К матери Елена поехала после обеда. Всю дорогу репетировала разговор, но понимала, что Валентина Петровна умеет выкручиваться из любой ситуации. Мать у нее такая — дипломат.
Валентина Петровна встретила ее у порога с виноватой улыбкой.
— Леночка, доченька! — она попыталась обнять Елену, но та отстранилась. — Ну что ты сразу... Проходи, проходи! Чаю попьем, поговорим.
— Мам, — сказала Елена, проходя в знакомую с детства кухню, — объясни мне, пожалуйста, по какому праву ты распорядилась моей квартирой?
Валентина Петровна суетливо поставила чайник, достала печенье, то самое, которое Елена любила в детстве. Все время что-то бормотала под нос.
— Ой, да что ты так сразу в лоб! — замахала она руками. — Садись, дочка, расскажу все как есть.
— Начинай, — Елена села за стол, скрестив руки.
— Ну что тебе сказать... — Валентина Петровна вздохнула, села напротив, покрутила в руках ложечку. — Димка пришел такой весь... Ну, понимаешь, расстроенный. Работу потерял, жена с младенцем, старшие дети... А денег нет совсем. Съемную не потянут, это же какие деньги сейчас! Тридцать, а то и сорок тысяч за нормальную квартиру!
— И ты решила отдать им мою квартиру? — Елена усмехнулась.
— Да не отдать! — возмутилась мать, всплеснула руками. — На время! Ну подумай сама, у тебя квартира пустая стоит, а у них дети маленькие. Ты же в командировках постоянно! Да и потом... Ну, семья, родная кровь!
Елена покачала головой.
— Мам, это моя собственность. И никто, даже ты, не имеет права решать, кому там жить.
— Ой, да что ты как чужая! — Валентина Петровна схватилась за сердце. — Димка твой родной брат, дети — племянники! А что, по-твоему, я должна была сделать? Смотреть, как они на улице оказались?
— Семья? — усмехнулась Елена. — А когда я разводилась, мне было плохо, где была эта… родня? Когда я ипотеку оформляла и денег не хватало, кто мне помогал? Когда мне самой было некуда деваться?
Мать отвела взгляд, принялась вытирать уже чистый стол.
— Ну... тогда у нас тоже проблемы были... Да и ты же справилась как-то.
— Зато теперь, когда у меня есть что взять, семья сразу вспомнилась, да? — Елена встала из-за стола. — Мам, я требую, чтобы ты сказала Диме, пусть съезжает. Максимум через неделю.
— Ленка! — испугалась Валентина Петровна. — Да как же он съедет? Куда ему деваться с детьми? Да еще в такое время!
— Это его проблемы. Он взрослый мужик, пусть решает сам. С февраля было полно времени, чтобы работу найти.
— Но ведь ты же понимаешь... — Мать заплакала, достала платочек. — Дети маленькие, им крыша над головой нужна! Ты же тетя им!
— А мне что, крыша не нужна? — Елена взяла сумку. — Или я, по-твоему, не человек?
— Да что ты говоришь такое! — всхлипнула Валентина Петровна. — Конечно, человек! Просто... Ну у тебя же есть деньги, ты можешь где угодно снять... А у них ничего нет!
— Ага, — кивнула Елена. — То есть я должна снимать квартиру, потому что у меня есть деньги, а брат пусть живет в моей, потому что у него денег нет? Логично.
— Леночка, ну не будь такой жестокой!
— Какой? — Елена остановилась в дверях. — А вы, когда решали за меня, не подумали, что это жестоко? Мам, у тебя неделя. Через неделю я приеду домой, квартира должна быть свободна.
Она ушла, не дослушав материнские причитания. Вечером позвонил Дмитрий.
— Лен, мать мне все рассказала, — сказал он без предисловий. — Ну ты и…!
— Дима, — устало ответила Елена, — я просто хочу жить в своей квартире. Это нормально.
— Ага, — зло рассмеялся брат. — Выгнать на улицу родного брата с детьми — это нормально?
— Я никого не выгоняю. Просто не разрешала вам въезжать.
— Знаешь что! — рявкнул Дмитрий. — Всегда была эгоисткой, а теперь вообще... И да! Мы никуда не уйдем! Попробуй нас выгнать! Посмотрим еще, кто кого!
Он бросил трубку. Елена посмотрела на телефон и поняла — по-хорошему не получится.
На следующий день она пошла к юристу.
— Понимаете, — объяснила Елена пожилому адвокату в очках, — они живут в моей квартире без разрешения. Можно ли их выселить?
Юрист внимательно изучил документы, покивал, что-то помечал в блокноте.
— Можно, конечно, — сказал он наконец. — Но процесс небыстрый. Подаем иск о выселении, назначается судебное заседание... Месяца два-три минимум. А может, и больше.
— А если они откажутся выполнять решение суда?
— Тогда подключаются судебные приставы. Но это еще дольше. И денег стоит.
Елена вздохнула. Значит, быстро проблему не решить.
— А есть ли способы... Ну, повлиять на них как-то? Законно, конечно.
Юрист усмехнулся.
— Законные способы — только через суд. А незаконные я вам не посоветую. Хотя... Если у вас есть информация, которая их компрометирует...
Выходя из юридической консультации, Елена позвонила Ирине.
— Ир, а у тебя нет знакомых частных детективов?
— Детективов? — удивилась подруга. — А зачем они тебе?
— Хочу проверить, правда ли брат просто потерял работу. Что-то мне его версия не нравится. Слишком уж он быстро из расстроенного в наглого превратился. Будто вообще ничего не боится. И потом, на что они живут эти месяцы?
— Есть один знакомый, — подумав, сказала Ирина. — Бывший опер, надежный. Хочешь, дам телефон?
Детектив, грузный мужчина по имени Сергей Владимирович, выслушал Елену внимательно.
— Значит, брат? — уточнил он, делая пометки в блокноте. — Дмитрий как по отчеству?
— Алексеевич. Работал главным бухгалтером в строительной фирме «Альфа-Строй».
— Понятно. За какой период проверять?
— За последний год. Меня интересует, действительно ли его сократили или есть другие причины увольнения.
— Хорошо. Дня три-четыре потребуется. Может, и меньше, если повезет.
Ждать пришлось четыре дня. Детектив позвонил в пятницу утром.
— Есть информация, — сказал он коротко. — Встретимся?
В кафе Сергей Владимирович положил перед Еленой папку.
— Ваш брат не просто потерял работу, — сказал он без предисловий. — Его уволили за финансовые нарушения. Подозрение в растрате корпоративных средств.
Елена открыла папку, пробежала глазами документы. Цифры, даты, официальные бумаги.
— То есть его могут посадить?
— Пока идет внутреннее расследование в фирме. Если докажут вину — да, уголовное дело неизбежно. А доказать, судя по документам, можно.
— А еще что-нибудь?
— Да, у его жены есть собственная квартира. Однокомнатная, в соседнем районе. Сдается за двадцать пять тысяч в месяц. Хорошие деньги.
Елена почувствовала, как внутри закипает злость. Значит, все это время они ее обманывали.
— То есть они не бездомные?
— Совсем нет. Просто ваша квартира больше и лучше. Зачем жить в однушке, когда можно в двушке? Да еще и бесплатно.
— Спасибо, — Елена закрыла папку. — Сколько я вам должна?
— Десять тысяч. Работа несложная была.
Вечером она снова поехала к квартире. На этот раз поднялась и позвонила в дверь.
Открыл Дмитрий. Увидев сестру, нахмурился.
— Чего тебе еще?
— Поговорить хочу. Можно войти?
Дмитрий неохотно пропустил ее в прихожую.
— Дим, — сказала Елена спокойно, — я знаю, за что тебя уволили. И знаю про квартиру Светланы. А мать наша в курсе? Или вы и ей врете?
Лицо брата изменилось, он побледнел.
— Откуда... — начал он и осекся.
— Неважно откуда. Важно, что теперь я знаю правду.
— Какую? —из комнаты вышла Светлана, вытирая руки полотенцем.
— Правду о том, что у вас есть собственное жилье, которое сдаете, — Елена посмотрела на невестку. — И о том, что Дима не потерял работу, а его выгнали за воровство.
Светлана сощурилась, зло зыркнула. Дмитрий побагровел, его лицо сморщилось.
— Ну и что? — сказал он наконец, выпятив подбородок. — И что ты нам сделаешь?
— На фирму твою схожу. Они наверняка будут рады, что тебе есть, чем компенсировать долги… проворовавшегося бухгалтера.
— Ты не посмеешь! На родного брата кишка тонка рот раскрывать, — прошипел Дмитрий.
— Хочешь проверить? У меня есть копии всех документов.
Она повернулась и пошла к двери.
— Подумайте хорошенько, — сказала Елена напоследок. — У вас есть три дня.
Через два дня к ней в гостиницу пришла Валентина Петровна. Мать выглядела постаревшей и усталой.
— Ленка, — сказала она тихо, не глядя в глаза, — они съезжают.
— Хорошо, — кивнула Елена.
— Только... — Валентина Петровна помолчала, покрутила в руках сумочку. — Димка больше с тобой общаться не хочет. И я... тоже, наверное, не буду.
— Это ваш выбор, мам.
— Ты предала семью, — упрекнула мать, наконец подняв глаза. — Из-за какой-то квартиры.
Елена посмотрела на мать долгим взглядом.
— Нет, мам. Семью предала не я. А те, кто решил, что может взять чужое без спроса.
Валентина Петровна развернулась и ушла молча.
На следующий день Елена вернулась домой. Квартира была пуста. Почти… Дмитрий забрал не только свои вещи, но и некоторые Еленины. Любимую вазу, подаренную покойным отцом. Сломал замок на балконе, испортил паркет в коридоре, видимо, тащили что-то тяжелое.
На кухонном столе лежала записка, написанная почерком Светланы: «Сама захотела — сама и живи».
Она обошла комнаты, оценивая ущерб. А потом достала телефон и набрала номер клининговой службы. Надо привести квартиру в порядок, купить новые замки, восстановить испорченное ( все события вымышленные) 🔔 делитесь в своими историями 👈🏼(нажать на синие буквы) поддержите канал лайком 👍🏼 или подпиской ✍🏼