Ганс Ешоннек родился в 1899 г. В Первую мировую войну служил лётчиком и даже сбил два самолёта. Затем сражался в рядах фрайкоров против поляков в Верхней Силезии. После конца войны остался в рейхсвере, где служил на штабных должностях и разрабатывал планы по возрождению ВВС. Приход нацистов к власти и безудержное расширение Вермахта позволили Ешоннеку сделать головокружительную карьеру. За 10 лет с 1932 по 1942 гг. он прошёл путь от капитана до генерал-полковника.
Изначально Ешоннек являлся протеже генерала Вальтера Вефера, который с 1935 по 1936 гг. служил начальником Генерального штаба Люфтваффе и был сторонником развития стратегической бомбардировочной авиации. Однако после гибели Вефера в авиакатастрофе развитие ВВС склонилось в сторону блицкрига, который в первую очередь требовал непосредственной авиационной поддержки наступающей армии средними пикирующими бомбардировщиками и штурмовиками. Ешоннек стал истовым проводником этой линии, которой он продолжил следовать, став в феврале 1939 г. в возрасте 39 лет новым начальником Генерального штаба Люфтваффе.
В первые годы Второй мировой войны ставка на блицкриг в целом оправдывала себя. Однако после того, как Люфтваффе в ходе Битвы за Британию не смогли заставить её сдаться, Вермахт не справился с «Операцией «Барбаросса» и не разгромил Советский Союз, а Гитлер дополнительно объявил войну США, выяснилось, что к затяжной войне на истощение германские ВВС не готовы. Люфтваффе провалили снабжение окруженной 6-й армии в Сталинграде, а также не смогли переломить ход Битвы за Атлантику, Битвы за Средиземное море и сражения на Курской дуге.
Ещё в марте 1942 г. Ешоннек отмахивался от увеличения авиационного производства словами: «Я не знаю, что я должен делать с более чем 360 истребителями!». Вскоре Германии потребовались тысячи новых истребителей, так как западные Союзники начали полномасштабное воздушное наступление, и выяснилось, что у немецких ВВС не хватает ни истребителей, ни мощностей ПВО, чтобы обезопасить собственное небо. С марта по июль 1943 г. британцы безостановочно утюжили Рурскую область, а в конце июля в ходе «Операции «Гоморра» спалили Гамбург вместе с 40 тыс. его жителей. К тому моменту Ешоннек окончательно разругался со своим непосредственным начальником Германом Герингом, который стал интриговать против главы собственного Генштаба, надеясь переложить на него всю ответственность за провалы.
17 августа американцы предприняли налёт на авиационные и шарикоподшипниковые заводы в Швайнфурте и Регенсбурге, а в ночь с 17 на 18 августа британцы в ходе «Операции «Гидра» бомбили исследовательский центр Пенемюнде, где разрабатывались ракеты «Фау». Из-за неразберихи берлинская ПВО открыла огонь по собственным ночным истребителям, приняв за вражеские самолёты, и успешно сбила часть из них. Впоследствии выяснится, что атаки не нанесли критического ущерба, а американцы вообще понесли несопоставимые потери в бомбардировщиках. Однако в моменте это ещё не было ясно, так что утром 18 августа морально истощённый Ешоннек застрелился в собственном кабинете.
Как и в случае с Эрнстом Удетом, который покончил с собой в ноябре 1941 г., факт суицида был скрыт от общественности – сообщалось, будто начальник Генштаба Люфтваффе умер от болезни, причём дату его смерти задним числом перенесли на 19 августа, чтобы избежать непосредственной связи с последними авианалётами. Впрочем, как бы то ни было, воздушное наступление Союзников было уже не остановить – немецкие города один за другим превращались в груду дымящихся развалин вплоть до самого конца войны.