перестань на меня смотреть, - шипит она, чувствуя себя как на витрине.
-Я еще что-то не видел? - снова ржет, - хотя, это давно было. Мог забыть. Или перепутать.
Она сверкает глазами. Но этого явно недостаточно. Подбирает с кресла подушку и целится в голову.
-Не попадешь!
Подушка прилетает точно в цель.
-Еще? - тянется за второй. Будет знать, как гадости говорить. Но бросить не успевает. Он одним прыжком оказывается рядом , перехватывает подушку и валит ее на кровать в шелковые простыни. Руки ложатся на голую спину, скользят вниз вдоль позвоночника:
-Мммм, четкая вещь, мне нравится, - бормочет ей на ухо.
Лариса скромно отходит в дальний угол и делает вид, что ее нет вообще.
Он нависает над ней, в глазах уже плещется возбуждение. Рука по хозяйски скользит по телу. Все вроде как обычно, и кровь начинает бежать веселее , но слишком быстро. Она не готова. Не сейчас. Не так. И тень Семена будто смотрит с укоризной. Уворачивается от поцелуя:
-Ты меня бросил вообще-то! - резко садится на кровати, убирает от лица волосы.
-Чего?
-Ты меня бросил, - повторяет, медленно разделяя слова, - ушел к другой. И мне нужно ехать к Лысому, он обещал организовать опознание.
Он откидывается назад, достает из кармана изрядно помятую синюю пачку, вытаскивает сигарету. Замечает прижавшуюся к шкафу Ларису:
-Беру все, что ей подошло. Возьми, сколько надо, - указывает на висящую возле двери куртку.
Женщина кивает и переводит взгляд на нее, ища какой-то поддержки.
-Джинсы, вот эту майку, шорты, и те две футболки, - она помогает собрать вещи с кровати, щурясь от сигаретного дыма. Он безразлично наблюдает за женской суетой. Глаза темнее, чем обычно. Как всегда, когда он злится.
-Ну и что это было? - цедит сквозь зубы, как только закрывается дверь.
-Где?
-Не прикидывайся. Решила меня по воспитывать? Я тебя не бросал! Я ушел, потому что задолбался терпеть твои истерики. Претензии, психи. На ровном месте. Я беру на себя все. От тебя требуется не выносить мозг. Это много? Что ты будешь делать без меня? Тебе даже жить негде, детка! На улице не очень сладко, особенно с твоими замашками. И помогают тебе, пока ты со мной. Сама не усекла? Заканчивай х*рней страдать! И чтоб я больше не слышал и не видел твоего дружка в погонах! Хорош меня им тыкать. Пепельницу дай, - с размаха тушит окурок, так что искры летят по сторонам, - Опознание в пять.
-А эта … твоя… ты же к ней свалил!
-Ошибочка, детка. Не к ней, а от тебе. Она просто оказалась в нужном месте в нужное время, - тянет он задумчиво, - слишком вовремя оказалась. А Семён так вовремя отбыл на тот свет. Ведь это он завалил москвичей. Чем развязал войну. Без моего решения причем. Что- то все совпадения похожи на хорошо подготовленные закономерности. Да иди уже сюда, чего в углу стоишь? Я тебя не наказывал. Пока…
Она не шевелится. Семён убил тех мужиков из-за нее. И тоже оказался в подъезде слишком уж нелогично вовремя. Он ведь не мог знать, что они поедут к ней домой. Никак не мог. Они могли поехать куда угодно. По спине бежит противный холодок.
-О чем думаешь? - он встает с кровати, поднимает подбородок и заглядывает ей в глаза.