Мишка с трудом открыл ворота, немело сугроб, в хлюпкую дверь мощными ударами бил ветер со снегом. Вьюга разыгралась не на шутку. Снег колючими иголками кружил вокруг, его было так много, что почти ничего не было видно. Но Мишка знал, что если выйти за ворота и пойти направо, сперва будет дом бабы Ани, но она уехала, ещё несколько дней назад. Баба Вера, сказала, что бабе Ане повезло, дети её не забывают, вот, на Новый год забрали, к весне только вернётся. А у бабы Веры никого не осталось, она совсем старенькая, но очень добрая. Её дом следующий. Обе бабушки иногда подкармливали Мишку с Лидкой, это его младшая сестра, ей всего пять. Она совсем замёрзла, и уже даже не плачет, но еле идёт. Мишке приходится тащить её за руку. Мишка уже большой, весной ему будет семь. И, наверное, он пойдёт в школу. Об этом баба Вера всегда говорит с сомнением, прибавляя: «Если отец вспомнит». Отец пьёт всё время, поэтому, может, и забыть. Вот и сегодня пьёт.
Мишка тянул сестрёнку за руку, прикрывая глаза рукавицей. Рукавицы новые у него и у Лидки, тоже бабы Веры подарок. А вот курточки у обоих тонкие, Мишке и рукава малы. И ботинки у Мишкинизкие, уже полные снега. У Лидки валенки, но и она хнычет, что ноги замёрзли. Два дома – это совсем чуть-чуть. Главное не ошибиться направлением в пурге. Налево идти смысла нет, там заброшенный дом, а следом халупа тёти Наташи.Но её дома нет, она как раз с Мишкиным отцом пьёт. «Пропащая баба», как говорит про неё баба Вера. Раньше у Мишки с Лидой была мама, хорошая, очень она их любила. А потом мамы не стало, умерла. Сестрёнка совсем маленькая была, не поняла тогда, а Миша понял. Понял, что она больше никогда не вернётся, не будет с ними, не обнимет, не поцелует в макушку. Папка ходил темнее тучи. Вечерами всё сидел на кухне один, а Мишку с Лидой отправлял в комнату играть. Так было долго. Иногда к папе приходили друзья, тогда он говорил Мишке: «Возьми сестру, и идите гулять». Мишке не нравились эти друзья. Они были шумные, какие-то неопрятные, и пахло от них, как от отца по вечерам, водкой. Про водку Миша тоже знал. Как-то вечером, Миша с Лидой сидели на лавке у подъезда. Дома всё ещё были гости, идти туда не хотелось. Их заметила соседка тётя Лиза, когда-то они с мамой часто болтали при встрече.Теперь она подступилась с вопросами к детям. Миша всё рассказал. Тётя Лиза отвела их к себе домой, накормила вкусным супом и пирожками с картошкой. А пока они ели, всё смотрела на них и вздыхала. Тётя Лиза тоже была хорошая, добрая, а ещё такая толстенькая, от этого мягкая и тёплая, только своих детей у неё не было. Мишка однажды спросил у неё про это, она улыбнулась и ответила, рассмеявшись: «Чтоб дети были, нужно замуж сначала выйти, а меня не берут». Мишка удивился, почему это не берут, он бы такую маму хотел, но спрашивать не стал. Они часто теперь бывали у тёти Лизы. Как-то и она пришла к ним в гости, принесла сладости и игрушки, и долго ругалась с папой на кухне. Кричала, что нельзя детей в таком бардаке воспитывать, что их, в принципе, надо воспитывать, а не горе своё заливать. «Себя жалеешь? А о детях кто подумает?» - спрашивала тётя Лиза. Отец только по столу кулаком стукнул и велел ей убираться. А через несколько дней сказал, что они уезжают, что он выгодно обменял квартиру на дом в деревне. Что там свежий воздух, огород и река рядом, будет весело и для здоровья полезно. Так они оказались в деревне.
Деревня была маленькая, многие дома стояли заброшенными, пустовали. Их новый дом был кособоким, со скрипучими полами и, как оказалось, прохудившейся крышей. В первый же дождь в углу над Мишкиной кроватью закапала вода. Отец пообещал починить, а пока просто отодвинул кровать. Но ни крышей, ни огородом он потом так и не занялся. Зато пить начал ещё больше. Часто приходила тётя Наташа, которая тоже пила с ним водку и громко смеялась. Отец снова говорил Мишке: «Возьми сестру, и идите гулять». Мишка с Лидой слонялись по деревне, а когда возвращались домой, чаще всего было заперто. Приходилось стучать и звать папу. Иногда он не открывал очень долго и тогда Миша с Лидой сидели на крыльце, ждали. Как-то баба Вера заметила это, покачала головой и позвала их к себе. Поставила перед ними целую сковородку жареной картошки и по стакану молока. А пока они ели, всё кивала головой и вздыхала, как тётя Лиза когда-то. С тех пор она иногда подкармливал их, потом и баба Аня стала делать так же. Миша с Лидой сами никогда ничего не просили, стеснялись, но уж если предложат, никогда не отказывались, дома-то не всегда удавалось поесть.
Но сейчас другого выхода не было, кроме как идти к бабе Вере. Было первое января. На улице было морозно. Дома тоже было холодно, Миша и Лида весь день просидели на диване, под одеялом, прижавшись друг к другу. Отец спал, громко похрапывая. Печь давно остыла, а топить её отец запрещал, говорил: «Мал ещё». Хотя Мишка бы справился, но ослушаться отца боялся, итак частенько прилетали от него затрещины и оплеухи. Зимой за окном темнеет рано. Вот и стемнело, а отец всё спал. Мишка думал о том, что в Новый год у них не было не только подарков, но и ёлки. От этого было грустно. Проснулся отец, когда пришла тётя Наташа. Она, как всегда громко разговаривала и смеялась. Отец тоже сразу повеселел. Загремели рюмки. Мишка вздохнул. Лида вслед за ним. Зато печь затопили. Ребята подобрались ближе.
- Есть хотите? – Улыбаясь красным кривым ртом, спросила тётя Наташа. Лида закивала, Мишка был сдержан. Ему не нравилась эта «пропащая баба», хотя есть он тоже хотел. Тётя Наташа отложила втарелку несколько варёных картофелин, пару кусочков колбасы и пару солёных огурцов и отдала ребятам, всё так же ухмыляясь. Отец даже не обратил на это внимания, он заметил детей, только когда через пару часов, захмелев, потянул руку к ноге тёти Наташи. Она снова ухмыльнулась и мотнула головой в сторону детей, которые так и сидели поближе к печке, укутавшись одеялом. Лида даже заснула, отогревшись.
- Мишка, возьми сестру, и идите гулять. – Тут же приказал отец.
- Холодно. – Попытался возразить Миша.
- Нормально. – Отец не терпел возражений.
Миша и Лида послонялись по двору. Снег был не липкий, ни в снежки не поиграть, ни снеговика слепить. Мишка вспомнил про старые санки и они пошли кататься с горки в овраг за огородом. Было даже весело, но мороз крепчал, к тому же, поднялся ветер и пошёл снег.
- Я замёрзла. – Пожаловалась Лида, прижимая руки в варежках к щекам.
Вернулись. Дверь снова была закрыта. Принялись стучать. Мишка кричал, Лида вторила ему, но в доме было тихо. А снег вокруг кружил всё сильнее, засыпая всё вокруг. Сколько времени прошло тони не знали, Лида начала плакать, обессиливши, опустившись на ступеньку. Миша понял, что если они останутся на улице, то попросту замёрзнут. Единственным выходом было идти к бабе Вере.
До дома бабы Веры оставалось совсем немного, когда Мишка услышал сбоку громкий лай. «Ух, проклятая!» - подумал он про себя, повторяя слова бабы Веры. Как эта злая соседская собака увидела их в темноте, за стеной снега? Но думать об этом Мишке было некогда, надо было идти. Поздней осенью в пустующем доме напротив бабы Веры поселился какой-то мужик. Ходил хмурый, ни с кем не здоровался, да даже и не смотрел ни на кого, а если посмотрит, то аж мурашки по коже, от его тяжёлого взгляда.
- Злой, как и его собака. – Фыркнула тогда баба Аня, попытавшаяся познакомиться с новым соседом. За забором у него, и правда, разгуливала огромная рыжая собака. И судя по тому, как она облаивала все, кто проходил мимо, она, действительно, была злая. Мишка не раз видел, как слюни брызгали в разные стороны из её зубастой пасти. Проходя мимо, они прижимались к забору на противоположной стороне, но даже оттуда, было видно летевшие слюни и огромные клыки. Лида, каждый раз, услышав лай, вздрагивала и хваталась за руку брата, но сейчас совсем не отреагировала, почти падая с ног.
В доме бабы Веры не было света. Наверняка она уже спит, но Мишка из последних сил застучал в дверь. Ответа не было, а вот лай собаки становился всё резче и громче. Миша подождал и забарабанил снова. Прислушался, тишина. Странно, лай тоже прекратился…
- Герда, перестань! – Игорь выглянул за дверь, проснувшись от лая. – Ну и метель. – Заметил он. – Иди в дом! – Позвал он ещё раз, но Герда не слушалась, заливаясь у забора. – Да на кого ты? В такую погоду никто из дома не выйдет. – Игорь пытался рассмотреть, что происходит, но ничего не видел. – Домой, девочка. – Позвал он ласковее. Но вместо ответа ему послышался хруст досок, лай стих. – Да что там, в самом деле? – Удивился он и поспешил в дом одеться.
Ни он, ни Герда, не были злыми. Герда просто охраняла своего хозяина, по-собачьи, преданно, как подсказывали ей инстинкты. Ну а то, что из-за больших размеров выглядела зловеще, в том не было её вины. Игорь летом в аварии потерял жену и дочку. Горечь утраты была ещё такой сильной, что он не хотел ни с кем общаться, поэтому-то он и уехал в старый дедовский дом, в глухую деревню. Нет, он не ушёл тут в запой, как отец Миши и Лиды, самым крепким, что он пил, это был чай, заваривая который, он постоянно забывал вовремя убрать пакетик.
Одевшись, Игорь подошёл к забору. Пара досок были выломаны, за щепки зацепилась рыжая шерсть. Игорь встревожился и вышел за ворота, в поисках Герды.
В это время, у дома бабы Веры, в повисшей тишине, словно почувствовав, что-то спиной, Мишка обернулся. В двух шагах от него, тяжело дыша, стояла та самая огромная рыжая злая собака.Мишка задрожал, но шагнул вперёд, прикрывая сестру. Собака высунула язык, сверкнули клыки. Мишка зажмурился и, вдруг, почувствовал аккуратное касание тёплого мокрого языка. Собака подошла совсем близко, и, ткнувшись мордой ему в лицо, тихонько заскулила. А потом улеглась на крыльцо, свернувшись кольцом вокруг Лиды. Девочка наклонила голову на её пушистый бок. Миша приблизился. Собака сгребла его мощной лапой, прижав к себе. Мишка сразу почувствовал тепло и перестал сопротивляться.
Игорь кое-как разглядел следы Герды, снег кружил так густо. Он поспешил к дому соседки. Он видел её, совсем старенькая, неужели, что-то случилось.Чем ближе он подходил, тем отчётливее вырисовывалась что-то массивное и тёмное на крыльце соседского дома. Подойдя вплотную, Игорь на мгновение оторопел.
- Да как же это! – Себе под нос выругался он и, подхватив одной рукой девочку, другой мальчика, зашагал домой. Герда семенила следом, помахивая хвостом. Ребят этих Игорь видел, видел и что отец их пьёт, не одобрял, конечно, но не думал, что всё так плохо.
Мишка первым открыл глаза. Было тепло, комната была незнакомой. Он чуть приподнялся на диване, и тут же к дивану подбежала та самая рыжая собака. Миша вздрогнул. Собака положила мордуна край и дружелюбно завиляла хвостом.
- Её зовут Герда. Можешь погладить, не укусит. – Сказал хмурый сосед, войдя в комнату следом за собакой. Сейчас и он не показался Мишке хмурым, скорее задумчивым. Миша протянул Герде руку, и она ткнулась в неё влажным носом. Миша улыбнулся.
Следом проснулась и Лида. Дядя Игорь посадил их завтракать и сказал, что скоро вернётся. Но скоро вернулся не он, а баба Вера. Она вздыхала и горько кивала головой, глядя на ребят, а потом спросила:
- Совсем никого у вас нет, кроме папки то? Помер папка. Угорели они с Наташкой. – Миша нахмурился.
- Никого. – Буркнул в ответ.
- В детский дом вас заберут, выходит. – Баба Вера вздохнула ещё горче. Миша опустил глаза в тарелку. Лида, не понимая, что происходит, смотрела то на него, то на бабу Веру.
- Тётя Лиза есть. – Сказала она тихонько.
***
Миша, задумавшись, легонько подталкивал качели, в которых сидела Лида. Прошло уже полгода. В общем-то, в детском доме было неплохо. Другие ребята приняли их нормально.
- Лидку бы ещё мог кто-нибудь взять, она помладше, но вас двое. Двоих вряд ли кто-то возьмёт. – Со знанием дела объяснил вихрастый Лёня. Ему, наверное, виднее, он с рождения сирота, а уже постарше Мишки. «Может, оно и ничего, кормят хорошо, и воспитатель Ирина Павловна добрая. Жить можно» - размышлял Мишка.
- Герда! – Вдруг крикнула Лида, и Миша обернулся. На аллее стояла тётя Лиза, а рядом с ней дядя Игорь, держащий на поводке Герду. Герда поскуливала, переминаясь с ноги на ногу, и порывалась к ребятам, но понимая, что нельзя, не отходила от хозяина. Лида спрыгнула и побежала навстречу. Миша поспешил следом.
- Вы зачем здесь? – Спросил он, стараясь скрыть свою радость.
- За вами. – Улыбнулся дядя Игорь. Тётя Лиза тоже улыбнулась и погладила Лиду по голове.
Судьба Мишки и Лиды не выходила у Игоря из головы. Сам не зная для чего, он решил разыскать ту самую тётю Лизу. Лиза вздыхала, качала головой, и даже всплакнула, слушая рассказ Игоря, а потом решительно сказала:
- Ребята хорошие, пропадут они в детском доме. Я их заберу.
- Могут не отдать. Вы одна, их двое, и квартирка у вас небольшая, и доход…. – Игорь огляделся и осёкся.
- Я попытаюсь. – Не сдалась Лиза.
- Я помогу. – Пообещал Игорь.
Пока узнавали всё, собирали документы и тд,сблизились, потянулись друг к другу и решили жить одной большой и дружной семьёй. Через год в их семье родилась ещё одна девочка.
- Мы теперь в меньшинстве, Мишка, три девчонкиу нас. Это большая ответственность. – Шутливо наставлял Игорь, когда они с Мишей собирали детскую кроватку, готовясь к выписке Лизы с малышкой.
- Четыре. – Рассмеялся Миша, потрепав по голове Герду, которая крутилась рядом.
P.S. Всем добра и только тёплых историй).
Приношу извинения за ошибки , которые могут встретиться.