Номер роскошный. Золото, зеркала, огромная джакузи чуть не посередине комнаты. Этот мужик очень хотел потрясти Макса широтой размаха. И очень разочаруется, когда узнает, что Макса не будет.
Садится на край немыслимых размеров кровати под шелковым бордовым покрывалом. Из приоткрытого шкафа виднеется белый махровый халат. Да уж, высший класс. А ее одну хотели просто выставить на улицу.
Снимает с себя все и забирается в ванную. Крутит ручки наугад. Кто их тут столько наставил? Горячая, холодная, а остальное зачем? Она про эти джакузи только слышала, а чтоб вот так вблизи...
Внезапно вода начинает бить из неприметных отверстий вдоль верхнего края, заливая стену и пол, на котором красуется пушистый ковер.
-Тво.ю мать! - дергает ручки и крутит вентили. Наконец все затихает, - И как теперь мыться?
Сидеть голой в пустой ванной холодно и неуютно. Она предпринимает еще попытку. Более удачную. Вода начинает течь через длинный носик крана. Подбирает с края ванной пробку и откидывается назад. Теплая вода касается ледяной кожи, отчего ноги начинает колоть тоненькими иголочками изнутри. Закрывает глаза и прислушивается к разливающемуся внутри теплу.
Тук-тук!
Она вздрагивает, голова соскальзывает вниз и чуть не уходит под воду от неожиданности.
Стук повторяется.
-Кто там? - неуверенно пищит.
-Сервис в номер. Ваш виски.
Ч*ерт!
-Оставьте у двери, я заберу. А поесть у вас ничего нет? - вылетает у нее само собой. Пустой живот урчит в унисон словам.
-Конечно. Что-то конкретное?
-Просто бутерброд. И чай. Горячий. И пирожное, - у нее же есть деньги, чего она теряется.
-Десять минут. Виски и стаканы у двери. Приятного отдыха.
Предыдущая глава здесь
От горячей воды начинает клонить в сон. Уже, правда, скоро утро. Только ей какая разница? Торопиться все равно некуда. Заворачивается в халат и падает на кровать. Тело тонет в облаках шелка. В дверь снова стучат. Чай принесли.
Уверенно щелкает замком, пропускает внутрь молодого парнишку в униформе, который рассматривает ее с удивлением.
-Ваш заказ, - составляет с подноса тарелки и чашку. Выходит за дверь и тут же возвращается с бутылкой с черной этикеткой и стаканами. Ставит все это рядом на столик. В глазах любопытство. Наверное, принял ее за ночуню бабочку. Очень дорогую. Кому еще оплачивают такие номера?
Быстро заглатывает всю принесенную еду, почти не чувствуя вкуса. Часы на стене показывают половину шестого утра. Поспит немного и пойдет к Лысому. Нужно уладить все моменты с телом отца и с квартирой. Она не может вечно скитаться по гостиницам.
Ей снится Семен. Он держит ее за руку, рисуя пальцем на запястье полоски и улыбается.
-Ты не умер? - допытывается она.
Семен молчит. Смотрит в даль. Она вдруг понимает, что глаза у него стали другого цвета, темнее. А на щеке появился шрам. Точь-в-точь как у Макса. По спине бегут мурашки. А на лице Семена тем временем все ярче проступают знакомые черты. Характерный прищур, напряженные скулы.
-Макс? Макс?
Мужчина выдергивает руку и уходит. Она хочет догнать, только ноги почему-то не слушаются. Она даже с места сдвинуться не может. Просто стоит и смотрит. Внезапно его силуэт делится на два. Она не может их рассмотреть, но точно знает, что один из них Макс, а второй Семен. Ноги снова обретают послушность, она может бежать и догонять, но стоит, словно примерзла и смотрит, как обе фигуры тают на горизонте. Яркая вспышка, ее будто током бьет, все тело вздрагивает. Раздается грохот, похожий на гром. Она хрипит "не уходи" и открывает глаза.
В номере светло. Она не закрыла занавески и солнце заглядывает внутрь через оба больших окна. Она лежит, свернувшись калачиком на самом краю огромной кровати. Стук в дверь повторяется. Она делает вид, что ее нет. Через минуту дверь уже вздрагивает от сильных ударов.
Она в бешенстве вскакивает с кровати:
-Не надо мне ничего! - рычит, дергая за ручку, - сколько можно ходить?
-Какие люди! - Макс стоит, привалившись к косяку. Глаза блестят, на подбородке щетина, а стойкий аромат перегара дополняет из без того очевидную картину, - долго открываешь. Не одна? - он отодвигает ее плечом и вваливается в номер. Стойкий шлейф спиртного идет за ним. Значит, пил всю ночь, - кто ходит в гости по утрам... пам... парам...
-Любовь свою несбывшуюся оплакивал? - бормочет она себе под нос.
-Ага, вискарик, два стакана. Ты, тоже, смотрю, времени не теряешь, - скорее скалится, чем улыбается он. - кого поминала?
-Глаза открой - бутылка запечатана. Ты чего приперся вообще?
-Жрать хочу. И спать, - игнорирует ее вопрос, рассматривая пустые тарелки в разочарованным видом, - но кто-то все сожрал до меня. Факт.
Делает шаг назад, чуть не падает на нее. Его глаза так близко, и в них совсем ничего не отражается. Темнота и пустота. Под глазами темные круги.
-Ты спал сегодня?
Он мотает головой. Рука опускается на ее плечо, вдавливает в стену:
-Ты спала с ним? Просто скажи. И не ври. Я узнаю, - шепчет ей на ухо, с трудом собирая буквы в слова.
-Нет, - выдыхает она, - нет, конечно.
-Врешь? - наваливается на нее всем телом. Они бы уже упали, если бы не стена.
-Нет. Клянусь памятью мамы, - она ощущает странное облегчение внутри. Как будто скинула с плеч неподъемный груз. Поднимает взгляд и смотрит ему в глаза. Не моргая.
Он удовлетворенно кивает, убирает руку и падает на кровать, которая издает жалобный хруст под таким натиском. На ощупь находит подушку и закрывает глаза. Через несколько минут до нее доносится негромкое сопение. Уснул. В одежде и кроссовках. Как он нашел ее? Следил? Судя по состоянию, за ним самим надо было следить.
Стаскивает с него обувь, укрывает краем покрывала. Проводит рукой по щеке со шрамом. Внутри шевелится что-то теплое. Все таки не чужие люди.
ЛОжится на другую половину кровати в надежде еще немного поспать. Но сон не идет. Начинает думать про то, что приснилось. Жаль, воспоминания разбегаются как тараканы и путаются. Потом сосед по кровати начинает громко храпеть. Она толкает его в бок. Бестолку. Толкает сильнее. Ноль эмоций. Пытается перевернуть на бок. Он обхватывает ее двумя руками, так что дышать сложно, и вместе с ней перекатывается на другую половину кровати. Странно, но в его объятиях ей спокойно. Как будто все на своем месте. Лежит так несколько минут. Потом тихонько выползает и скатывается на пол. С отвращением влезает в свою одежду. Нужно срочно купить другую. А эту сжечь! Она ее ненавидит каждой клеточкой.
Ботинки не высохли. Носки мгновенно становятся противно влажными. Да и выглядит она так себе. Как бездомная. Хотя такая и есть. И явно не подходит этому месту.
В холле в большом черном кресле пьет кофе вчерашний мужик в малиновой рубашке. Видок у него тоже весьма помятый. Девицы куда-то испарились. Видимо их время только ночью.
-Доброе утро! - кивает она.
-О, салют, крошка! Х*рово выглядишь, Макс спать не давал? - ржет он, показывая золотые зубы.
-Он до сих пор спит, - кивает она, не желая вдаваться в подробности и довольная оттого, что не надо ничего придумывать и врать. Запах кофе щекочет ноздри, того гляди слюнки потекут.
-Садись ко мне! - хлопает мужик по соседнему креслу, - Машка. тащи еще чашку и пожрать сообрази на двоих.
-Да я в магазин хотела дойти, переодеться надо, - не очень уверенно отказывается она, больше из опасения, что Максу это не понравится. Хотя надо было вчера думать, когда в номер заселялась. И есть жутко хочется.
-Брось! Шмотки мы тебе сюда организуем. Или ты за Макса паришься? Со мной можно, мы с ним братаны. Садись уже, ненавижу один есть. Башка трещит, - жалуется он, ероша короткие с проседью волосы. Чего тебе из шмоток надо? Сейчас Ларусику наберу, она все организует. Сядь уже, - тянет ее за руку к креслу, - не мельтеши наверху.
Она пристраивается на краешке кресла, то и дело соскальзывая по бархатной обивке. Перед ней тут же появляется большая кружка с кофе и тарелка с омлетом и поджаренными тостами.
-Ну давай побазарим, пока Макс отсыпается, - откашливается мужчина, - говорят, Семен откинулся? Или брешут? А еще говорят, что он Макса кинуть хотел на бабки и свалить. Что скажешь?
Она давится горячим кофе, который едва отхлебнула.