В продолжение темы посвящённой альтернативам операции «Багратион», предлагаю вашему вниманию ещё одну альтернативу конца войны.
Общая обстановка
Захватив территорию от Быдгоща до Познани в операции, которую позднее назвали «Репетиция взятия Берлина», 1-й Белорусский фронт оперативно справился с задачами, поставленными Ставкой. К завершению января 1945 года Жуков планировал достигнуть линии Берлинхен – Ландсберг, сосредоточить тылы, пополнить запасы, а в начале февраля вновь начать наступление, преодолеть Одер и продвигаться к Берлину.
Однако Сталин оказался более осторожным, чем Жуков. Он заметил, что 1-й БФ значительно продвинулся вперед, тогда как 2-й БФ Рокоссовского на северном фланге сильно отставал, ведя боевые действия в Восточной Пруссии. Необходимо было дождаться завершения Восточно-Прусской операции армиями Рокоссовского, прежде чем продолжать атаки, поскольку противник мог нанести удар по тылам и флангам 1-й БФ.
В ответ на это Жуков, который уже готовился к штурму Берлина, предложил Верховному Главнокомандующему изменить направление движения правого фланга на север для оказания помощи Рокоссовскому в уничтожении восточно-померанской группы войск вермахта.
Группа армий «Висла»
Чтобы предотвратить дальнейшее расширение 500-километровой брешь, образовавшейся на Восточном фронте в ходе Висло-Одерской операции, начальник Генштаба сухопутных войск Гудериан предложил Гитлеру создать новую группу армий между группами «Центр» и «А». На пост командующего он рекомендовал фельдмаршала фон Вейхса.
Тем не менее, Гитлер назначил командующим рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Гудериан был против этого назначения, но не смог переубедить нацистского лидера. Гитлер, очевидно, полагал, что у Гиммлера имеются скрытые резервы, которые он сможет использовать на фронте в качестве командующего.
Несмотря на то что Гиммлер был талантливым организатором с большим запасом энергии и работоспособности, он не мог моментально стать эффективным полководцем. У него не было полноценного военного штаба, что делало решение фюрера нецелесообразным. В то время у вермахта имелись выдающиеся командиры. К тому же Гиммлер входил в круг высших чинов Третьего рейха и не подчинялся начальнику Генштаба, способному скорректировать его действия.
Группа армий «Висла», созданная 24 января 1945 года, включала 2-ю и 9-ю армии. В тот же момент группа армий «Север», которая оказалась блокированной в Прибалтике, стала известна как группа армий «Курляндия». Из её состава в Померанию были переброшены 4 пехотные и одна танковая дивизия, а также 3-й танковый корпус СС с танково-гренадерскими дивизиями «Нордланд» и «Нидерланд».
В свою очередь, прежняя группа армий «Центр» была переименована в группу «Север», а группа армий «А» стала группой «Центр», в состав которой вошли 17-я полевое, 1-я и 4-я танковые армии. Гитлер решил направить на Восточный фронт 6-ю танковую армию СС. Гудериан рассчитывал использовать её на центральном направлении для начала контрнаступления, но фюрер решил перебросить 6-ю танковую армию СС в Венгрию для организации контратаки на южном фланге.
«Восточный вал»
26 января 1945 года танковые армии Жукова достигли старой границы Германии, где в 30-х годах немцы построили оборонительную линию, известную как «Восточный вал». В его основе лежали эшелонированные глубоко в земле железобетонные доты, а также естественные и искусственные преграды, такие как бетонные надолбы, которые усиливали оборонительные позиции. В узловых точках коммуникаций были созданы силовые пункты, состоящие из 5-7 дотов на каждые километр фронта, а узлы обороны соединялись между собой подземными тоннелями. Наиболее мощным из укреплений был Мезеритцкий укрепрайон, который защищал путь к Берлину.
Однако возникла проблема: немецкие подразделения, которые должны были занять этот рубеж, уже были разбиты. В целом «Восточный вал» был заброшен после первых успехов Третьего рейха в ходе Второй мировой войны, и часть вооружения была демонтирована. Гарнизоны в этом районе отсутствовали, за исключением некоторых групп фольксштурма. В Мезеритц перекинули управление 5-го горного корпуса СС, которое было отозвано с Балкан, и под его командование попали две резервные пехотные дивизии. Но уже было слишком поздно, и эти дивизии не отличались высоким качеством.
Жуков, полагая, что противник уже потерпел поражение, отдал приказ 1-й и 2-й гвардейским танковым армиям Катукова и Богданова форсировать этот рубеж. Армия Катукова должна была занять район Мезеритц, тогда как армия Богданова нацеливалась на Померанию и планировала захватить плацдармы на Одере.
В иных обстоятельствах такой прорыв мог бы привести к катастрофе для танковых войск. Однако обстановка была наиболее благоприятной. Гудериан подметил:
«Чем больше русские уверяли себя в нашей слабости, тем настойчивее они действовали. Их танки становились всё более смелыми».
Русские научились быстро адаптироваться. Теперь их танки, уверенные в своих действиях, стремительно прорывались, обходили сильные позиции и узлы сопротивления, разрушали тылы, перехватывали коммуникации, уничтожали небольшие гарнизоны и отдельные подразделения. Они не боялись углубляться в оборону противника.
Захват плацдармов на Одере
Передовые подвижные отряды общевойсковых армий проявили решительные действия. Так, первым на рубеж реки Одер вышел передовой отряд 89-й гвардейской стрелковой дивизии 5-й ударной армии под командованием полковника Есипенко. В состав отряда входил стрелковый полк на автотранспорте, 220-я отдельная танковая бригада, а также полки отдельной тяжёлой танковой, истребительно-противотанковой артиллерии, самоходной артиллерии и зенитной артиллерии, а также дивизионы миномётов и «Катюш». Всего в отряде было 90 танков, включая 21 тяжёлый ИС, 12 реактивных систем залпового огня и 42 орудия и миномёта. Весь этот состав представлял собой внушительную силу.
26 января советские гвардейцы форсировали реку Нетце с темпом и без особого сопротивления преодолели «Восточный вал», обойдя левый фланг немецкой 433-й резервной пехотной дивизии и перехватив «Рейхштрассе № 1». Утром 31 января передовая группа отряда, переправившись по льду, захватила небольшой плацдарм протяжённостью 4 км и в глубину на 3 км. В северо-западной части Кюстрина, в городке Кинитц, был захвачен эшелон с офицерами и юнкерами зенитного училища, а также шесть зениток — никто и не подозревал о присутствии советских войск.
В 14 часов на плацдарм перебазировался ещё один передовой отряд 5-й ударной армии из 94-й гвардейской дивизии. Однако запасы горючего и боеприпасов иссякли, и советские войска заняли позиции в Кинитце, организовав мощный оборонительный узел. Артилерию удалось перевезти по льду Одера, тогда как танки и «катюши» пришлось оставить на правом берегу. До Берлина оставалось всего 70 километров.
Советские части форсируют реку Одер на амфибиях американского производства Ford-GPA:
2-я гвардейская танковая армия под командованием Богданова, наступавшая на север от рек Нетце и Варта, практически без препятствий продвигалась по лесным путям вдоль опорных пунктов «Померанского вала». Основные силы 1-го механизированного корпуса Кривошеева и передовые части 9-го гвардейского танкового корпуса Веденеева достигли реки Одер вечером 31 января. Мотострелки форсировали реку, захватили город Каленциг и вступили в бой за Кюстрин. 12-й гвардейский танковый корпус Телякова, которому было поручено захватить Шнейдемюль, столкнулся с трудностями. Город не удалось захватить сразу, и его пришлось обходить, но дальнейшее продвижение также оказалось невозможным. Поворачивая на север, корпус оказался в затяжных боях и понес значительные потери.
1-я гвардейская танковая армия Катукова наступала на юг от Варты. Передовая 44-я гвардейская танковая бригада, командуемая полковником Гусаковским, с поддержкой самоходно-артиллерийского полка подполковника Мельникова, успешно прошла юго-западнее Мезеритца. К утру 31 января бригада заняла район Тауэрциг, Мальсов, оторвавшись от основных сил на 50 километров и потеряв связь с ними.
Следующий 11-й гвардейский танковый корпус Бабаджаняна уже столкнулся с противником, укрепившимся на «Восточном валу». 85-мм пушки Т-34 не смогли пробить укрепления. 8-му гвардейскому мехкорпусу Дрёмова повезло больше: его части сумели обойти противника в Швибусе, и 1 февраля 11-й гвардейский танковый корпус последовал тем же маршрутом.
Танки Катукова приближались к Кюстрину и Франкфурту, однако продвижение армии сдерживалось нехваткой топлива и боями с отступающими на запад противниками.
Генерал Амазасп Бабаджанян вспоминал: «Бои вспыхивали неожиданно – на перекрёстках дорог, в рощах. Стреляли отовсюду: слева, справа, сзади. Всё смешалось, где фронт, где тыл. Снаряды летели как в лоб, так и в спину. Все боролись: танкисты, шофёры, автоматчики, связисты, зенитчики и сапёры – разграничения на «активные» и «неактивные» части перестало существовать. Везде был фронт».
Жуков был недоволен «топтанием» танковой армии и устроил Катукову строгую выволочку. Наконец, 2 февраля гвардейцы Катукова завязали бой на южной окраине Кюстрина и начали расширять плацдарм в районе Геритца.
Другие соединения фронта также продвигались к Одеру. 8-я гвардейская армия Чуйкова двигалась двумя корпусами южнее Варты, сталкиваясь с разрозненными группами гитлеровцев, которые цеплялись за узлы коммуникаций и отступали через леса. 29 января 4-й гвардейский стрелковый корпус генерала Глазунова пересёк германскую границу и вступил в бой с немецкой 433-й резервной дивизией, оборонявшейся севернее Шверина (известного как древний славяно-русский город Зверин). Гитлеровцы продержались два дня, после чего советские гвардейцы прорвали оборону противника, и в тылу уже действовали части 5-й ударной армии. Немецкая дивизия была полностью разгромлена.
2 февраля 4-й гвардейский корпус достиг реки Одер. 3 февраля пехота Чуйкова начала принимать плацдармы от бригад Катукова и занимать новые позиции. Также на Одер вышли войска 69-й и 33-й армий.
Сражение за плацдармы
В начале февраля 1945 года на плацдармах развернулись ожесточённые бои. Немецкие войска сразу же начали контратаку, используя все доступные силы. В это время Luftwaffe удалось временно получить превосходство в воздухе, с численностью 6-го воздушного флота, выросшей до 1830 самолётов. Аэродромы советской 16-й воздушной армии находились далеко в тылу, так как наземные войска успешно продвинулись вперёд.
Значительная часть артиллерии, тяжёлых танков и инженерного оборудования 1-го Белорусского фронта осталась позади, а войска испытывали нехватку топлива и боеприпасов. Танковые армии сменили своё направление на север. В это время погода резко изменилась – началась весеннее распутица, и грунтовые дороги вместе с аэродромами стали непроходимыми.
Немецкое командование наряду с другими мерами активно перебрасывало подкрепления. В район Кюстрина из Западного фронта отправили 25-ю танково-гренадёрскую дивизию, которая немедленно атаковала части 5-й ударной армии Берзарина. Также здесь появились две новые пехотные дивизии – 303-я «Деберитц» и 309-я «Берлин», которые были объединены в 101-й армейский корпус под командованием генерала В. Берлина.
Против двух этих корпусов (третий из них штурмовал Познань) 8-й гвардейской армии Чуйкова действовал 5-й горнострелковый корпус СС, а также формируемая танково-гренадёрская дивизия «Курмарк». На подходе располагалась 21-я танковая дивизия.
Бои были упорными, и советские атаки шли в ответ на немецкие контратаки. В это время немецкая авиация завоевала воздушное господство и начала бомбить советские колонны, которые только направлялись к Одеру. Жуков рекомендовал Берзарину зарываться поглубже, переходить к ночным операциям с ограниченными целями, днем отражать атаки противника и ждать, пока враг не ослабнет.
К концу 3 февраля 5-я ударная армия сформировала сплошной плацдарм на левом берегу Одера протяжённостью до 25 км по фронту и до 7 км в глубину. Южнее армия Чуйкова захватило три небольших плацдарма.
Угроза с севера
В это же время командование 1-го БФ стало уделять всё больше внимания своему северному флангу. 1-й БФ значительно продвинулся на запад, в то время как основные силы 2-го БФ направились на север, ведя бои в Восточной Пруссии. К 25 января расстояние между фронтами увеличилось до 150 км.
С 27 января правое крыло 1-го БФ прикрывали дивизии 61-й и 47-й армий, а также 2-й гвардейский кавалерийский корпус. 29 января северный фланг усилили частями 1-й армии Вооружённых сил Польши, а 31-го – 3-й ударной армией под командованием Симоняка. Советские войска полностью окружили немецкий гарнизон в Шнейдемюле и завершили прорыв линий «Померанского вала».
С выходом основных сил 1-го БФ к Одеру возросла угроза флангового удара со стороны противника из Померании. 1-2 февраля на север были переброшены 1-я и 2-я гвардейские танковые армии. Таким образом, против померанской группировки противника действовали четыре общевойсковые армии, две танковые армии и кавалерийский корпус. Отражая атаки противника, советские войска продолжали наступление на север. Направление на Берлин оставалось под контролем четырёх общевойсковых армий, двух танковых армий и одного кавалерийского корпуса.
Кажется, что до Берлина всего один шаг – час езды на автомобиле. Однако немцы успели заделать брешь, перебросив подкрепления и создав новую линию обороны.
К тому же, возникла необходимость решить проблему угрозы с севера из Померании. На северный фронт были перенаправлены половина сил фронта, включая основные ударные соединения – две танковые армии. Оставшихся сил для удара по Берлину было недостаточно.
Кроме того, советскому командованию пришлось в экстренном порядке решать кризис с обеспечением. С огромными усилиями, всего за 10 дней (к 29 января) советские железнодорожные бригады и мобилизованные поляки восстановили Варшавский железнодорожный мост и 300-километровую двухпутную дорогу до Познани, а также построили перевалочные базы на станции Варшава-Западная и в районе Демблина. Это стало настоящей победой для тыловых служб. Однако потребовалось также адаптировать колею на стандартную и захватить Познань (которая палась 23 февраля) для восстановления местного железнодорожного моста.
На висленских плацдармах скопилось огромное количество различных запасов. Из СССР прибывали новые эшелоны с техникой, боеприпасами, топливом и т. д. Автотранспорт просто не мог обеспечить материальные потребности фронта: машин мало, дороги, испорченные войной и весной, большое расстояние (550-650 км).
Решили использовать трофейный подвижный состав и кружной маршрут через Демблин, Лодзь, Кутно, Торунь, Быдгощ, Шнейдемюль и Ландсберг. 3-5 февраля на этой 1000-километровой дороге растянулось 100 эшелонов. Но ни один ещё не дошёл до места назначения.
Командованию 1-го БФ пришлось взять оперативную паузу, отказавшись от немедленного броска на Берлин.
Советские сапёры наводят понтонную переправу через реку Одер:
Официальная группа сайта Альтернативная История ВКонтакте
Телеграмм канал Альтернативная История
Читайте также:
👉 Подписывайтесь на канал Альтернативная история ! Каждый день — много интересного из истории реальной и той которой не было! 😉