— Не успела поработать, уже чаи гоняет! — продолжила Анна Викторовна. — И это в рабочее время! Мы здесь, между прочим, к первому звонку готовимся, а не курорт устраиваем!
Рассказ "Гуси-лебеди"
Глава 1
Глава 2/1
Молодая учительница, Татьяна Сергеевна, шла по коридору школы. Она заглядывала в классы, пытаясь сориентироваться. На дворе был последний день августа, потому уроков в кабинетах ещё не было, но, тем не менее, в школе было небольшое количество учеников. Они, одетые в лёгкие летние футболки и шорты, беззаботно сновали по коридорам, помогая педагогам подготовить кабинеты к скорому началу учебного года. Кто-то протирал пыль с парт, кто-то развешивал плакаты, а кто-то просто болтал, сидя на подоконнике.
Школа изнутри выглядела так, словно время здесь остановилось. Коридоры давно не видали свежей покраски: стены были местами обшарпаны, краска выцвела, обнажая тёмные пятна и следы давних детских шалостей. Повсюду висели старые, пожелтевшие от времени плакаты с изображениями великих русских писателей и формулами по физике, некоторые из которых были частично оторваны или порваны. Старые деревянные окна, такие же древние, как и сам детский сад, были скреплены металлическими скобами, а стёкла в них были словно из мозаики – со стыками и нахлёстами, через которые мир снаружи казался немного искаженным. Воздух в школе пах мелом, старыми книгами и едва уловимым ароматом свежести, идущим с улицы.
Здесь не было той суеты, к которой Татьяна привыкла в городской школе – бесконечных звонков, бегущих по лестницам учеников, строгих охранников и гула большого количества людей. Это одновременно и радовало, даря ощущение спокойствия и умиротворения, и настораживало, ведь такая тишина могла быть обманчива.
А ещё – эти постоянные взгляды. Куда бы Татьяна ни шла, на неё оборачивались. Ученики, педагоги и даже техперсонал – все смотрели на Татьяну так, как будто она была с другой планеты или только что сошла с экрана телевизора. Она подумала, что это прежде всего из-за её одежды: белоснежная накрахмаленная рубашка, идеально выглаженная, строгая юбка-карандаш, туфли на небольшом каблуке – здесь никто не одевался так официально. Её образ явно выбивался из общего контекста.
На самом деле секрет интереса к её персоне был совсем в другом – нового учителя в этой школе люди не видели уже очень давно. В деревне, где все друг друга знали от мала до велика, появление любого нового лица было событием, а тут – целый новый учитель, да ещё и такой городской. Каждый хотел рассмотреть её получше.
— Вы Татьяна Сергеевна? — услышала девушка голос за своей спиной. Голос был строгим, но в то же время достаточно доброжелательным.
Она обернулась и увидела женщину лет пятидесяти. На ней была аккуратная, но явно не новая блузка кремового цвета, заправленная в тёмно-синюю юбку. Блузка была слегка помята, но чиста. На ногах – удобные, немного стоптанные туфли без каблука. Волосы были собраны в аккуратный, но простой пучок на затылке. По её серьёзному, деловитому взгляду и прямой осанке Татьяна сразу догадалась, что это была та самая завуч, о которой говорила директор. В её глазах читалась усталость, но и определённая мудрость.
— Да, — ответила Татьяна, дежурно улыбнувшись, стараясь выглядеть максимально приветливо. — А вы, наверное, Анна Владимировна? Инна Андреевна сказала, что вы тут завуч.
— Да, Анна, только Викторовна, — ответила завуч, слегка нахмурив брови, но без особого упрёка.
— Ой, простите, мою первую учительницу звали Анна Владимировна, поэтому я перепутала, — быстро нашлась Татьяна, чувствуя, как краснеют щёки.
— Если имя первой учительницы помните, значит, всё не так уж плохо, — пошутила завуч, и в её глазах мелькнула редкая, но заметная искра юмора. Её уголки губ чуть приподнялись, но улыбка так и не появилась на лице. Татьяну этот юмор скорее насторожил, чем расслабил, ей показалось, что в нём есть какой-то скрытый подтекст.
Девушка молча смотрела на завуча, ожидая от неё подробных инструкций по работе, расписания, планов, графиков и прочих рекомендаций, к которым она привыкла в своей прежней школе. Но их не последовало. Завуч лишь стояла, скрестив руки на груди, и внимательно смотрела на Татьяну, словно ожидая чего-то от неё.
— Ну, чего стоите? — глаза завуча округлились, словно она не понимала, что тут можно ещё обсуждать. — Завтра первый звонок, послезавтра на уроки без опоздания. Вопросы есть? Если есть, задавайте, а то потом будет поздно.
— А-а… расписание? Планы? Графики? — Татьяна вопросительно смотрела на завуча, пытаясь хоть как-то выудить из неё необходимую информацию. Её вопросы звучали неуверенно, словно она спрашивала о чём-то совершенно абсурдном.
— Ну чего вы всё усложняете? — Завуч слегка улыбнулась. — Ко мне подойдёте, я вам всё скажу, куда надо отправлю. В конце концов, завтра всё сами увидите. Не переживайте, не дадим вам потеряться. — Завуч дружески похлопала Татьяну по плечу, её рука была тёплой и мозолистой. Затем, резко повернулась к ней спиной и неторопливо пошла в сторону учительской, оставив Татьяну стоять в замешательстве посреди коридора.
Татьяна некоторое время смотрела ей вслед, пытаясь осмыслить произошедшее. Она впервые видела завуча, который так легко и небрежно относится к учебному процессу, к его организации. В тот момент молодая учительница не знала, как к этому относиться – то ли это признак деревенской расслабленности, то ли какой-то скрытый тест. Но она решила не умничать и не задавать лишних вопросов, а просто делать, что говорят, и привыкать к местным порядкам.
В этих размышлениях Татьяна дошла до самого приятного места в школе – столовой. Дверь в неё была слегка приоткрыта, и оттуда доносились манящие запахи. Столовая была старенькой, как и вся школа. Здесь не было никакого шика или современного оборудования, но запах… Ах, этот запах! Он был таким домашним и аппетитным, что у Татьяны тут же засосало под ложечкой. Пахло свежей выпечкой, то ли пирогами, то ли булочками, и чем-то мясным, словно готовился наваристый суп. Это был запах детства, запах уютного дома.
— О, новенькая! — услышала за спиной приятный мужской голос Татьяна. Голос был низким, бархатистым, с лёгкой хрипотцой. — Ну наконец-то! Я уж думал, не будет у нас теперь своего историка.
— Простите, — Татьяна обернулась и увидела улыбающегося ей парня. Он был высоким, стройным, с растрёпанными тёмными волосами и озорными глазами, в которых плясали смешинки. Одет он был стильно, но без излишнего городского лоска: на нем были хорошо сидящие джинсы, светлая, слегка расстегнутая на груди рубашка из плотной ткани и удобные, но модные кеды. От него веяло теплом и какой-то удивительной безмятежностью. — А вы откуда знаете, что меня взяли на историю?
— В нашей школе новости разлетаются быстрее, чем вы по ней передвигаетесь, — заметил парень, его улыбка ни на секунду не сходила с лица. Он смотрел на Татьяну с неподдельным интересом, словно она была каким-то диковинным экспонатом. — А я Эдуард, можно просто Эдик – учитель информатики. Позвольте, угощу вас чаем?
Татьяна, немного смущённая таким прямым и открытым обращением, но в то же время обрадованная появлением хоть одного нормального, нестранного человека, согласилась.
— Да, спасибо, с удовольствием! — ответила она. И минуту спустя молодые люди уже сидели за одним из деревянных столиков в столовой. Запах свежей выпечки и горячего чая наполнял воздух, создавая уютную атмосферу. Они разговаривали, смеялись, Татьяна делилась первыми впечатлениями о школе и деревне. Эдик рассказывал о своих уроках, о местных ребятах, которые, по его словам, были хоть и простыми, но очень способными. Он сыпал шутками, и Татьяна чувствовала, как напряжение, скопившееся за эти два дня, постепенно уходит.
— Вы посмотрите на неё! — услышала вдруг за спиной знакомый голос Татьяна.
Татьяна испугалась. От неожиданности она вздрогнула и чуть не опрокинула чашку. Она обернулась и увидела завуча, Анну Викторовну. Та стояла среди столов, скрестив руки на груди. Взгляд её словно буравил Татьяну насквозь. Каждая морщинка на лице завуча говорила о крайнем недовольстве.
— Не успела поработать, уже чаи гоняет! — продолжила Анна Викторовна. — И это в рабочее время! Мы здесь, между прочим, к первому звонку готовимся, а не курорт устраиваем!
— Мама, не ругайся ты! — вступился за новенькую Эдик.
«Мама?!» – эта мысль оглушила Татьяну, словно удар молнии. Неожиданная информация повергла её в шок. Она почувствовала, как её лицо заливает краска, а сердце начинает бешено колотиться. Девушка не знала, что делать. Хотелось сквозь землю провалиться, исчезнуть, раствориться в воздухе. В голове пронеслись ужасные мысли: «Теперь завуч решит, что я типичная городская кокетка, которая приехала сюда не работать, а крутить романы! Да ещё и сына его склеить хочет! Какое ужасное первое впечатление!» Её руки слегка дрожали, а в желудке поселился холодный ком.
— Идём, сынок, поговорить надо, — строго сказала завуч. Она даже не взглянула на Татьяну, словно та была пустым местом.
Эдик пожал плечами, бросил на Татьяну быстрый, извиняющийся взгляд и встал из-за стола, прекрасно понимая, что спорить с матерью сейчас бесполезно.
— Приятно было с тобой познакомиться! — сказал он Татьяне, его голос был чуть тише обычного, но в нём всё равно слышались нотки привычного добродушия. Он незаметно, едва уловимо подмигнул ей, и в этом жесте было что-то ободряющее, словно он говорил: «Не волнуйся, всё будет хорошо».
Мать, с лицом грозовой тучи, увела сына в ближайший свободный кабинет, дверь которого с лёгким хлопком закрылась за ними. Татьяна осталась одна посреди столовой. Её терзали мысли о том, что теперь она может попасть в немилость к завучу, а это означало, что её жизнь в этой деревне может стать гораздо сложнее.