- Кармелита, ты куда? – Уточнил Богдан, когда почувствовал, что мотоцикл прилично просел.
- Я с вами поеду, вдруг пригожусь, а также смогу показать короткую дорогу. Она ведет через гаражи. Я в той местности все знаю, да и лежала в той же больнице.
Таня решила, что для такого маленького мотоцикла троих пассажиров будет многовато. Но времени оставалось так мало, что спорить было попросту некогда. Не об этом сейчас нужно было думать. Тем более, Богдан работал курьером и постоянно возил много еды и товаров в своем коробе. И транспорт выдерживал, значит, выдержит и их троих. Богдан протянул Кармелите свой шлем, для Татьяны шлема не нашлось.
- Если что-то произойдет, у меня хоть череп крепкий, в отличие от детского. – Сказал Богдан и почесал затылок.
***
Они с Кармелитой были из одного табора. В нем каждый подрабатывал, как мог. У кого-то было жилье, другие жили в палатках, как, например, Кармелита. У них зимой было не меньше десяти градусов тепла, это был южный район. А помыться она ходила к соседям, они позволяли.
Но все равно так получалось, что большую часть времени она проводила на улице: в основном сдавала бутылки, чтобы прокормиться, а также гадала – у нее был для этого дар, о котором ходили слухи по всему табору.
Иногда девочка подворовывала металлолом, как делали все цыгане. Взрослые часто из-за этого попадали в тюрьму, но другого нормального приработка не было для неграмотных цыган, а девочке так и вовсе это сходило с рук – ответственность не наступила.
***
Дорога оказалась настоящим испытанием. Пришлось держаться крепко, так как Богдан постоянно сворачивал во дворы, а там асфальт был не очень хорошим. Много лет на ремонт асфальта во дворах не выделялось никаких денег, буквально с момента постройки этих домов. А прошло уже лет двадцать.
Какое-то время по закону дворы были закрытыми, а потом их открыли для обеспечения подъезда машин скорой помощи и пожарных машин.
Но со временем это привело к тому, что через дворы стали ездить и обычные машины. В итоге асфальт быстро износился. Так происходит во многих городах, где не выделяются деньги на ремонт дорог.
На пути сильно трясло, волосы у Тани растрепались так, что она была похожа на пугало. Богдан постоянно нырял в узкие проезды, которые шли между гаражами, а также нырял туда, где не могли проехать обычные машины.
Кармелита сидела сзади, ухватившись за талию Тани. Она держалась так крепко, что женщина потом нашла у себя на талии синяки от детских ручек. Наверное, так ей было страшно, что она цеплялась из последних сил, ведь там, где была прямая дорога, Богдан позволял себе максимально разгоняться, чтобы довезти Татьяну до места быстрее. Ведь речь шла о жизни ее единственного сына. И Богдан тоже начал за него переживать, а Кармелита – тем более, ведь она прошла через такую же болезнь.
Казалось бы, это были совершенно посторонние люди, но они переживали за Ванюшу, словно за себя самих.
Менталитет у таких людей был другой. Они привыкли к взаимовыручке, в таборе так было принято. Ветер бил в лицо всем троим, мелкий, моросящий дождь застилал глаза и мочил одежду.
А ведь на дворе была осень. И брызги были довольно холодными. Но все это было не важно. Когда они подъезжали уже к больнице, Таня ощутила, что ее тело, которое последнее время было невероятно напряженным, расслабляется. Богдан притормозил у входа в больницу.
- Этот тот самый онкологический центр для детей?
- Да, - ответила Кармелита уверенно.
Богдан помог Татьяне и Кармелите слезть с мотоцикла. Они наконец-то могли выдохнуть. Дорога, хоть и была трудной, но заняла всего пятнадцать минут, как цыган и обещал.
Таня не знала, как отблагодарить своих помощников. Она протянула Богдану золотую цепочку.
Это было единственное украшение на ней в тот момент. Денег с собой тоже не было. Но мужчина оттолкнул ее руку.
- Не надо. Благодарите Кармелиту. Если она сказала помочь кому-то, значит, так надо. Выздоровления Вашему сыну! Ты куда? – Обратился он к девочке из своего табора.
- Я тут все знаю, лежала какое-то время назад. Вдруг понадоблюсь.
Богдан не стал спорить. В таборе даже дети вели себя, как взрослые. У цыган с детьми не нянчились до последнего. Так принято. Таня ничего из их разговора не поняла, так как они говорили на другом языке, но догадалась только, что цыганка собирается идти с ней, чтобы на всякий случай помочь дальше.
- Может, все-таки денег хочет? – Думала молодая мать.
Татьяна, не теряя времени, кинулась в больницу, расталкивая всех на пути локтями, так как у входа образовалась длинная очередь. Оказывается, ей и ее сыну еще повезло, что Максимов их принял и положил в больницу экстренно, другим и вовсе приходилось караулить врачей около входа, умоляя помочь их детям.
К сожалению, у многих не было денег на частные клиники, поэтому они шли в обычную больницу, которая была на районе единственной. Им больше ничего не оставалось.
Цыганка следовала за ней, словно она была ее дочерью, она активно распихивала всех руками, девочка была очень проворной. По ней было видно, что она привыкла быть в толпе. Ведь такие дети часто воровали что-то именно в толпе. Это было проще всего.
В коридоре больнице Тане и Кармелите в нос ударил едкий запах белизны – санитарка активно намывала полы, добавляя в воду простое средство. Женщина в регистратуре начала препираться с Татьяной, так как была сильно занята, а Таня настаивала на том, чтобы ей ответили как можно быстрее.
- Обычное дело, - подумала молодая мать и не стала ругаться.
Потом из регистратуры послышался мужской голос какого-то доктора:
- Отделение хирургии находится на втором этаже. Не благодарите.
Молодая мама буквально влетела в лифт и смогла наконец-то рассмотреть девочку, которая ей так помогла.
На малышке десяти лет было полинявшее платье, видавшее виды. У самой девочки была довольно смуглая кожа.
Такая была у тех, кто проводил много времени на улице. А ведь область еще и была южной. Девочка выглядела довольно потрепанной жизнью и неопрятной, но волосы и тело были чистыми. От нее не шло неприятное амбре, как это бывает у цыган. Черные волосы выбивались из общей прически, на лице никакой детской пухлости. Таня сразу поняла, что девочке иногда и голодать приходится.
Острые скулы у ребенка сильно выделялись, а также глаза, которые были чрезмерно внимательными и пронзительными для обычного ребенка. Такие бывают только у тех взрослых, кому досталась непростая судьба. Но общее впечатление от ребенка все же было положительным, ведь цыганка, хоть и проехала непростой путь, улыбалась. Лицо у нее сияло, ведь она надеялась, что благодаря ее помощи сыну Тани удастся помочь вовремя.
- Кармелита, тебе вовсе не обязательно со мной идти.
- Я знаю здесь всех докторов и все ходы, - перебила девочка, - я тут лежала довольно долго, когда мне делали операцию.
Таня не знала, как благодарить девочку. Она хотела дойти до своей матери и спросить у нее хотя бы пару тысяч, чтобы вручить ребенку. Пусть хоть поесть себе купит.
Но малышка продолжила.
- Если Вам что-то нужно будет, я помогу.
Молодая мать не смогла найти слов благодарности. Она с ребенком была в этой больнице, еще когда онкология у сына была на первой стадии. Тогда делали лучевую терапию, но она не помогла.
Казалось, надежды больше не было.
Но врачи сказали, что может помочь операция и трансплантация печени.
Продолжение уже можно читать, я подготовила для вас, мои золотушечки:
Первая часть рассказа доступна по ссылке: