Написал я уже о нескольких преподавателях Семипалатинского топографического техникума, где учился в 1975-1979 годах, но не могу не вспомнить директора техникума. Ульянкин А.И. стал директором в 1972 году, сменив Агроскина Б.И. после его смерти. Из-за его постоянно красного лица студенты прозвали Анатолия Ивановича Пивоваром.
Тогда никто не задумывался о его прошлом. Позже я прочитал, что он воевал в Отечественную войну, имел боевые награды. Служил в зенитном подразделении. Судя по данным сайта Память народа, войну закончил в звании капитана. Возможно, малиновый цвет лица- последствия каких-то контузий с тех пор. Или же Анатолий Иванович имел проблемы с давлением.
При нём было построено новое здание техникума в 1975 году, и мы перебрались из старых неудобных помещений в бывшей Киргизской православной миссии( сейчас это Абалацко-Знаменский Петро- Павловский женский монастырь- Семипалатинское благочиние) в просторные светлые кабинеты. А в старом здании разместились аудитории военной кафедры.
По- видимому, у директора не было специального геодезического образования. Однажды случился небольшой конфуз на общем собрании в актовом зале. Выступал Ульянкин с речью, клеймя прогульщиков, хулиганов.
- Нам такие студенты не нужны! Не хотят учиться нормально- пусть разворачиваются на 360 градусов и идут, куда хотят.
Студенты дружно стали смеяться . Директор обвёл взглядом нас и добавил:
- Вам потом будет не до смеха, когда отчислят.
Кто-то из преподов подошёл к нему и на ухо что-то прошептал. Ульянкин тут же поправился:
- Я имел в виду - на 180 градусов развернём таких нерадивых учащихся.
Но потом долго шутка бродила про его 360 градусов.
Довольно часто в техникуме устраивалась дискотека, танцы. У нас был собственный ВИА- вокально- инструментальный ансамбль, как тогда говорили, пока не переименовали их в группы музыкантов. Несколько студентов, умеющих играть на гитарах, ударных и клавишных инструментах исполняли песни тех лет, а мы топтались в медленных танцах или дёргались под ритмическую музыку.
Перед танцами мы обязательно выпивали немного бормотухи - дешёвого вина. Прям, такой обычай был. Как- то поднялись мы- парни и девчонки в кабинет химии на третьем этаже, закрылись изнутри. Только начали откупоривать пузыри, как раздался требовательный стук в дверь и командирский голос Анатолия Ивановича:
- Немедленно откройте!
Бутылки спрятали, открываем дверь. Заходит директор и ещё какой-то преподаватель.
Ульянкин посмотрел на нас, втянул воздух носом и сказал:
- Вином пахнет. Пьёте? Где бутылки?
Начали, было, оправдываться, но директор быстро нашёл бутылки и на глазах у нас вылил содержимое в раковину, благо, что в этом кабинете она была. Мы грустно взирали на действо, понимая, что танцевать придётся трезвыми. Закончив с воспитательным процессом, Ульянкин погрозил пальцем:
- Я вас всех запомнил. Ещё один подобный случай и сразу на...( он на миг запнулся- видно, помнил свой косяк на собрании) 180 градусов из техникума.
При его директорстве постоянно устраивались спортивные состязания, математические и физические Олимпиады. Соревновались мы с другими учебными заведениями города.
Ещё организовали хор, в который записали и меня с другом Мишкой Тюриковым- уже третьекурсников. Когда мы наотрез отказались петь, вызвали на ковёр к Ульянкину. Тот просто пригрозил лишить стипендии. Весомый аргумент. Тридцать рублей на дороге не валяются. И мы с Михой стали орать во всё горло патриотические песни вместе с перво- и второкурсниками:
- И Ленин такой молодой,
И юный Гайдар впереди...
Сначала нас попросили потише петь, заглушаем вокал остальных. И поставили в заднем ряду. Мы стали молча разевать рты, имитируя пение. Руководитель присмотрелся, прислушался и выгнал нас из хора, к нашей радости. Но в одном конкурсе мы с Мишкой успели поучаствовать. До сих пор иногда напеваю тихонько песню из того репертуара:
-Во ку, во кузнице,
Во ку, во кузнице,
Во кузнице молодые кузнецы,
Во кузнице молодые кузнецы.
Они, они куют,
Они, они куют,
Они куют, приговаривают,
Молотками приколачивают.
Пойдём, пойдём, Дуня,
Пойдём, пойдём, Дуня,
Пойдём, Дуня, во лесок, во лесок,
Сорвём, Дуня, лопушок, лопушок.
Сошьём, сошьём Дуне,
Сошьём, сошьём Дуне,
Сошьём Дуне сарафан, сарафан,
Сошьём Дуне сарафан, сарафан.
Носи, носи, Дуня,
Носи, носи, Дуня,
Носи, Дуня, не марай, не марай,
По праздничкам надевай, надевай.
Сейчас здание выглядит так:
И студенты тоже немного другие. Теперь, в основном, коренные жители Казахстана учатся и преподают. Но пока, хоть, на двух языках. Русский язык ещё не отменили. Когда мы учились, в нашей группе из, примерно, сорока человек было всего два казаха- Алик(Амангельды) Кабдуллин и Сауле (Света).
Среди наших преподавателей тоже казахов не было.
Посмотрел состав нынешних преподавателей этого, как теперь называют, колледжа. Не нашёл никого со специальным геодезическим образованием. Заканчивали педагогические университеты, какие-то гуманитарные, инновационные, юридические, путей сообщения. Есть, кто из них заканчивал университет имени Шакарима по специальности геодезия. Но не уверен, что там дают знания, аналогичные НИИГАиК( Новосибирск) или МИИГАиК ( Москва)- два ВУЗа, где в Советском Союзе получали хорошее высшее образование геодезисты, картографы , фотограмметристы.