Начало истории:
На следующий день он вернулся с кольцом и сделал предложение, встав на колено в их гостиной. Ксения, сияя, бросилась ему на шею, но тревога омрачала радость: родители не приняли их союз. Отец, суровый и упрямый, не одобрил Александра, который был младше его лишь на девять лет.
— Он тебе не пара, Ксюша, — ворчал он за чаем. — Слишком взрослый, не наш круг.
— Пап, я его люблю, — Ксения сжимала кулаки, готовая спорить.
— Любовь проходит, а жизнь остаётся, — отрезал отец.
Надежда Петровна пыталась смягчить мужа, но не явилась на свадьбу, поддавшись его запретам. Она позвонила, сквозь слёзы желая счастья.
— Ксюша, будь счастлива, родная, — её голос дрожал.
— Спасибо, мама. Я справлюсь, — Ксения стиснула телефон, проглотив обиду.
Через месяц радость сменилась горем: у Ксении нашли замершую беременность. Она вернулась из больницы бледная, с потухшим взглядом. Александр пытался поддержать, но она отмахивалась, выбросив антидепрессанты.
— Если захотим ещё раз, это может навредить ребёнку, — твёрдо сказала она, бросая таблетки в мусор.
Александр кивнул, но видел, как её характер меняется. Ксения стала раздражительной, вспыхивала по пустякам. Если он задерживался, она кричала, что он её разлюбил. Однажды она явилась за полночь, пьяная, с растрёпанной причёской.
— Где ты была, Ксюша? — Александр старался говорить спокойно, но голос дрожал.
— Какая тебе разница? — огрызнулась она, швырнув сумку на диван. — Ты всё равно меня бросишь!
— Перестань, — он шагнул к ней, но она оттолкнула его.
— Не трогай! — её голос сорвался, она запустила телефоном в стену.
Александр ушёл в другую комнату, оставив её рыдать. Вскоре у Ксении случился нервный срыв, и она попала в больницу. Он навещал её, приносил цветы, шутил, чтобы вернуть улыбку.
— Ксюша, мы справимся, — говорил он, держа её руку. — У нас ещё будут дети.
Она кивала, глядя пусто. После выписки он носил её на руках, избегая конфликтов. Когда Ксения ушла с работы, он поддержал, думая, что дома она успокоится.
На время наступило затишье. Одержимая идеей забеременеть, Ксения стала мягче, записалась на кулинарные курсы.
— Смотри, Саша, я научилась делать лазанью! — гордо сказала она, ставя подгоревшее блюдо.
— Пахнет вкусно, — соврал он, скрывая гримасу.
Она улыбнулась, но её энтузиазм угасал, видя его усталость. Ксения занялась йогой, отказалась от алкоголя, заставляла Александра пить смузи из сельдерея.
— Это для здоровья, — убеждала она, протягивая зелёный коктейль.
— Ты теперь мой диетолог? — шутил он, но пил, чтобы не расстраивать.
Но беременность не наступала. Врачи разводили руками: оба здоровы. Ксения ходила от специалиста к специалисту, но ответы не менялись. Её настроение ухудшилось. Она подозревала Александра в изменах, проверяла телефон, устраивала сцены.
— Кто звонил? — кричала она, выхватывая телефон.
— Ксюша, это работа, — он пытался успокоить, но она не слушала.
Однажды она приехала в институт и потребовала, чтобы он ехал домой.
— Саша, бросай всё и едем! — её глаза метали молнии.
— Я на лекции, — он говорил тихо, но она перебила:
— Мне плевать! Ты должен быть со мной!
Студенты перешёптывались, пока он не увёл её в коридор.
— Хватит сцен, — он сжал её плечи. — Это слишком.
Ксения разрыдалась и ушла, хлопнув дверью. Александр предложил обратиться к психотерапевту, показав статьи о влиянии стресса на зачатие.
— Тебе нужен специалист, Ксюша, — мягко сказал он, протягивая распечатки.
— Я не сумасшедшая! — выкрикнула она, швырнув бумаги. — Ты хочешь от меня избавиться!
Она отказывалась обсуждать. Александр чувствовал, как их брак рушится.
В это время в институт пришла Екатерина, новая преподавательница. Ей было тридцать четыре, она была умна, красива и располагала к себе. Угощала коллег пирогами, умела выслушать. Александр начал делиться с ней проблемами.
— Катя, я не знаю, как быть, — говорил он в учительской. — Ксения меняется, я её не узнаю.
— Саша, ей тяжело, — отвечала она, глядя с сочувствием. — Будь терпимее, дари внимание. Выходите вместе чаще.
Она дала ему травяной сбор, успокаивающий лучше валерианы.
— Попробуй, — улыбнулась она, протягивая пакетик.
Он последовал её советам: водил Ксению в рестораны, покупал цветы, но дома ссоры не прекращались. С Екатериной ему было спокойнее. Она стала его другом, которому он доверял.
Однажды, после очередной ссоры, он пришёл к ней. Она накормила его ужином, налила чай, и он остался дольше.
— Катя, я не знаю, как так вышло, — сказал он виновато.
— Не вини себя, — она коснулась его руки. — Иногда так бывает.
Через день он вернулся с цветами и вином. Они говорили до ночи, и он остался. Екатерина ничего не требовала, но её присутствие стало необходимым.
— Когда расскажешь ей о нас? — спросила она, стоя в дверях ванной, завёрнутая в полотенце.
— Не сейчас, Катя. Она в таком состоянии, — он вздохнул.
— Уже два года в таком состоянии, — её голос был грустным. — Что тебя держит, кроме жалости?
— Я не могу её бросить, — он потёр виски.
Екатерина легла рядом, положив голову на его плечо.
— У вас нет детей, Саша. Ты не обязан так жить вечно, — она посмотрела на него. — Я не тороплю, но хочу знать, есть ли у нас будущее.
— Я поговорю с ней, — он обнял её крепче.
На следующий день он вернулся домой, готовясь к разговору. Ксения встретила его, заламывая руки.
— Почему так со мной, Саша? — её голос сорвался на визг. — Ты сказал, в семь!
— Ксюша, сейчас и есть семь, — он взглянул на часы.
— Ты опоздал на десять минут! — она разрыдалась. — Ты меня не любишь, да? Из-за того, что я не могу родить?
— Прекрати, — он обнял её. — Ничего страшного не случилось.
— Я тебя ненавижу! — она била его кулаками. — Ты испортил мне жизнь!
Он прижал её, целуя мокрые щёки, пока она не затихла. Отнёс в спальню, где она заснула. Александр сидел рядом, глядя на неё. Он устал от её вспышек, хотел покоя, тёплого ужина, жены, встречающей с улыбкой. С Ксенией такого не было.
На следующий день он решился.
— Ксюша, нам надо расстаться, — сказал он за кофе.
— Что? — кружка задрожала в её руках. — Ты врёшь.
— Я не вру. Я больше не могу, — он смотрел твёрдо.
Ксения вскочила, кофе разлился.
— Ты не посмеешь! — она бросилась к нему.
— Прости, Ксюша. Я старался, — он перехватил её руки.
Она сползла по стене, рыдая. Он сел рядом, пытаясь успокоить.
— У тебя всё будет хорошо, — сжал её руку.
— Не уходи, — она вцепилась в его рукав.
Он поднял её, обнял, но отвернулся и вышел. В коридоре остановился, прислушиваясь. Рыдания сменились звоном стекла, затем тишиной. Он вернулся, укрыл спящую Ксению пледом и ушёл.
Позвонил Надежде Петровне.
— Здравствуйте, это Александр, — начал он.
— Что случилось? — её голос встревожился.
— С Ксенией всё в порядке, но не могли бы вы приехать?
— Ты пугаешь. Еду, — ответила она.
Александр сел на табуретку, задумавшись. Как его весёлая Ксения стала такой? Неужели он довёл её? Или её вспышки были всегда, а он не замечал? Вспомнил, как она набросилась на Юлию, и испугался за Екатерину. К счастью, Ксения не знала, кто его новая женщина.
Надежда Петровна приехала.
— Где она? — спросила, входя.
— Спит в гостиной. Пойдёмте на кухню, — он провёл её к столу.
Пока он говорил, она молчала, качая головой.
— Моя дочь не такая, — сказала она, встав. — Это ты её довёл. Отец был прав, ваш брак не принёс добра. Я забираю Ксению.
Она оттолкнула его и пошла в гостиную. Ксения проснулась, закричала, что никуда не поедет, что Александр всё придумал. Раздался звук пощёчины. Александр вздрогнул, но остался. Надежда Петровна вернулась.
— Вызови такси, мы уезжаем, — сказала она холодно. — Это ты довёл мою девочку. Она тебя слишком любила.
Он кивнул, вызвал такси и проводил их. Оставшись один, прошёлся по квартире. На полке стояла их свадебная фотография: Ксения, сияющая, с ямочками, и он, влюблённый. Вытащил фото, сложил и спрятал в кошелёк, чтобы сохранить её такой — счастливой.
Екатерина встретила его вечером.
— Как всё прошло? — спросила, глядя с тревогой.
— Всё нормально, Катя. Хочу побыть один, — он опустился на диван.
— Если жалеешь, я пойму, — она села рядом. — Ещё два дня до развода, всё можно вернуть.
— Ничего возвращать не хочу, — он притянул её. — Это часть моей жизни, но я её закрыл. Тебе придётся это принять.
Она погладила его по щеке.
— Я давно всё приняла, — тихо сказала она. — За это я тебя люблю.
— А я тебя, — он обнял её крепче.
Развод прошёл быстро. Ксения не явилась на заседание, отсрочив процесс на два месяца. Александр не появлялся дома, не зная, там ли Ксения. Она звонила, плакала, угрожала, то себе, то ему. Он сменил номер, но она не сдавалась. Приезжала в институт, устраивала сцены, обвиняла во всех бедах. Исцарапала его машину, разбила фару, проколола шины.
— Не принимай её слова близко, — говорила Екатерина, обнимая его. — Она обижена, хочет внимания.
— А если она правда что-то с собой сделает? — он хмурился.
— Если бы хотела, уже сделала бы, — возразила она. — Поговори с её родителями.
— Меня туда не пустят, — он покачал головой.
— Попробуй, Саша. Так нельзя, — она сжала его руку.
На следующий день он поехал домой. Открыв дверь, не успел шагнуть, как Ксения бросилась к нему.
— Ты вернулся! Я знала! — она обхватила его лицо, осыпая поцелуями.
— Ксюша, перестань, — он отстранился. — Я пришёл домой, но тебя здесь быть не должно. Через два дня нас разведут.
— Нет, ты любишь меня! — она вцепилась в рукав.
— Прости, уже нет, — он встряхнул её. — Ты взрослая, умная, красивая. Начни жить заново.
— Я тебя ненавижу! — её ногти впились в его щёку, оставив кровавые полосы.
Он перехватил её руку, сжав крепко.
— Всё кончено, Ксюша, — сказал твёрдо.
Она разрыдалась, сползла по стене. Он хотел обнять, но остановился. Любой жест мог дать надежду, которой не было.
— Прости, я не могу, — он отвернулся и вышел.
Постоял у двери, прислушиваясь. Рыдания сменились звоном стекла, затем тишиной. Он вернулся, укрыл спящую Ксению пледом и ушёл.
Александр почти год не видел Ксению. От Надежды Петровны узнал, что её отправили в клинику на три месяца. Позже она нашла работу по специальности и, казалось, начала новую жизнь. Он был рад, что она справилась, и сосредоточился на планах с Екатериной. Они готовились к свадьбе, решив обойтись без пышного торжества.
— Распишемся тихо, с близкими, — предложила Екатерина, поправляя его галстук. — Потом уедем к моим родителям в деревню.
— Отличный план, — он улыбнулся, целуя её в висок.
Ксения же, вернувшись к родителям, не забыла Александра. Она следила за ним с маниакальной страстью, вынашивая план мести. В больнице её мысли были заняты одним: разрушить его счастье. Она боялась, что справки о лечении помешают работе, но ей повезло. Начальник отдела, Владимир, заметил её целеустремлённость и стал оказывать внимание. Ксения ответила, но лишь ради прикрытия.
— Куда собралась, милая? — Владимир подошёл в офисе, коснувшись её плеча.
— Вова, я говорила, мне надо уйти пораньше, — Ксения улыбнулась, поправляя волосы.
— Уже начинаю ревновать, — он шутливо нахмурился.
— Глупый, тебе не о чем беспокоиться, — она чмокнула его в щёку и ушла, цокая каблуками.
Накануне она говорила с матерью.
— Мам, мне нужны деньги. Много, — Ксения смотрела в глаза.
— Зачем? — Надежда Петровна нахмурилась.
— Для будущего. Хочу открыть своё дело, — солгала Ксения.
— Не скажешь правду? — мать покачала головой.
— Боюсь сглазить. Я верну, — Ксения опустила взгляд.
Надежда Петровна принесла шкатулку.
— Это наши сбережения, — сказала строго.
— Спасибо, мамочка! — Ксения обняла её, скрывая ликование.
В сквере она сидела на лавочке, озираясь. Она решила вернуть Александра, исправить ошибки. Для этого нужен был компромат на его новую женщину.
Мужчина в тёмных очках сел рядом, не глядя на неё.
— Принесли деньги? — спросил тихо.
— Да, задаток, — Ксения передала конверт. — Надеюсь, найдёте, что мне нужно.
— Не сомневайтесь, — он кивнул. — У каждого есть тайны.
Ксения улыбнулась, встала и ушла.
Александр и Екатерина приехали в ЗАГС раньше, чтобы встретить гостей. На крыльце звенели бокалы, шумели пары. Они улыбнулись друг другу и вошли в холл, держась за руки.
Ксения наблюдала из такси. Расплатившись, вышла, сжимая конверт. Поднявшись по ступенькам, вошла следом. Александр и Екатерина стояли в стороне, он что-то шептал, она улыбалась. Ксения сжала конверт, её губы искривились в усмешке.
Она наняла детектива, чтобы раскопать прошлое Екатерины, уверенная, что компромат разрушит их счастье. Подойдя, встала напротив, молча глядя. Екатерина заметила первой, её лицо напряглось. Александр поднял глаза и замер.
— Привет, дорогой, — Ксения сверкнула глазами, голос полон яда.
— Здравствуй, Ксюша, — он сжал руку Екатерины. — Надеюсь, ты пришла с добрыми намерениями.
— Конечно, — она протянула конверт. — Не хочу, чтобы ты испортил жизнь.
— Замолчи, — он нахмурился. — Уходи, пожалуйста.
— Даже не посмотришь, кому сделал предложение? — Ксения скрестила руки.
Екатерина коснулась его локтя.
— Открой, Саша. У меня нет секретов, — сказала спокойно.
Александр открыл конверт, просмотрел фотографии и улыбнулся, обняв Екатерину.
— Жду, когда познакомлюсь с твоим сыном, — сказал он. — Уверен, мы поладим.
Ксения переводила взгляд с одного на другое, её пальцы побелели, сжимая конверт.
— Ты не понимаешь? — она сорвалась на крик. — Она не сможет родить! А я смогу дать здоровых детей!
Гости замолчали, отступив, глядя с недоумением. Работница ЗАГСа попросила тише.
— Плевать мне на вас всех! — Ксения обернулась к толпе. — Думаете, их клятвы что-то значат?
Она бросилась к Екатерине, но Александр перехватил её, крепко сжав.
— Хватит, Ксюша, — он оттащил её к выходу.
Екатерина шла рядом, бледная, но спокойная. Пять лет назад Екатерину избили и изнасиловали. Насильника поймали, но она узнала, что беременна. Муж подал на развод, не желая принять ребёнка. Родители поддержали, но отговаривали рожать, узнав, что малыш может быть нездоров. Екатерина родила Артёма с синдромом Дауна. Воспитывала его в деревне, пока не уехала в город на заработки для его лечения. Александр знал это до их романа.
— Только я могу сделать тебя счастливым! — Ксения вцепилась в его рубашку.
— Отпусти, — он говорил твёрдо. — У меня другая жизнь. Всё кончено. Если пойдёшь за нами, вызову полицию.
Он взял Екатерину за руку и вернулся в ЗАГС. Ксения смотрела вслед, не веря, что её план провалился. Она задыхалась, прислонилась к стене, ноги подкосились.
— Женщина, вам плохо? — прохожая подхватила её. — Вызываю скорую.
В ЗАГСе началась церемония.
— Александр, согласны ли вы взять в жёны Екатерину, быть с ней в горе и радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас? — спросил регистратор.
— Да, — ответил Александр.
— Екатерина, согласны ли вы стать женой Александра? — продолжил регистратор.
— Да, — улыбнулась она.
— В знак любви обменяйтесь кольцами, — произнёс регистратор.
Они надели кольца, рассмеялись и поцеловались.
— Люблю тебя, — прошептал он.
— А я тебя, — ответила она, сияя.
Сирена скорой звучала вдали, но их это не касалось. Их семья рождалась.
Надежда Петровна стояла перед врачом в больнице.
— Что с моей девочкой? — её голос дрожал.
— У вашей дочери острое депрессивное состояние, — ответил врач. — Это не первый случай. Мы пересмотрим лечение и назначим препараты.
— Она просто очень любила мужа, — Надежда Петровна смахнула слезу.
— Это маниакальная зависимость, — пояснил врач. — Она опасна для неё и окружающих. Мы сделаем всё возможное.
Александр перевёз Екатерину и Артёма к себе после возвращения из деревни. Он боялся, что Ксения начнёт преследовать, но Надежда Петровна позвонила сама.
— Ксения в больнице, Саша. Она вас не побеспокоит, — сказала она.
— Мне жаль, Надежда Петровна. Простите, — ответил он.
— Она всегда была нервной, — вздохнула мать. — Просит вашу свадебную фотографию.
— Завезу вечером, — он достал из кошелька сложенное фото.
Ксения вышла из магазина, держа пакет с платьем.
— Вы будете самой красивой невестой, — улыбнулась продавщица, поправляя бретельку.
— Оно как будто ждало меня, — ответила Ксения, крутясь перед зеркалом. — Жених будет в восторге.
Она вышла на улицу, где светило солнце, пели птицы. Завтра её свадьба с Александром. Она дождалась его.
Утром она встала рано, поехала в салон, сделала причёску и макияж. Волосы собрали гребнем, открывая изящную шею. Макияж подчёркивал зелёные глаза, сияющие ярче солнца. Купила букет белых роз и пошла к мосту, где, как она верила, ждал Александр.
Прохожие оборачивались, улыбаясь невесте. Ксения шла, прижимая букет, и шептала сама себе.
— В богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас, — шептала она, стоя на мосту.
Белое платье взметнулось, как облако, и полетело вниз, ударившись о воду. Лепестки роз разлетелись, укрывая её.
— И даже смерть не разлучит нас, — прошептала Ксения перед прыжком.
У перил осталась фотография: Александр и Ксения, счастливые, обнимаются. На обороте красным карандашом было написано: «Я просто хотела любви».