Здорово, друзья. Сегодня поговорим о вещах, от которых у нормального человека волосы дыбом встают. О вещах, которые происходят не в голливудском триллере, а здесь, у нас, по закону. Представьте: вы хороните самого близкого человека, раздавлены горем, а потом, спустя месяц, получаете официальную бумагу. И из этой бумаги узнаете, что вашу покойную матушку, пока вы там убивались, по-тихому... разобрали на запчасти.
Думаете, я вас пугаю? Хотел бы. Но сегодня у меня на столе история, от которой даже у меня, старого циника, дёргается глаз. История про то, как один мужик пытался доказать, что он был против, чтобы тело его матери разобрали на органы. А ему в ответ Фемида, ухмыльнувшись, помахала законом перед носом.
Ну что, готовы окунуться в этот омут юридического маразма и человеческой трагедии? Тогда присаживайтесь поудобнее. Сейчас я буду резать правду-матку.
Пришел за телом матери, а получил... прайс-лист на запчасти
Живёт себе в Москве обычный мужик. Назовём его Геннадий. Осенью 2016-го года в его семью пришла беда — умерла его мать. Горе, слёзы, подготовка к похоронам... всё как у людей. Тело, как положено в таких случаях, отправили в Бюро судебно-медицинской экспертизы. Ну, процедура стандартная, надо установить причину смерти.
На следующий день, 22 ноября, Геннадий со своей женой приезжает в это самое бюро, чтобы оформить все бумаги, оплатить ритуальные услуги. И вот тут, по его словам, происходит ключевой момент. В разговоре с работниками морга он, предчувствуя неладное, чётко и ясно, по-русски, говорит: «Ребята, я категорически против, чтобы у моей матери изымали какие-либо органы. Никаких трансплантаций, ничего такого. Понятно?»
Сотрудники, надо полагать, понимающе кивнули, и убитый горем сын, посчитав вопрос закрытым, уехал заниматься организацией похорон. Маму похоронили, поминки отслужили... Жизнь, хоть и расколотая горем, потихоньку пошла дальше.
Апофеоз этой драмы наступил под самый Новый год, 26 декабря. Геннадию вручают акт судебно-медицинского исследования тела. Он начинает читать и у него, я думаю, земля уходит из-под ног. Чёрным по белому в документе расписано, что из тела его матери, пока оно лежало в морге, были аккуратненько изъяты:
- глазные яблоки;
- твёрдая оболочка головного мозга;
- фиброзные капсулы печени и почек;
- подкожная жировая клетчатка подошв;
- ахилловы сухожилия.
Каково, а? Это вам не просто почку для больного вырезали. Это, по сути, тотальная «утилизация» биоматериала. Твердая оболочка мозга! Ахилловы сухожилия! Вы вообще представляете себе этот сюрреализм? Ты плачешь по маме, а в это время какие-то люди в белых халатах её методично «разбирают», как старый «Жигуль» в гаражах.
У нашего героя, естественно, шок, гнев, и чувство, будто в душу наплевали. Как так-то?! Он же просил! Он же запрещал! Решив, что это какой-то беспредел и лютая дичь, Геннадий, немного оправившись от удара, делает то, что сделал бы любой из нас на его месте — идёт в суд. Требования у него простые и понятные: признать эту операцию по изъятию органов незаконной и взыскать с бюро судмедэкспертизы компенсацию морального вреда. Ведь страдания-то ему причинили, и ещё какие.
И вот тут, граждане, начинается настоящий цирк с конями, который и является сутью всей этой истории.
Суд идёт: «Ваши слова к делу не пришьёшь!»
Начинается судебное заседание. Геннадий, уверенный в своей правоте (ведь он же выразил свою волю!), ждёт справедливости. А суд смотрит на него холодными, как скальпель хирурга, глазами и задаёт один простой вопрос: «А чем докажете, уважаемый, ваше несогласие?»
И тут наш герой, как говорится, поплыл. Он говорит: «Ну как же, я же им сказал! Лично! Жена свидетель, она рядом была!»
А суд ему в ответ, образно говоря: «Сказал? Ну, молодец. Слова — это ветер. Где бумажка? Где ваше письменное заявление, зарегистрированное в установленном порядке? Где отметка о вручении вашего запрета на имя главного врача учреждения? Нету? Ну, тогда извините. Не было никакого запрета».
И это, ребята, не придирка. Это суровая, чугунная логика нашей правовой системы. В суде твои устные заявления, особенно когда другая сторона «включила дурака» и говорит, что ничего не слышала, не стоят и ломаного гроша. Нужны ДО-КА-ЗА-ТЕЛЬ-СТВА.
Суд первой инстанции, Нагатинский районный, выслушав всё это, без лишних сантиментов в иске Геннадию отказывает. Полностью. Типа, врачи действовали строго по закону, ничего не нарушили, а вы, гражданин, сами виноваты, что не озаботились правильным оформлением своего несогласия.
Геннадий, конечно, в шоке. Он подаёт апелляцию в Московский городской суд. Он пишет в своей жалобе, что суд первой инстанции неправильно всё понял, не разобрался, не учёл его слова, даже свидетеля (жену) не допросили! Но апелляция — это вам не ток-шоу, где можно эмоциями давить. Судебная коллегия посмотрела на это дело и сказала: «А чего нового-то вы нам сообщили?». В апелляционной жалобе — те же самые аргументы, что и в первоначальном иске. Доказательств как не было, так и нет. А насчёт свидетеля... так вы же, гражданин истец, на заседания сами не ходили и явку своего свидетеля в суд не обеспечили. Судья за вас бегать и искать доказательства вашей правоты не будет. У нас тут состязательность сторон, кто убедительнее докажет, тот и прав.
И Мосгорсуд, не моргнув глазом, оставляет решение районного суда в силе. Финита ля комедия. Сын, который был уверен, что защитил честь покойной матери, остался и без органов матери, и без компенсации, и с чувством, что его просто размазали по стенке юридическим катком.
Так почему же так вышло? Почему суд встал на сторону морга, который, по сути, проигнорировал волю родственника? А всё дело в одном маленьком, но дьявольски важном юридическом принципе, о котором 99% из вас, я уверен, даже не слышали.
Закон суров, но... он такой закон. Разбираем «презумпцию согласия»
А теперь, дорогие мои, самая мякотка. Вся эта дикая история стоит на одном ките, на одной фундаментальной норме нашего законодательства. Называется она — «презумпция согласия» на изъятие органов и тканей. Закреплена она в статье 8 Закона РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека» и в статье 47 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ».
Что это за зверь такой? Перевожу с юридического на человеческий.
«Презумпция согласия» означает, что любой гражданин нашей страны ПО УМОЛЧАНИЮ считается СОГЛАСНЫМ на то, чтобы после его смерти у него изъяли органы для трансплантации.
Поняли, да? Не надо писать разрешение. Не надо ставить галочку в завещании. Ваше молчание — это знак согласия. Автоматически. Вы, ваши родственники, ваши дети — мы все по умолчанию являемся потенциальными донорами органов после смерти.
Государство как бы говорит нам: «Мы считаем, что спасение жизней — это благо. Поэтому мы по умолчанию предполагаем, что вы все — люди добрые и сознательные и не против поделиться своими запчастями после того, как они вам уже не понадобятся. НО... если вы или ваши родственники КАТЕГОРИЧЕСКИ ПРОТИВ, вы должны об этом ЗАЯВИТЬ. Чётко, внятно и, желательно, письменно».
Это полная противоположность тому, что действует во многих других странах, где работает «презумпция несогласия» или «испрошенного согласия». Там никто не тронет твое тело, пока ты при жизни не дал на это явное разрешение или пока не спросят твоих родных после смерти. У нас всё наоборот. У нас надо не разрешать, а ЗАПРЕЩАТЬ.
И вот наш герой Геннадий как раз и попал в эту ловушку. Он думал, что его устного слова достаточно. А по закону его устное «нет» — это пшик. Он должен был оформить свой отказ так, чтобы комар носа не подточил.
Именно на этом и сыграло бюро судмедэкспертизы. Они сказали суду: «При жизни гражданка Г.Н. своего несогласия не выражала? Нет. После смерти в установленном порядке никто из родственников несогласие не заявлял? Нет. Значит, мы действовали в рамках закона». И суд с этим согласился.
С одной стороны, логика в этом есть. Трансплантология спасает тысячи жизней. И если каждый раз устраивать долгие поиски родственников, получать от них письменные согласия... уйдёт драгоценное время, органы станут непригодными, и кто-то, кто мог бы жить, умрёт в ожидании. Поэтому система работает на поток. Конвейер. Поступило тело, противопоказаний нет, запрета нет — в работу.
Но с другой стороны... это же чудовищный удар по этике, по нашим представлениям о последнем долге, о праве на достойное погребение. Тело человека — это не склад запчастей. И когда это происходит без явного на то волеизъявления, да ещё и вопреки устным просьбам... это воспринимается как глумление.
Так как же надо было действовать нашему герою, чтобы его услышали?
Апофеоз маразма: как сыну надо было «правильно» запрещать
А вот сейчас — самая полезная часть моей статьи. Слушайте внимательно, чтобы не оказаться на месте Геннадия. Если вы или ваши близкие категорически не хотите становиться посмертными донорами, вот что нужно сделать. Закон даёт два пути.
Путь первый: позаботиться о себе самому, при жизни.
Человек может при жизни заявить о своём несогласии на изъятие его органов и тканей. Как?
- Сделать это в устной форме в присутствии свидетелей или в письменной форме, заверенной руководителем медицинской организации (например, главным врачом поликлиники) либо нотариально. Самый надежный вариант — бумага от нотариуса. Положить её к паспорту, отдать копии родным.
- Сделать соответствующую запись в своей медицинской карте. Когда ложитесь в больницу или просто приходите на приём, заявите об этом врачу и проследите, чтобы он сделал отметку.
Путь второй: действовать через родственников после смерти.
Если человек умер, право заявить о несогласии переходит к его близким родственникам (супруг(а), дети, родители, братья/сёстры, внуки) или законному представителю. И тут — внимание! — действовать надо молниеносно и грамотно.
- Не надо шептаться с санитарами в коридоре! Ваши слова испарятся в воздухе.
- Нужно идти прямиком к главному врачу той больницы, где умер человек, или к начальнику бюро судмедэкспертизы, куда доставили тело.
- Составить письменное заявление. В двух экземплярах. Просто и ясно: «Я, такой-то (ФИО, степень родства), заявляю о своем несогласии на изъятие органов и (или) тканей из тела моего умершего (отца/матери/супруга) ФИО». Дата, подпись.
- Вручить это заявление под роспись. Один экземпляр отдаете, а на втором вам должны поставить отметку о принятии: дата, время, подпись ответственного лица, штамп организации. Этот второй экземпляр — ваша броня. Ваш единственный реальный аргумент, если дело дойдёт до суда.
Наш герой Геннадий не сделал ничего из этого. Он просто поговорил. Возможно, не с тем человеком. Возможно, тот кивнул и тут же забыл. В итоге — полный провал. Он проиграл не потому, что закон плохой или судья злой. А потому, что в юридическом поле боя он оказался безоружным. Классическая история, на которую ведутся до сих пор.
Что в сухом остатке? Думайте головой, пока она на плечах
Каков же вывод из этой, прямо скажем, жутковатой истории? А он очень прост и очень циничен.
В мире, где правят инструкции, регламенты и законы, ваши эмоции, ваше горе, ваши представления о справедливости — это лирика. Они не имеют никакой юридической силы. Государственная машина — механизм холодный и бездушный. Она не понимает намёков и не входит в положение. Она понимает только язык правильно оформленных бумаг.
История Геннадия — это горький урок всем нам. Урок о том, что нужно знать законы, по которым мы живём, особенно такие, которые касаются фундаментальных вопросов жизни и смерти. И если у вас есть твёрдая позиция по какому-то вопросу — будь то отказ от прививок, отказ от посмертного донорства или составление завещания — не поленитесь закрепить её на бумаге.
Так что, граждане, вывод тут один: ваше тело — пока оно ваше — ваше дело. А потом... потом оно становится делом государства и системы здравоохранения, если вы вовремя не подсуетились и не заявили о своих правах так, как этого требует бездушная, но всесильная буква закона. Думайте об этом. И не говорите, что вас не предупреждали.
Источник: Апелляционное определение Московского городского суда от 26.10.2017 по делу N 33-44357/2017.
✅ Понравилась статья? Поставьте лайк, это лучшая благодарность для автора!
✍️ Есть что сказать? С чем-то не согласны? Или хотите поделиться своей историей? Жду вас в комментариях!
🔔 Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые разборы зубодробительных жизненных ситуаций!
🙏 Хотите поддержать мой труд и помочь каналу развиваться? Буду благодарен за любую поддержку.
💼 Столкнулись с юридическим беспределом и нужна помощь? Обращайтесь за консультацией. Постараюсь помочь.