Глава 1. Наследство
Валентина Петровна стояла у порога старого дома, сжимая в руке потертый ключ. Октябрьский ветер трепал ее седые волосы, вырывавшиеся из-под платка. Дом казался живым — скрипел, вздыхал, словно радовался возвращению хозяйки.
— Ну что, Валя, домой приехала, — прошептала она, переступая порог.
Запах полыни и старого дерева ударил в нос. Пыль танцевала в косых лучах солнца, пробивавшихся сквозь занавески. Все осталось, как при бабушке Агафье: та же печь с изразцами, тот же дубовый стол, покрытый выцветшей скатертью, та же икона в красном углу.
После смерти мужа Валентина решила перебраться из городской квартиры в родовое гнездо. Дети были против — мол, что делать старой женщине в глуши, где до райцентра двадцать километров по разбитой дороге. Но она чувствовала — здесь ее место. Здесь корни.
Разбирая бабушкины вещи, Валентина наткнулась на потайной ящик в комоде. Внутри лежала тетрадь, исписанная мелким почерком. На обложке бабушкиной рукой было выведено: «Для Вали. Когда придет время».
Сердце екнуло. Валентина открыла тетрадь и прочла первые строки:
«Валенька, если ты читаешь это, значит, я уже при Господе, а тебе пришлось вернуться в родной дом. Время пришло передать тебе то, что знали наши предки. Наш род под защитой, но за это нужно платить. Дедушка Михей не просто умер — он остался хранить нас. Но духи требуют уважения и памяти...»
Руки задрожали. Валентина закрыла тетрадь и отложила в сторону. Бредни старой женщины. Но почему-то стало не по себе.
Глава 2. Первые знаки
Первую неделю все шло спокойно. Валентина обживалась, приводила дом в порядок, готовилась к зиме. Соседи заходили, помогали, радовались, что дом не пустует.
Но на восьмой день начались странности.
Проснувшись утром, Валентина обнаружила, что дверь в подпол открыта. Заперла же на ночь — точно помнила. Спустилась, осмотрела запасы. Все на месте, но банка с медом стояла не там, где она ее поставила.
— Мыши, — успокоила себя Валентина. — Или кот соседский пробрался.
На следующий день в печи почему-то погас огонь, хотя с вечера хорошо натопила. А еще через день обнаружила, что икона в красном углу повернута к стене.
Это уже было не случайностью. Валентина перевернула икону обратно и перекрестилась. Вспомнила про бабушкину тетрадь. Может, стоит дочитать?
Вечером, заварив крепкий чай, она снова взялась за тетрадь.
«Дедушка Михей был особенным. Еще при жизни видел то, что другим не дано. Когда умирал, сказал: "Я буду беречь семью, пока род не прервется". И правда бережет. Но у каждого духа свои требования...
Первое — каждый четверг ставь в красный угол стакан воды и кусок хлеба. Это поминки по нему.
Второе — в новолуние зажигай свечу у его портрета и говори: "Дедушка Михей, помоги и защити".
Третье — никогда не оставляй дом пустым надолго. Он должен чувствовать, что род живет.
Если не соблюдать, дед может разгневаться. А гнев мертвых страшнее гнева живых».
Валентина отложила тетрадь. Чепуха какая-то. Но... А что если попробовать? Хуже ведь не будет.
Глава 3. Исполнение обряда
В четверг Валентина, чувствуя себя глупо, поставила в красный угол стакан воды и кусок хлеба. Ночью проснулась от странного звука — будто кто-то пьет, чавкает. Притаилась, прислушалась. Тишина.
Утром стакан был пуст, а хлеб исчез.
— Мыши, — снова сказала себе Валентина. Но руки дрожали.
Новолуние наступило через неделю. Валентина нашла в бабушкиных вещах старый портрет — молодой мужчина с умными глазами и окладистой бородой. На обороте было написано: «Михей Петрович. 1923 год».
Прадедушка. Валентина его не помнила — он умер, когда она была совсем маленькой. Но лицо казалось знакомым, будто виделось в детских снах.
В полночь она зажгла свечу перед портретом и прошептала заветные слова:
— Дедушка Михей, помоги и защити.
Свеча вспыхнула ярким пламенем, а потом стала гореть ровно, без колебаний. В комнате потеплело, и Валентина почувствовала странное спокойствие. Будто кто-то невидимый обнял ее за плечи.
Глава 4. Защита
Через месяц в село приехали чужие люди. Говорили, что скупают дома для дачного поселка. Предлагали хорошие деньги — в три раза больше рыночной стоимости. Многие соседи уже продали.
К Валентине тоже пришли. Двое мужчин в дорогих костюмах, с золотыми зубами и наглыми глазами.
— Бабуля, не упрямься, — говорил один. — Дом старый, развалится скоро. А мы денег хороших даем.
— Не продается, — твердо сказала Валентина.
— Да ладно тебе. Чего привязалась к этой развалюхе?
Мужчины стали давить, угрожать. Говорили, что все равно заберут дом — мол, есть способы. Валентина испугалась, но стояла на своем.
Когда они ушли, она упала на стул и заплакала. Откуда силы взялись противостоять? Обычно она была робкой, уступчивой. А тут будто кто-то за спиной стоял, поддерживал.
Той же ночью у скупщиков сломалась машина. Потом одного из них укусила соседская собака — смирная дворняжка, которая никого никогда не трогала. А второй поскользнулся на ровном месте и сломал ногу.
Больше они не появлялись.
Глава 5. Семейное горе
В декабре позвонила дочь Лена. Плакала в трубку:
— Мама, беда у нас. Сережа попал в аварию. Врачи говорят, может не выжить.
Валентина помчалась в город. Внук лежал в реанимации, весь в трубках и проводах. Врачи качали головами — травмы серьезные, шансов мало.
— Дедушка Михей, — шептала Валентина, сидя в больничном коридоре. — Помоги мальчику. Он твоя кровь.
Три дня она не отходила от больницы. На четвертый день Сережа открыл глаза. Врачи удивлялись — такого быстрого выздоровления они не ожидали.
— Бабуля, — слабо прошептал внук. — Мне дедушка приснился. Незнакомый, с бородой. Сказал, что рано мне еще на тот свет.
Валентина прижала его руку к груди. Дедушка Михей и тут помог. Но что-то подсказывало — за все нужно платить.
Глава 6. Нарушение
Валентина задержалась в городе на месяц, ухаживая за внуком. Дом стоял пустой. Она волновалась, но что делать — семья важнее.
Когда вернулась, поняла — что-то не так. Дом встретил ее холодом и тишиной. В нем чувствовалось раздражение, будто он обиделся на хозяйку.
В первую же ночь начался кошмар. Валентина проснулась от грохота — будто кто-то швырял посуду. Включила свет — все на месте. Но утром обнаружила, что в кладовке перевернуты все банки с вареньем.
Следующей ночью дверцы шкафов сами собой открывались и закрывались. Потом началось совсем страшное — по ночам кто-то ходил по дому, скрипел половицами, двигал стулья.
Валентина вспомнила про бабушкину тетрадь. Нашла нужную страницу:
«Если дед разгневается, дом станет неуютным. Но не бойся его — он свой. Просто попроси прощения и объясни, почему нарушила обряд. Он поймет, если причина была серьезной».
Глава 7. Прощение
В следующее новолуние Валентина зажгла свечу перед портретом и заговорила:
— Дедушка Михей, прости меня. Не хотела дом оставлять, но внук твой пострадал. Ты же сам его спас, знаешь, что правду говорю. Не гневайся на меня.
Свеча замерцала, а потом загорелась ровным пламенем. В комнате потеплело. Валентина почувствовала, что прощена.
— Я больше не оставлю дом надолго, — пообещала она. — Буду выполнять все обряды. Только ты нас береги.
Ночные хождения прекратились. Дом снова стал уютным и спокойным.
Глава 8. Новая угроза
Весной в село приехали новые люди. Не скупщики — представители крупной фирмы. Говорили, что будут строить завод по переработке отходов. Большинство домов попадало в зону отчуждения.
Валентине предложили переселение в новую квартиру и компенсацию. Но она знала — это конец. Если род покинет родовое гнездо, связь с предками прервется.
— Не согласна, — сказала она твердо.
— Бабушка, вы не понимаете, — терпеливо объяснял представитель фирмы. — Это решение администрации. Завод будет строиться в любом случае.
Но Валентина стояла на своем. Она чувствовала поддержку — дедушка Михей не даст в обиду.
Глава 9. Последняя битва
Давление усилилось. Валентине звонили, приходили с документами, угрожали принудительным изъятием. Но каждый раз что-то шло не так.
У главного инженера проекта внезапно обнаружили серьезные нарушения в прошлых работах. Представитель фирмы попал в больницу с приступом панкреатита. А у самого директора началась полоса неудач — развод, проблемы с налоговой, скандал в прессе.
Валентина понимала — это не случайности. Дедушка Михей защищает род и родовое гнездо. Но она беспокоилась — не слишком ли жестоко он наказывает врагов?
Однажды ночью она обратилась к портрету:
— Дедушка, не губи людей. Они не со зла, просто работу делают. Найди другой способ.
И способ нашелся. Неделю спустя выяснилось, что земля под заводом находится в зоне экологического заповедника. Проект закрыли, чиновников оштрафовали, а село оставили в покое.
Глава 10. Передача знания
Летом приехала внучка Катя — дочь того самого Сережи, которого спас дедушка Михей. Двадцать лет, студентка, современная девушка. Валентина боялась, что та будет смеяться над семейными историями.
Но Катя слушала внимательно. Особенно заинтересовалась, когда бабушка рассказала о спасении отца.
— Бабуля, а можно мне тетрадку прабабушки почитать?
Валентина колебалась. Девочка молодая, может, не поверит. Но что-то подсказывало — пора.
Катя читала всю ночь. Утром пришла к бабушке с красными от слез глазами.
— Бабуля, это правда? Дедушка Михей действительно нас бережет?
— Правда, внученька. Я сама не верила, пока не убедилась.
— А что будет, когда ты... когда тебя не станет?
Валентина тяжело вздохнула. Об этом она думала часто.
— Кто-то должен остаться. Продолжить род, выполнять обряды. Иначе связь прервется.
Глава 11. Новый хранитель
Катя неожиданно заявила, что остается в деревне. Бросает институт, будет жить с бабушкой, учиться у нее.
— Катенька, ты что? — ужаснулась Валентина. — Молодая, красивая, а тут глушь, одни старики.
— Бабуля, я чувствую — это мое место. Кто-то должен после тебя остаться.
Родители были в шоке. Кричали, что старуха одурманила девочку предрассудками. But Катя стояла на своем.
И произошло чудо. Буквально через неделю после принятия решения Катя встретила молодого человека — Дениса, агронома, который приехал работать в местное фермерское хозяйство. Парень как будто появился из ниоткуда, но сразу стал частью их жизни.
— Дедушка Михей и тут помог, — смеялась Валентина. — Невесту нашел тебе достойного жениха.
Глава 12. Круг замыкается
Свадьбу играли в родовом доме. Валентина специально к этому дню привела все в порядок — отремонтировала, покрасила, украсила. Дом словно помолодел, засиял.
Перед венчанием Валентина отвела Катю к портрету дедушки Михея.
— Теперь твоя очередь, — сказала она, передавая внучке бабушкину тетрадь. — Читай, изучай, соблюдай. И передай детям своим.
Катя торжественно взяла тетрадь.
— Дедушка Михей, — прошептала она. — Я буду беречь семью, как ты. Помогай мне.
Свеча перед портретом вспыхнула ярким пламенем. Старый дом наполнился смехом, музыкой, радостью. Казалось, даже дедушка Михей радуется — род продолжается, традиции живы.
Прошло пять лет. Валентина Петровна тихо умерла во сне, в родном доме, в окружении семьи. Катя с мужем и двумя детьми остались жить в родовом гнезде.
Каждый четверг она ставит в красный угол стакан воды и кусок хлеба. В новолуние зажигает свечу перед портретом дедушки Михея. Дом никогда не пустует.
А дети, засыпая, иногда рассказывают маме, что видели во сне доброго дедушку с бородой, который гладил их по голове и обещал всегда беречь.
Род продолжается. Традиции живы. И дедушка Михей несет свою вечную вахту, охраняя семейное счастье.
В бабушкиной тетради появилась новая запись, сделанная Катиной рукой:
«Для моих детей. Когда придет время, вы поймете. Мы не одни. Наши предки с нами. Нужно только помнить и уважать их. Любите свой дом, берегите семью, и род наш будет жить вечно».
А в красном углу старого дома тихо горела лампадка, освещая портрет дедушки Михея — хранителя семейного очага, защитника рода, мостика между мирами живых и мертвых.