Он появлялся в деревне внезапно.
Кричал лениво и не очень громко, но еще до его крика все мы знали:
- Фарябник приехал!
Его приезд всегда был событием, сопряженным с легким чувством опасности.
Но сначала надо пояснить, кто такой фарябник.
В словаре Даля такого слова нет, зато есть слово «фаряб», и Даль толкует его как лоскут холста, тряпица, ветошка.
- Тряпье берем, берем тряпье … – меланхолично тянул фарябник, и мы тут же бросали все свои игры и бежали домой, обшаривали комнаты, сени, искали во дворе всякую ненужную рухлядь.
Тряпьем фарябник – ражий, кряжистый мужик - не ограничивался, он брал дырявые кастрюли, гнутые сковороды, старые калоши и даже кости.
Мы тащили все это к его телеге, на которой стоял большой зеленый сундук.
Фарябник неторопливо и величественно рассматривал наши трофеи. Кое-что он взвешивал на безмене, что-то оценивал на глаз. А потом открывал крышку своего зеленого сундука. Снизу нам было видно, что изнутри она оклеена пестрыми картинками. «Старинными…» – как сказал кто-то. Припоминая эти картинки, я думаю, что они и впрямь были старинными – какие-то многофигурные лубки или олеографии. Жалко, что я не попытался как следует их рассмотреть.
В сундуке, стенки которого тоже были оклеены бумагой с пестрым узором, таилось немало сокровищ, более притягательных, чем какие-то картинки.
Чего там только не было: рыболовные крючки и лески, складные ножички, резиновые литые мячики, коробки цветных карандашей, ленты, иголки, в том числе и «иголки-цыганки», зеркальца, нитки «мулине», коробочки пудры «Кармен» с черноволосой красавицей на крышке. За ухом красавицы пунцово горела пышная роза. Наверно, были товары и посущественней, но я их не помню, как не помню и взрослых возле телеги фарябника. Приезжал он обычно днем, когда взрослые были на работе.
Со стороны это, наверно, напоминало визит белого человека к островным туземцам. Мы толпились вокруг телеги, совали свою рухлядь и выбирали товар. Можно было взять деньгами, но в них мы мало что понимали, а вот крючок или ножичек другое дело.
Была в сундуке и стеклянная банка с разноцветной карамелью. Иной раз и соблазнишься этими «подушечками». Фарябник тряхнет принесенную ветошь, бросит ее в телегу и ложкой начинает откалывать от карамельного айсберга твою льдинку. И всегда как-то так получалось, что зачерпывал он своей ложкой глубоко и вроде как много, но в итоге на ладони у тебя оказывалось три-четыре бледно-желтых или бледно-зеленых «подушечки», мгновенно таявших во рту.
А легкая опасность заключалось в том, что заставал он нас всегда врасплох. Но совершить обмен почему-то считалось делом обязательным. Да и как пропустить такое событие, оставаться праздным зрителем, а не активным участником сделки?
Под горячую руку многие из нас тащили из дома все, что попало, в том числе и вполне добротные, нужные вещи. Я, например, как раз за четыре «подушечки» отдал практически новые калоши с собственных валенок, посчитав, что до зимы еще далеко.
Фарябник благополучно отбывал, а вечером многих из нас ждали неотвратимые и вполне телесные наказания.
Кроме делового обмена лично меня притягивала лошадь, запряженная в телегу с зеленым сундуком. Она была пегая. Непонятно, то ли она белая, покрытая рыжими пятнами, то ли наоборот, рыжая с белыми пятнами. Лошадь походила на своего хозяина. Такая же крупная, величественная и несколько меланхоличная. Казалось, ей давно надоела эта человеческая суета, это глупое желание выменять на жалкую ветошь нечто ценное.
Я частенько вспоминал эту лошадь. У нас в деревне пегих лошадей не было. Коровы попадались, но они меня не очень интересовали.
Я любил лошадей.
Автор: Геннадий Калашников
Об авторе
Геннадий Калашников родился в Тульской области. Закончил МГПИ на Пироговке. Первая публикация стихов - мартовский номер журнала "Юность" за 1971 год. Работал в "Литературной газете", в издательстве "Современник, в издательстве "Эксмо". Публиковался в журналах «Юность», «Новый мир», «Знамя», «Октябрь», "Дружба народов", «Грани», "Плавучий мост", «Новый берег», «Дарьял», "Балтика". Автор нескольких книг стихов: «Ладонь» (М., 1984), «С железной дорогой в окне» (М., 1995), «Звукоряд» (М., 2007), сборника стихов и прозы «Каво люблю…» (М., 2017), "В центре циклона" (М. 2018), "Ловитва" (М.,2022), "Мой дикий друг" (в соавторстве с Юлией Соломатиной) (М., 2924). Дипломант Всесоюзного конкурса им. М. Горького за лучшую первую книгу (1984), премии «Московский счет» за лучшую книгу года (2007), Международного Тютчевского конкурса «Мыслящий тростник» (2015), премии Пушкинского общества Америки «Душа в заветной лире» (2016), диплом "Золотое перо Тулы"(2020), диплом в номинации Ярославского поэтического конкурса "О времени и о себе", диплом (первое место) в номинации "Монолог поэта" (2021). Лауреат (первое место) литературной премии "Антоновка". (2021). Был членом Союза советских писателей. Член Союза российских писателей.