«Гром среди ясного неба или долгожданный поворот судьбы? В этой главе Надя и Анжела — две подруги, две будущие матери — делят на двоих одну большую новость, одно радостное потрясение и одну безрассудную ночь. За чашкой чая с пирожными, между смехом и шепотом, рождаются новые решения. А впереди — дорога в Новосибирск и, может быть, новая жизнь, где у счастья будет и лицо, и имя».
Глава 43
— Анж, давай по порядку все расскажу. Обещай, что не будешь орать как резаная и…
— Тюльпанова, я не резаная, и я не ору, — надула губы подруга.
— И перебивать тоже не будешь.
Анжела вообще скисла и вдруг сделала то же самое движение, что на днях Олег — запечатала свои губы на молнию.
Надя вытаращила глаза и рассмеялась. Анжела «расшила» губы и прошипела:
— Мне и слова не даешь сказать, а сама ржешь.
— Все, все, начинаю рассказ. Анж, я не сразу догадалась, что я беременная…
Подруга криво усмехнулась, но жестом показала, что молчит.
— А как бы ты поняла? — с вызовом спросила Надя. — Месячные шли всю дорогу. Что я должна была думать? Было плохо: мутило, кружилась голова, рвало почти каждое утро. За всей этой кутерьмой с кафе и Артемом я не могла уделить себе время. Но когда на улице чуть не упала в обморок, поняла — дальше тянуть нельзя. Пошла к терапевту. Ну а она мне сразу: «Вам, милочка, к гинекологу». Анж, двадцать недель у меня. Шевеления уже.
Анжела ахнула, подскочила к подруге и начала ее молча радостно тискать, потом не выдержала и спросила:
— Родишь через четыре месяца? Блин, ниче не успеем. Надо кроватку, ванночку, манежик, одежды кучу. Надька, в магазинах пусто — только на рынке. Там цены — жесть. Я все куплю. Все, все! Ниче не покупай. Потом мне передаешь по наследству.
— Так, стоп. По наследству?
— Да, Надька. Я тоже — того. Но у меня еще только задержка — семнадцать дней. Я очень надеюсь.
Теперь настала очередь Нади радоваться и кричать шепотом.
— Господи! Мы с тобой подруги. И дети наши будут одногодки — друзья.
— Погоди, Надька, ты пол ребенка, что ли, знаешь?
— Да, Анж, я была на УЗИ. Пацан у меня! Тебя тоже туда отправит.
— Кто? Погоди, аппарат единственный в городе. Туда не пробиться. Ты как туда попала?
— Все расскажу, — она снова обняла подругу и многократно поцеловала. — Я рада, рада, рада за тебя.
— Рассказывай, умираю от любопытства.
— Ну вот. Вышла я — вся в шоке. Что делать, как быть? И ты знаешь, даже был момент — думала про аборт.
— Дура, дура. Ну вот дура же какая!
— Анж, ну у тебя Лева есть. А у меня ж нет никого. Ребенку нужен отец.
— Все в твоих руках. Ласло примчится, он готов.
— Я не готова. Понимаешь?
Анжела кивнула:
— Понимаю.
— Ну так вот. Пришла домой. Маме ничего не сказала. А вечером звонок. Звонит человек, хочет смотреть квартиру, я тут же пошла. Темень! Куда иду — не знаю. А там он, Олег. Молодой, красивый, Анж. Ну я и выложила ему всю всю свою подноготную: и про Сеул тоже.
— Ой, божечки. Вот же баба — дура! Зачем?
— Не знаю. Рассказала, и все. И знаешь, так мне легко стало.
Анж опять надула губы:
— Рассказала бы мне — и тоже легче бы стало.
— Ну, Анж, уж как пошло. В общем, он хирург.
— Хирург? Да ладно? Где работает? А поняла — это он тебя на УЗИ отправил.
— Да, он договорился, — Надя кивнула. — И вообще встретил там, отвел. Анж, я думала, Ласло — такой один. Что ж за счастье мне привалило — два мужика — и два алмаза. Все, какие есть в мире, — все на мою голову.
Анжела рассмеялась:
— Это точно. Это тебе за твои страдания. Надька, заслужила.
— Анж, он только что приходил. Вот перед тобой ушел.
— Да ты что? Типа любовь? Блин. Вот это да! Он же знает про все. И про беременность.
— Да, знает. А при чем здесь это?
— Ну как? Он приходит к тебе ночью.
— Анж, вообще не о том думаешь. Он пришел сделать мне предложение.
У Анжелы глаза чуть не выпрыгнули из орбит:
— Ну вот, — заорала она шепотом. — А говоришь — не об этом. Так быстро предложение! Вот это да!
— Да не то, — досадно остановила подругу Надя. — Другое предложение. Он предложил ехать на учебу в Новосиб на три месяца.
— На учебу? В Новосиб? Как, чему учиться? Ну давай, рассказывай, не томи.
— Анж, ты помнишь Любовь Ефимовну?
— Конечно. Мы ж с тобой от нее не вылазили.
— Не вылезали, — поправила Надя
— Какая разница. И что? При чем сейчас Любовь Ефимовна?
— Так вот Олег предлагает мне выучиться на косметелога-эстетиста. У меня же нет медицинского образования.
— Ого! Ничего себе! Надь, а где ты там будешь жить? А это же дорого, наверное?
— Анж, в клинике, где работают его родители, и он там тоже работает…
— Ничего не поняла! Ты же сказала, что он в нашей работает!
— Нет, он приехал проводить семинары. Он какой-то метод новый придумал, делится опытом.
— Подожди! — прервала Анжела. — Не хочешь ли ты сказать, что это — Олег Валерьевич Воронов?
— Да! — обомлела Надя. — Он! А ты откуда его знаешь?
— Надька, ничего себе! Да ты знаешь, кто он? Это ж гений! У Левки же сестра в нашей хирургии работает: она нам все уши прожужжала про него. Они там все в восторге от него. Умница, скромняга. Надя, он такие уникальные операции делает. Талантище! Господи, какой же наш Княжеск маленький, хоть и полмиллиона население.
— Анж, так что делать мне?
— Соглашаться, не раздумывая. Ты хваткая, умная. У тебя получится. Где ты, говоришь, жить будешь?
— Он говорит, что можно с его бабулей, или в его квартире. С мамой даже предлагает поехать.
— Вообще улет. Когда ехать?
— Занятия уже начались. Надо завтра. Он отпросится и нас увезет сам.
— Все, не думай. С утра прямо и сообщи ему, что согласна.
— Я еще маме не говорила.
— Теть Таня одобрит. Вот увидишь!
— Ты думаешь?
— Да! Уверена. Это хорошая профессия. Вспомни, как жила Любовь Ефимовна. Клиентов — миллион. Процедуры не дешевые. Надька, как хорошо. Будешь мне чистки бесплатно делать? — подруга хитро подмигнула. — А я к тебе всех отправлять буду.
— Конечно, буду. Спрашиваешь.
— Так! Сейчас спать. Завтра у тебя тяжелый день. И я поехала домой. Левка проснется, а меня нет. Вот смеху-то будет.
Не успела Надя опомниться, как Анжела уже выскочила из комнаты, обула разные кроссовки:
— Вот же б… — выругалась она. — Тюльпанова, еще такой ночной звонок, и я приеду к тебе голая. Давай! — она чмокнула подругу. — Сумку собирай.
— Анж, я тебя обожаю, иногда бестактную, шумную, ночную, но такую свою, родную, самую лучшую на свете подругу.
Она ушла, а Надя тихонько прошла в свою комнату, села на кровать, закинула ноги и медленно провела рукой по покрывалу — будто проверяя, все ли на месте. Но все было так и не так.
После этого вечера и этой ночи все понеслось с неимоверной силой совсем в другом направлении. Будущее вдруг зашевелилось, задышало рядом — не как страх, не как «что делать», а как — «да, все будет хорошо». Большой город, учеба, новая профессия, ребенок… пока внутри.
Родится! Работа будет — новая, интересная. И уж точно Кустицкого вряд ли интересует косметология. Хотя…
Надя весело рассмеялась в подушку, представив, как Кустицкий придет к ней на прием, а она увеличит ему уши. Нет, даже не так! Она пришьет ему уши осла и хобот слона.
Татьяна Алимова
Все части здесь⬇️⬇️⬇️