Двадцать лет он врал. А теперь эта девица стоит в ее прихожей и заявляет права на половину того, что они с Дмитрием строили вместе.
И ведь нельзя представить более... неподходящий момент для такого.
Елена сжала дверную ручку и попыталась сообразить, что происходит. Она только что проводила последних гостей после поминок, а теперь... Теперь перед ней стояла высокая, худощавая девушка с серыми глазами, точь-в-точь как у Дмитрия.
— Вы Елена Морозова? — спросила незнакомка и нервно потеребила ремешок потрепанной сумки. — Простите, что беспокою в такой день...
— Да, это я, — осторожно сказала Елена и невольно отметила, как девушка сжимает губы. — А вы...
— Кристина. Кристина Морозова.
Девушка выпрямилась, словно собираясь с духом, и быстро выдохнула:
— Я дочь Дмитрия Александровича от первого брака.
Елена почувствовала, будто кто-то ударил ее под дых. Дочь? Какая дочь, черт возьми? Дмитрий всегда говорил, что бездетен.
— Ошибка какая-то... — Елена помотала головой и нахмурилась. — Мой муж никогда не упоминал о...
— Не упоминал? — Кристина горько усмехнулась и пожала плечами. — Да, он вообще предпочитал забывать о моем существовании. Но от этого я не перестала быть его дочерью.
Кристина полезла в сумку, достала потрепанный документ и протянула Елене.
— Вот мое свидетельство о рождении. Дмитрий Александрович Морозов записан как отец. Хотите проверить?
Елена машинально взяла документ, но буквы расплывались перед глазами. Тридцать два года назад... Когда Дмитрию было двадцать шесть. Он тогда действительно был женат на этой... Как ее... Марине Беловой.
— Это подделка, — выдохнула Елена, хотя прекрасно понимала, что документ настоящий. — Этого не может быть.
— Может, — жестко ответила Кристина и сделала шаг вперед. — И я пришла не за воспоминаниями, а за своей долей наследства.
Елена ощутила, как внутри все переворачивается. Девятнадцать лет она прожила с Дмитрием! И все это время он скрывал от нее такое?
— Послушайте, — начала Елена, пытаясь говорить спокойно, — даже если... Даже если это правда, то... Прошло столько лет. Почему вы появились именно сейчас?
Кристина поджала губы и отвела взгляд.
— А когда, по-вашему, мне следовало появиться? При жизни отца? — она помолчала, глядя куда-то мимо Елены. — Я пыталась. Много раз пыталась. Но он... Он не хотел меня знать.
— Не может быть, — упрямо повторила Елена. — Дмитрий любил детей. Если бы у него была дочь...
— Любил? — Кристина рассмеялась, но смех вышел невеселый. — Да он меня в последний раз видел, когда мне было двенадцать. А потом просто... исчез из моей жизни. Надеюсь, что... Что как муж он был лучше, чем как отец.
Елена растерянно мотнула головой. Все это было похоже на кошмарный сон. Только час назад она думала, что самое страшное позади: похороны, соболезнования, одиночество. А теперь...
— Можно мне войти? — спросила Кристина и поежилась. — На улице холодно, а разговор у нас будет долгий.
Елена колебалась. Пускать в дом незнакомую девушку, которая претендует на... Господи, на что она вообще претендует?
— Хорошо, — кивнула Елена наконец. — Проходите.
Кристина переступила порог, и Елена невольно отметила, как та оглядывается по сторонам. Изучающе, словно оценивая.
— Красивый дом, — заметила Кристина, сняла дешевую куртку и повесила ее на вешалку. — Дорогой, наверное.
— Да, недвижимость тут в цене, — сухо ответила Елена.
— Понятно, — Кристина кивнула. — То есть пока я гречку ела и колготки штопала, папа покупал шикарный дом...
Они прошли в гостиную. Елена указала на кресло, сама села на диван. Между ними легла неловкая пауза.
— Так что вам нужно? — спросила Елена прямо. — Чего вы хотите?
— Справедливости, — ответила Кристина, сжала руки в замок и подалась вперед. — Я его дочь. Единственная дочь. И у меня есть права на наследство.
— Какие права? — Елена почувствовала, как внутри все сжимается. — Вы не общались с ним годами, вы сами это сказали. Почему теперь...
— Потому что теперь его нет, — перебила Кристина и стукнула кулаком по подлокотнику кресла. — И потому что я его дочь, нравится вам это или нет. Закон есть закон.
Елена закрыла глаза. Внутри все колотилось, во рту пересохло. Неужели эта девчонка действительно может претендовать на половину всего, что они с Дмитрием нажили?
— У вас есть документы? — тихо спросила Елена. — Кроме свидетельства о рождении.
— Есть, — кивнула Кристина и полезла в сумку. — Паспорт, где указано отчество. Справка из ЗАГСа. Есть все, что нужно для признания родства.
— И адвокат у вас уже есть, конечно, — горько усмехнулась Елена.
Кристина пожала плечами.
— Пока нет. Я надеялась, что мы сможем договориться... по-человечески. Без судов и разбирательств.
— По-человечески было бы прийти к отцу, отношения наладить! — возмутилась Елена. — А не бежать к вдове после похорон и требовать кусок пирога!
— Я не могла прийти раньше! — вспыхнула Кристина и тоже вскочила с места. — Мы не общались! Я узнала, что его не стало, из интернета, из новостей о ДТП!
Елена остановилась. Да, Дмитрий погиб в автокатастрофе. Все случилось так... внезапно, нелепо. У них даже не было времени попрощаться.
— Даже если все, что вы говорите, правда... — медленно проговорила Елена. — Почему вы не пытались наладить отношения раньше?
Кристина опустила голову.
— Пыталась, — тихо сказала она. — Много раз пыталась. Но каждый раз...
Она замолчала, потом подняла голову.
— А какая разница? Главное, что теперь мне нужно решить вопрос с наследством.
Елена села обратно на диван. Руки дрожали, и она сцепила их в замок, чтобы Кристина не заметила.
— Бизнес мы создавали вместе, — прошептала Елена. — Я вложила в него не меньше Дмитрия...
— Возможно, — согласилась Кристина и пожала плечами. — Но юридически половина принадлежала отцу. А значит, теперь и мне.
Елена почувствовала подступающие слезы. Неужели все рухнет? Неужели то, ради чего они с Дмитрием столько работали, достанется этой девчонке, которая объявилась неизвестно откуда?
— Мне нужно время, — сказала Елена. — Чтобы... разобраться. Посоветоваться с юристом.
— Конечно, — кивнула Кристина и встала. — Я понимаю, это шок для вас. Но затягивать тоже не стоит. Чем быстрее мы решим все вопросы, тем лучше для всех.
Кристина направилась к выходу, Елена проводила ее молча. У двери Кристина обернулась.
— Вы меня авантюристкой считаете, на лице написано, — усмехнулась она. — Но я просто хочу забрать свое... Отец был мне должен за те двадцать лет, что я обходилась без него. И я свое получу!
Кристина хлопнула дверью, и Елена осталась одна в опустевшем доме, в полном смятении. Неужели Дмитрий действительно скрывал от нее дочь? И почему? Что могло заставить его лгать ей все эти годы?
Елена поднялась и пошла в кабинет мужа. Если правда где-то и спрятана, то только здесь.
Она включила свет в кабинете Дмитрия и замерла на пороге. Здесь все было точно так же, как он оставил. Книги о бизнесе на полках, папки с документами на столе, его любимая ручка рядом с блокнотом. И запах... Тот самый мужской одеколон, который она ему дарила на прошлый день рождения.
Елена подошла к письменному столу и начала осторожно перебирать бумаги. Договоры, счета, деловая переписка... Ничего личного. А где же... Где хранил Дмитрий что-то важное?
Она открыла нижний ящик стола. Может... Может быть, тут?
Там лежала небольшая коробка, которую она раньше не замечала. Или не обращала на нее внимания. Елена достала коробку, открыла крышку и ахнула.
Целая пачка записок и еще документы какие-то. Елена дрожащими пальцами взяла первый, тот, что лежат сверху. Это было официальное письмо.
«Уважаемый Дмитрий Александрович! Согласно нашему телефонному разговору, направляем Вам заключение психолога о состоянии Вашей дочери Кристины...»
Елена почувствовала, как у нее перехватывает дыхание. Дата — пятнадцать лет назад. Пятнадцать! Значит, Дмитрий... Значит, он все это время...
Она быстро пролистала другие документы. Справки из школы, медицинские заключения, письма от адвокатов. И везде одно и то же: попытки Дмитрия встретиться с дочерью, препятствия со стороны бывшей жены, рекомендации специалистов не травмировать ребенка.
— Господи, — прошептала Елена. — Он пытался... Он действительно пытался ее видеть.
Она взяла следующий документ. Это была справка из медицинского центра о том, что девочка находится в состоянии сильного стресса из-за развода родителей и нуждается в психологической поддержке. Внизу рукой Дмитрия было написано: «Марина права. Кристине сейчас не до встреч с отцом. Подожду».
Была у мужа такая привычка, делать заметки или дневниковые записи, говорил, так ему лучше думается. И сейчас Елена была этой привычке рада.
Елена опустилась на стул мужа. Значит, все было не так, как рассказывала Кристина? Дмитрий не бросал дочь, а... А что тогда?
Она взяла еще одно письмо, более позднее. Почерк адвоката, сухие юридические формулировки. «Ваша бывшая супруга категорически отказывается предоставить Вам возможность общения с дочерью. Рекомендуем обратиться в суд для установления порядка встреч...»
А вот ответ Дмитрия, написанный его рукой на полях: «Не хочу травмировать ребенка судебными разбирательствами. Марина обещала, что когда Кристина подрастет, все изменится».
Елена читала документ за документом, и картина постепенно прояснялась. Дмитрий действительно пытался поддерживать отношения с дочерью. Но его бывшая жена Марина делала все возможное, чтобы помешать встречам. А Дмитрий... Он не хотел причинять боль дочери и согласился ждать.
Но тогда почему Кристина говорила, что отец ее бросил?
Елена взяла последний документ из коробки. Это была записка, написанная рукой самого Дмитрия. Без даты, но по бумаге видно, что записи недавние. И это был словно недостающий кусочек пазла...
«Кристине уже тридцать. Марина больше не может мне запрещать с ней встречаться, но я понимаю, слишком много лет прошло. Слишком много боли позади. Может быть, лучше не тревожить прошлое? Лена ничего не знает о Кристине. И, наверное, так лучше. Зачем ей знать о моих ошибках?»
Елена зажмурилась. Каких ошибках? Дмитрий пытался быть хорошим отцом, пытался не травмировать дочь...
Звонок в дверь прервал ее мысли. Елена вздрогнула, сунула документы обратно в коробку. Кто это может быть в такое время?
Она с изумлением увидела незнакомого мужчину, немолодого и представительного.
— Елена Викторовна? — уточнил незнакомец. — Я Сергей Викторович Петров, адвокат вашего мужа. Нам нужно обсудить вопросы его наследства.
— Проходите, — устало кивнула Елена.
Еще один сюрприз в этот кошмарный день.
Они сели в той же гостиной, где недавно был разговор с Кристиной.
— Понимаю, вам сейчас нелегко, — мягко начал адвокат и достал из портфеля папку. — Но вопрос наследства требует скорейшего решения. Особенно учитывая появление... неожиданной наследницы.
— Вы знаете о Кристине? — удивилась Елена.
— Она ко мне приходила, консультировалась по поводу наследства, — пояснил Сергей Викторович и открыл папку. — Но я решил сначала с вами поговорить, ситуация-то сложная.
— В каком смысле?
Сергей Викторович достал из папки несколько документов.
— Формально Кристина имеет право на половину наследства, это факт. Но есть нюансы, которые могут повлиять на решение суда.
— Какие нюансы? — Елена подалась вперед.
— Видите ли, — Сергей Викторович разложил документы, — я в курсе взаимоотношений вашего супруга с дочерью. И знаю, что он пытался наладить родственные связи, вот только она была против.
— Вы это знаете? — изумилась Елена.
— Дмитрий Александрович давно занимался этим вопросом, — объяснил адвокат. — Он хотел сблизиться с дочкой, общаться... Но до суда не дошло, он не хотел стресса для Кристины.
Елене стало легче. Значит, она не ошибалась, Дмитрий действительно пытался быть хорошим отцом.
— Но это же меняет дело, — сказала она. — Если он пытался общаться с дочерью...
— К сожалению, не все так просто, — вздохнул адвокат. — Кристина может заявить, что отец плохо к ней относился, на жалость надавить. Возможно, у нее и основания есть для этого.
— Какие основания? Пожалуйста... объясните...
Сергей Викторович помолчал, явно выбирая слова.
— Она упомянула телефонные разговоры. Записи разговоров, где Дмитрий Александрович отказывался от встреч.
Елена растерянно покачала головой.
— Не понимаю. Он хотел ее видеть, это же видно из документов...
— Документы — это одно, а что происходило на самом деле — другое, — осторожно заметил адвокат. — Возможно, в какой-то момент Дмитрий Александрович изменил свое мнение. Или...
Он замолчал.
— Или что?
— Или Кристина обращалась к отцу не только для встреч.
Елена почувствовала, как холодок пробежал по спине.
— Что вы имеете в виду?
— Возможно, — осторожно продолжил адвокат, — Кристина просила у отца финансовую помощь и получала отказы.
— Но зачем Дмитрию отказывать дочери в деньгах? — нахмурилась Елена.
— Кто знает, — философски заметил Сергей Викторович. — А про замужество свое Кристина вам что-нибудь говорила?
— Нет вроде... — Елена попыталась вспомнить. — Она назвалась Морозовой, но... многие женщины сохраняют девичью фамилию.
— Она замужем, — сообщил адвокат и снова надел очки. — За неким Игорем Кузнецовым. И у этого Игоря... довольно специфические проблемы.
— Какие проблемы?
— У Игоря есть позорная страстишка, азартные игры, — сухо пояснил адвокат. — И ему крупно не везет, у них с Кристиной много долгов. И я подозреваю, что Кристина требовала от отца оплачивать их все.
Елена откинулась на спинку дивана. Картина начинала проясняться. Значит, Кристина приходила к отцу не от любви, а... за деньгами?
— Но это же меняет все! — воскликнула она. — Если Дмитрий отказывался давать деньги на игры этого... Игоря...
— К сожалению, доказать это будет сложно, — покачал головой адвокат. — Кристина может утверждать, что просила денег на неотложные нужды. А отец ей отказывал.
— Но у меня есть документы! — Елена вспомнила о коробке. — Письма, справки... Там видно, что Дмитрий пытался наладить отношения с дочерью!
— Это хорошо, — кивнул Сергей Викторович. — Эти документы могут помочь. Но все равно... в суде будет сложно.
— А что вы предлагаете?
Адвокат помолчал, обдумывая ответ.
— Попробовать договориться мирно. Предложить Кристине какую-то компенсацию, но не половину бизнеса. Может быть, фиксированную сумму.
— А если она не согласится?
— Тогда суд, — честно ответил адвокат. — Вот только в СМИ история точно попадет. А я так понимаю, подобное не в ваших интересах, верно?
Елена закрыла глаза. Публичность — это было то, чего она больше всего боялась. Их бизнес был связан с репутацией, и скандал мог все разрушить.
— Сколько времени у меня есть на размышления?
— Да и нет почти, — вздохнул Сергей Викторович. — Кристина настроена решительно, собирается действовать. За пару дней решить нужно. Подумайте, Елена Викторовна. И помните, иногда лучше поступиться малостью, чем рисковать потерять все.
Он ушел, и Елена снова осталась одна. Она вернулась в кабинет мужа, взяла коробку с документами. Все эти годы Дмитрий молчал, носил в себе боль от разлуки с дочерью и не делился ею даже с женой.
Почему он ей не рассказал?
Елена взяла последнюю записку, которое писал Дмитрий. Перечитала его еще раз. «Лена ничего не знает о Кристине. И, наверное, так лучше. Зачем ей знать о моих ошибках?»
Ошибках... Какими ошибками считал Дмитрий свои попытки быть хорошим отцом? Или... Или он имел в виду что-то другое?
Елена вдруг поняла. Дмитрий винил себя за то, что не смог защитить дочь от развода, за то, что позволил Марине настроить ребенка против него, за то, что не боролся в суде за право видеться с Кристиной.
А потом, когда дочь выросла и начала приходить к нему за деньгами для мужа-игромана... Дмитрий понял, что опоздал, дочь видит в нем только источник денег, а не отца. И он предпочел молчать, не рассказывать жене о своей боли, не портить ей настроение своими проблемами.
Елена прижала письмо к груди. Бедный Дмитрий... Как же ему было тяжело все эти годы. (Все события вымышленные, все совпадения случайны) 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 👇🏼ЛУЧШИЕ РАССКАЗЫ КАНАЛА ЗДЕСЬ 👇🏼