Жара стояла такая, что даже мысли расползались. Варя лежала на диване под вентилятором, ковыряя ложкой растаявшее мороженое и листая короткие видео.
Телефон зазвонил. Тётя Люба, соседка с пятого этажа.
— Варечка, привет! Ты ведь на каникулах, да?
— Ну… да, — протянула Варя, насторожившись.
— Мне помощница нужна в библиотеке. Полки разобрать, книги на места поставить. На недельку.
— На недельку… — Варя закатила глаза.
Отказаться было неловко. Тётя Люба всегда была добрая — и конфеты сунет, и нужную книжку найдёт.
Ладно. Переживу, — решила Варя.
Варе было четырнадцать, и этот учебный год вымотал её до последней капли. Контрольные, олимпиады, уроки. Она мечтала о лете как о спасении: ничего не делать, спать до обеда и чтобы никто не трогал.
И вот лето наступило. Одна беда — подруги разъехались. Кто в деревню к бабушке, кто на море, кто в лагерь.
Первый день в библиотеку Варя шла как на каторгу. Медленно. С выражением вселенской тоски на лице. Под мышкой — бутылка воды, в ушах наушники.
В библиотеке была пыль и тишина.
— Варюша, привет, — тепло сказала Любовь Сергеевна, будто ждала её с нетерпением. — Видишь этот стеллаж? Там журналы. Рассортируй по годам.
Журналы?! Варя вздохнула и, не снимая наушников, начала ковыряться в груде выцветших обложек. Через час у неё всё ныло.
— Каникулы… — пробормотала она. — Ну за что.
На следующий день пришла снова. Пообещала, надо доделывать.
На третий день Любовь Сергеевна отправила её сортировать коробку с книгами «для списания». Варя перелистывала скучные названия, пока одна книга не выпала ей прямо на ноги. Внутри — надпись от руки, дата: 1979 год. Почему-то стало интересно.
И тут в библиотеку забежал мальчишка лет восьми, растрёпанный.
— У вас есть книга про динозавров? — спросил он, обратившись почему-то именно к Варе.
Варя неожиданно для себя встала.
— Пойдём. Я видела одну.
Они вместе перерыли несколько книг, смеялись, читали названия вслух. Наконец мальчик воскликнул:
— Вот! Вот эта! С рогатым динозавром!
Он сиял. И Варя — тоже.
Когда он ушёл, Любовь Сергеевна подошла и сказала с улыбкой:
— Варя, ты просто находка. Мне тут без тебя тяжко было бы. И дети к тебе тянутся.
Варя пожала плечами.
На следующий день было особенно жарко. Окна в библиотеке открыты настежь, по полу ползали полоски солнечного света. Варя как раз заклеивала потрёпанную книгу прозрачным скотчем — аккуратно, по всем правилам.
— Варюша, я отскочу в управление культуры, — сказала Любовь Сергеевна, собирая сумку. — Ты тут помоги, если кто из ребят зайдёт.
Варя кивнула и даже с какой-то гордостью пробормотала:
— Конечно. Я уже знаю, где что лежит.
Как только тетя Люба ушла, тишина стала особенно густой. Варя ходила между стеллажами, проверяя порядок, поправляла кривые книжки на полках, улыбалась себе за чистоту.
И тут хлопнула дверь. Вошла женщина с мальчиком.
— Здравствуйте… — сказала женщина, немного смущённо. — Извините, у вас есть книга «Маленький принц»?
— Конечно! — уверенно ответила Варя, сама удивившись, как легко и естественно прозвучали её слова. — Сейчас покажу.
Она уверенно повела их к полке с переводной литературой, достала знакомую с детства книгу с жёлтой звездой на обложке и протянула.
— Вот. Это — один из лучших переводов. Видите, тут иллюстрации самого автора.
Мальчик молча взял книгу, осторожно открыл, задержал взгляд на рисунке маленького человечка на планете с розой.
Мама тихо сказала:
— Спасибо. Ты прямо как настоящая библиотекарша…
Варя застыла на секунду.
Это было настоящее признание, что она нужна.
Когда они ушли, Варя села за стол и положила ладонь на новые прибывшие книги.
А ведь раньше я бы и не открыла летом книгу…
Прошло уже больше двух недель. И Варя даже не считала дни — они как будто сливались в один длинный, уютный поток: книги, дети, полки.
Каждое утро она теперь приходила в библиотеку с желанием помогать. Надевала лёгкую футболку, завязывала волосы в хвост, брала с собой бутылку воды, пару печенек и шла.
Её просили помочь маленькие читатели:
— А книжка про пиратов есть?
— А есть про роботов?
Она не только помогала, она советовала, обсуждала, даже спорила, как настоящий библиотекарь. Иногда ловила себя на том, что рассказывает о книгах с таким увлечением, что сама удивляется.
Однажды вечером, уже дома, мама посмотрела на неё из кухни:
— Варя, ты точно моя дочь?.. Это что — ты уже третью неделю в библиотеке? Добровольно?
Она рассмеялась, уселась на диван с яблоком в руке и пожала плечами:
— Ага. Каникулы наоборот.
И в этом «ага» было всё, и гордость, и удивление, и ощущение, что лето вдруг стало не пустым, а наполненным смыслом.
Через месяц Варя уже и не считала дни, просто каждый будний день вставала, завтракала и шла в библиотеку помогала со старыми и новыми книгами, до трех или четырех часов дня, как будто так и должно быть.
Любовь Сергеевна подошла с мягкой улыбкой.
— Варенька… Спасибо тебе. Ты столько помогла нам за этот месяц. Она протянула маленький конверт. — Вот тут… небольшая благодарность. Нам удалось выделить из фонда волонтёрскую оплату. Это заслуженно.
— Да вы что! — Варя аж растерялась.
— Хорошие дела должны вознаграждаться. — кивнула тетя Люба.
Варя осторожно взяла конверт. Там были деньги — не много, но достаточно, чтобы съездить с младшей сестрой в аквапарк и сходить в кино.
— Варюш, — начала она, перебирая какие-то папки, — слушай… мы тут подумали… Если ты не против, может, останешься с нами до конца лета? И вознаграждение будет такое же, а может и больше.
— Конечно останусь, — сказала она, не раздумывая. — Мне здесь правда нравится.
И вдруг стало ясно это лето не было потрачено впустую. Варя втянулась по-настоящему.
Она расплавляла тонкую полоску клея на корешке, прижимала, накладывала скотч. Иногда — вырезала новые ярлычки, подписывала аккуратным почерком название и автора. Любовь Сергеевна однажды сказала:
— Варя, ну ты прямо реставратор!
Списывать книги было сложнее всего. Варе было жаль прощаться с теми, кто послужил верой и правдой десятки лет. Некоторые она рассматривала дольше, чем следовало: старые обложки, выцветшие иллюстрации, детские каракули.
— Посмотри, — показывала она тете Любе, — кто-то написал прямо в книге: «Верну через два дня».
— И вернул, — смеялась та. — Ты ведь ее в руках держишь.
Принимать новые книги — особое удовольствие. Варя обожала срывать целлофан с упаковок, перелистывать свежие страницы, на которых типографская краска ещё пахла чуть резковато, но очень приятно. Она наклеивала штрихкоды, вписывала названия в толстую тетрадь учёта, ставила штамп: «Детская библиотека №14».
Но больше всего ей нравилось помогать ребятам.
— А у вас есть книга про драконов, но не сказка, а чтобы правда была? — просил мальчишка в очках.
— Конечно! У нас есть «Атлас мифических существ», — отвечала Варя и шла вместе с ним по проходу.
Или:
— А вы не знаете, где тут книжка про девочку, которая с собаками в лес ушла?
И Варя хмурилась, вспоминала, перебирала, потом щёлкала пальцами:
— «Белый Бим»! Но это с мальчиком… А, может, ты про «Веру и Анфису»?
А когда она расставляла книги к выставке "Сказки народов мира", вбежал незнакомый мальчишка:
— А вы мне что-нибудь про вулканы не посоветуете?
Она засмеялась:
— Подожди, сейчас найду одну огненную штуку!
Он смотрел на неё с восхищением.
Август подкрался почти незаметно.
Варя стояла у выставки «Книги нашего детства» и аккуратно ставила на подставку тонкий томик «Тима Талера». Солнце било в окно, и пылинки в воздухе кружились, как крохотные феи.
Любовь Сергеевна подошла, положила руку ей на плечо.
— Даже не знаю, как мы будем без тебя, когда школа начнётся.
Варя улыбнулась. Она уже не боялась учебного года. Что-то в ней самой изменилось.
Вечером она шла домой и думала, что лето всё-таки удалось. И кто знает — может, в следующее лето она снова скажет: «Ладно… На недельку.»
И всё начнётся сначала. Не по принуждению, а по любви.
Оказывается, чтобы почувствовать себя счастливой, не нужно ничего волшебного — просто нужно найти дело, которое тебе по-настоящему нравится и от которого тебе хорошо.
А у вас есть любимое дело для души?