– Леночка, успокойся, расскажи всё по порядку, – голос Нины дрогнул, но она старалась говорить твёрдо.
Лена всхлипнула, пытаясь собраться. Телефон дрожал в её руке, а за окном их маленькой двушки лил дождь, будто подыгрывая её настроению. Она сидела на краешке дивана, сжимая подушку, словно та могла защитить её от мира.
– Я не знаю, что делать, мама, – выдавила Лена, вытирая слёзы. – Дима говорит, что это единственный выход. Что если я не продам квартиру, нас просто завалят долгами. Но это же моя квартира! Бабушкин подарок!
Нина, сидевшая за сто километров от дочери в своём доме в пригороде, почувствовала, как внутри всё сжалось. Лена, её единственная дочь, всегда была сильной. Выучилась на юриста, сама пробивалась, никогда не жаловалась. И вот теперь – этот надрывный голос, эти слёзы. Нина бросила взгляд на мужа, Виктора, который листал газету за кухонным столом.
– Лен, ты сейчас где? Дома? – спросила Нина, стараясь держать себя в руках.
– Да, – Лена шмыгнула носом. – Дима ушёл куда-то. Сказал, что вернётся поздно. Мам, я боюсь. Он… он изменился.
– Так, – Нина встала, её голос стал резче. – Я сейчас с отцом поговорю. Ты сиди дома, никуда не ходи. И не подписывай ничего, поняла?
– Хорошо, – тихо ответила Лена, но в её голосе не было уверенности.
Нина положила трубку и посмотрела на Виктора. Тот отложил газету, уже уловив тревогу в её глазах.
– Что там? – спросил он, поправляя очки.
– Ленка звонила. Плачет. Говорит, Дима заставляет её продать квартиру, чтобы закрыть какие-то его кредиты.
Виктор нахмурился. Его густые брови, тронутые сединой, сдвинулись к переносице.
– Кредиты? Он же говорил, что у него всё под контролем. Бизнес, мол, процветает.
– Вот именно! – Нина всплеснула руками. – А теперь Ленка рыдает, как будто мир рухнул. Что-то тут не так, Витя.
Виктор молчал, потирая подбородок. За сорок лет работы следователем он привык доверять интуиции. А интуиция сейчас буквально кричала: с зятем что-то нечисто.
– Ладно, – сказал он наконец. – Позвоню кое-кому. Разберёмся.
Лена сидела в темноте, глядя на экран телефона, где светилось последнее сообщение от Димы: «Не драматизируй, всё будет нормально. Подпишешь бумаги – и заживём как люди». Она перечитывала его снова и снова, и каждый раз внутри что-то сжималось сильнее.
Квартира, о которой шла речь, была не просто четырьмя стенами. Это был подарок бабушки Веры, которая растила Лену, пока родители мотались по командировкам. Двушка в старом доме на окраине Москвы – не хоромы, но уютная, с деревянными полами, которые поскрипывали под ногами, и окнами, выходящими на берёзовую рощу. Лена помнила, как бабушка пекла пироги с яблоками, как они вместе красили стены в гостиной, как она, маленькая, засыпала под её рассказы о войне. И вот теперь Дима, её муж, хочет всё это продать. Ради чего? Чтобы закрыть его долги, о которых она узнала только месяц назад.
Они с Димой поженились три года назад. Тогда он казался ей воплощением мечты: обаятельный, энергичный, с большими планами. Открыл свой автосервис, обещал, что скоро они переедут в центр, купят машину получше, поедут в отпуск на море. Лена верила. Она всегда верила. Даже когда он стал задерживаться допоздна, ссылаясь на «переговоры». Даже когда деньги начали исчезать со счёта, а он отмахивался: «Это вложения, Лен, бизнес так работает».
Но месяц назад всё изменилось. Дима пришёл домой мрачнее тучи, бросил на стол пачку бумаг и сказал:
– Лен, нам нужно продать квартиру.
– Что? – она тогда рассмеялась, думая, что это шутка. – Какую квартиру?
– Твою, – он посмотрел ей в глаза, и в его взгляде не было ни тени улыбки. – Я в долгах. Если не закроем их сейчас, будет хуже.
Лена пыталась выяснить, что за долги, сколько, у кого он занял. Но Дима уходил от ответов, раздражался, а однажды даже повысил голос:
– Ты мне не доверяешь, что ли? Я для нас стараюсь!
После этого разговора Лена начала замечать, как он изменился. Стал резким, отстранённым. Перестал рассказывать о делах, а телефон свой теперь всегда держал при себе, даже в ванную брал. Она чувствовала, как между ними растёт стена, но не знала, как её сломать.
Виктор, тем временем, уже сидел за старым письменным столом в своём кабинете. На столе – чашка остывшего чая и записная книжка, потрёпанная, но полная номеров, которые он собирал годами. Он набрал один из них.
– Серёга? Привет, это Виктор. Да, давно не виделись. Слушай, нужна помощь. Надо пробить одного человека. Финансы, долги, всё, что найдёшь.
На другом конце провода Сергей, старый приятель и бывший коллега, теперь работавший в частной фирме по финансовой аналитике, выслушал просьбу.
– Понял. Дай пару дней.
Виктор положил трубку и посмотрел на Нину, которая стояла в дверях, нервно теребя край фартука.
– Если он врёт Ленке, я ему шею сверну, – тихо сказала она.
– Не горячись, – Виктор покачал головой. – Сначала разберёмся, что к чему.
На следующий день Лена проснулась с тяжёлой головой. Ночь прошла беспокойно – она ворочалась, то и дело проверяя телефон. Дима так и не вернулся домой. Утром пришло его сообщение: «Буду к вечеру. Подумай про квартиру».
Лена сидела за кухонным столом, глядя на старую фотографию в рамке – она, Дима и бабушка Вера на даче, три года назад. Тогда всё было иначе. Дима смеялся, обнимал её, а бабушка Вера, несмотря на свои семьдесят с лишним, шутила, что они ещё успеют ей правнуков подарить. Теперь бабушки не стало, а Дима… Дима стал чужим.
Звонок в дверь заставил её вздрогнуть. На пороге стояла соседка, тётя Люба, с тарелкой блинов.
– Леночка, ты что такая бледная? – тётя Люба нахмурилась, ставя тарелку на стол. – Опять с Димкой своим ругались?
– Да нет, – Лена попыталась улыбнуться, но вышла только гримаса. – Просто… дела.
Тётя Люба, женщина лет шестидесяти с добрыми глазами и вечной привычкой совать нос в чужие дела, присела рядом.
– Лен, я же вижу, что-то не так. Он опять полночи где-то шатался? Я слышала, как он в три утра домой заявился на прошлой неделе. Думала, вы мириться будете, а ты вон – вся как тень.
Лена опустила глаза. Ей было стыдно признавать, что её брак трещит по швам. Но тётя Люба не отставала.
– Ты мне как дочка, – сказала она мягко. – Если что-то не так, ты скажи. Я, может, и не следователь, как твой отец, но жизнь повидала.
– Он хочет, чтобы я продала квартиру, – вырвалось у Лены, и она тут же пожалела. Но слова уже вылетели. – Говорит, у него долги.
Тётя Люба поджала губы.
– Долги, говоришь? А он тебе хоть показал, сколько и за что?
– Нет, – Лена покачала головой. – Говорит, что это его дело. Что я должна ему доверять.
– Доверять… – тётя Люба хмыкнула. – Лен, ты прости, что я лезу, но мужик, который требует продать твою квартиру и не говорит, зачем, – это не про доверие. Это про что-то другое.
Лена молчала, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Тётя Люба положила руку ей на плечо.
– Ты с родителями поговори. Они у тебя умные люди. Не давай Димке тебя в угол загнать.
К вечеру Дима вернулся. Лена услышала, как ключ щёлкнул в замке, и сердце забилось быстрее. Она не знала, чего ждать – криков, уговоров или очередного холодного «подумай про квартиру».
– Привет, – Дима бросил куртку на вешалку и прошёл на кухню. – Есть что пожрать?
– Борщ в холодильнике, – Лена старалась говорить спокойно. – Дим, нам надо поговорить.
Он закатил глаза, открывая холодильник.
– Опять про квартиру? Лен, я же сказал – это единственный выход.
– Дима, это моя квартира, – её голос дрогнул. – Бабушка мне её оставила. Ты хоть понимаешь, что это значит для меня?
– А ты понимаешь, что будет, если я не закрою долги? – он резко повернулся, и в его глазах мелькнула злость.
– Кто эти люди, которым ты должен? – она встала, чувствуя, как внутри закипает гнев. Сколько? Почему ты мне ничего не рассказываешь?
Дима сжал кулаки, но тут же расслабился, словно передумал.
– Это не твоя забота, – сказал он тише. – Просто доверься мне. Я всё улажу.
– Доверяться? – Лена почти кричала. – Ты требуешь продать мой дом, а я даже не знаю, зачем!
– Потому что я твой муж! – рявкнул он, и Лена невольно отступила. – Я стараюсь для нас, а ты только ноешь!
Он схватил куртку и вышел, хлопнув дверью. Лена осталась стоять посреди кухни, слушая, как дождь барабанит по подоконнику. Она не плакала – слёзы кончились ещё ночью. Но внутри росло новое чувство – решимость.
Через два дня позвонил Виктор. Его голос в трубке звучал устало, но твёрдо.
– Лен, собирайся. Приезжай к нам. Сегодня.
– Пап, что случилось? – Лена почувствовала холодок по спине.
– Мы с твоей мамой поговорили с Сергеем. Есть новости. Лучше обсудить при встрече.
Лена приехала в родительский дом к вечеру. Нина встретила её у порога, обняла так крепко, что Лена едва не задохнулась.
– Мам, ты меня задушишь, – попыталась пошутить она, но Нина только шмыгнула носом.
– Идём, – сказал Виктор, кивнув на кухню. – Сядем, поговорим.
На столе лежала папка с бумагами. Лена узнала логотип – финансовая компания, где работал друг отца.
– Что это? – спросила она, садясь.
Виктор открыл папку, и Лена увидела распечатки: выписки из банков, какие-то договоры, списки транзакций.
– Это то, что Сергей накопал на твоего мужа, – сказал Виктор. – Дима в долгах, это правда. Но не из-за бизнеса.
Лена почувствовала, как кровь отхлынула от лица.
– А из-за чего?
– Он брал кредиты под залог своего автосервиса, – начал Виктор. – Но не для развития, как тебе говорил. Деньги уходили на какие-то левые счета. Сергей пока не до конца разобрался, но похоже на… – он замялся.
– На что, пап? – Лена смотрела на него, боясь услышать ответ.
– Похоже, он связался с какими-то мутными типами, – вмешалась Нина. – Возможно, ставки, азартные игры… Мы точно не знаем, но деньги утекали быстро. И ещё… – она запнулась, взглянув на мужа.
– Что ещё? – Лена сжала кулаки.
– Он пытался заложить твою квартиру, – тихо сказал Виктор. – Без твоего ведома. Благо, у него не вышло – собственник ты, без твоей подписи ничего не сделать.
Лена молчала, пытаясь осмыслить услышанное. Её дом. Её бабушкин подарок. Дима хотел продать его за спиной, чтобы… что? Закрыть свои махинации?
– Это ещё не всё, – добавил Виктор. – Сергей нашёл, что у него есть ещё один счёт. И там… крупные суммы. Это не его деньги, Лен. Чьи-то чужие.
– Чьи? – Лена почти шептала.
– Пока не знаем, – Виктор покачал головой. – Но я не остановлюсь, пока не выясню.
Нина взяла дочь за руку.
– Леночка, тебе нельзя возвращаться к нему. Это опасно.
– Мам, я… – Лена запнулась. – Я не знаю, что делать.
– Для начала, – сказал Виктор, – ты переезжаешь к нам. С вещами. Сегодня.
Лена кивнула, чувствуя, как решимость родителей передаётся ей.
Лена сидела в комнате своего детства, глядя на выцветшие обои с ромашками. Сумка с её вещами стояла в углу, ещё не распакованная. Родительский дом в пригороде пах яблочным вареньем и старым деревом, но даже этот уют не мог заглушить тревогу, которая грызла её изнутри. Дима звонил уже трижды за утро, но Лена не брала трубку. Каждое сообщение – «Где ты? Нам надо поговорить!» – звучало как угроза.
Вчера, после разговора с родителями, она собрала самое необходимое и уехала из Москвы. Виктор настоял:
– Останешься у нас, пока не разберёмся. Это не обсуждается.
Нина только кивала, то и дело прижимая дочь к себе, словно боялась, что та исчезнет. Лена чувствовала себя так, будто вернулась в детство – беспомощной, но под защитой. Только теперь ставки были куда выше, чем разбитая коленка или двойка по математике.
К обеду позвонил Сергей, друг Виктора. Его голос в трубке был деловым, но с ноткой напряжения.
– Виктор, я докопался до кое-чего. Твой зять вляпался по уши.
Лена, сидевшая рядом с отцом за кухонным столом, замерла, вцепившись в кружку с чаем.
– Рассказывай, – сказал Виктор, включая громкую связь.
– Его автосервис – это, считай, пустышка, – начал Сергей. – Он брал кредиты под бизнес, но деньги уходили не на запчасти или оборудование. Переводы шли на счета, связанные с какими-то букмекерскими конторами. Похоже, он ставил крупные суммы – и проигрывал. А потом, чтобы покрыть долги, начал брать займы у частных лиц. Не самых приятных, скажем так.
– Насколько неприятных? – уточнил Виктор, нахмурившись.
– Типа тех, что не звонят в суд, если не отдаёшь долг, – мрачно ответил Сергей. – И ещё: тот счёт, о котором я говорил, с крупными суммами. Это не его деньги. Похоже, он держит их для кого-то. Возможно, для этих же ребят.
Лена почувствовала, как кружка выскальзывает из рук. Нина тут же подхватила её, поставив на стол.
– Он… он правда такое делал? – Лена смотрела на отца, словно ища опровержения. – За моей спиной?
– Это ещё не всё, – продолжил Сергей. – Он пытался подделать подпись, чтобы заложить квартиру. У него не вышло, но он уже договорился с каким-то риелтором. Тот, кстати, тоже мутный – я его пробил.
Виктор сжал кулаки так, что костяшки побелели.
– Где он сейчас? – спросил он.
– Не знаю точно, – ответил Сергей. – Но могу сказать, что его телефон пеленгуется где-то в районе его автосервиса. Если хочешь, могу попросить ребят присмотреть за ним.
– Хочу, – отрезал Виктор. – И ещё, Серёга, найди мне всё, что можно, на этих его кредиторов. Имена, адреса, связи.
– Уже работаю, – сказал Сергей. – Но, Виктор, будь осторожен. Это не те люди, с которыми стоит шутить.
Лена слушала, чувствуя, как мир рушится. Её муж, человек, которому она доверяла, оказался не просто лжецом, но и… кем? Мошенником? Игроком? Кем-то, кто готов был продать её дом ради своих махинаций?
К вечеру Дима позвонил снова. Лена смотрела на экран, где высвечивалось его имя, и сердце колотилось так, будто хотело выпрыгнуть из груди.
– Ответь, – тихо сказал Виктор. – Но держи себя в руках. Не выдавай, что мы знаем.
Лена кивнула, глубоко вдохнула и нажала на зелёную кнопку.
– Лен, ты где? – голос Димы был резким, почти злым. – Почему не отвечаешь?
– Я… у родителей, – ответила она, стараясь звучать спокойно. – Мне нужно было уехать.
– У родителей? – он фыркнул. – Серьёзно? Ты сбежала, как ребёнок? Нам надо решить с квартирой, Лен! Завтра приезжает риелтор!
– Дима, я не буду продавать квартиру, – её голос дрогнул, но она продолжила. – Это мой дом. И я хочу знать, что происходит. Кому ты должен? Сколько?
В трубке повисла пауза. Лена слышала, как он дышит – тяжело, с присвистом.
– Ты мне не доверяешь, да? – сказал он. – После всего, что я для нас делал?
– Делал? – Лена не выдержала. – Ты пытался заложить мою квартиру за моей спиной!
Слова вырвались раньше, чем она успела подумать. Виктор нахмурился, Нина сжала её руку сильнее.
– Кто тебе это сказал? – голос Димы стал холодным, как лёд. – Твои родители, да? Вбили тебе в голову чушь какую-то?
– Это не чушь, Дима, – Лена почувствовала, как внутри закипает гнев. – Я знаю про твои кредиты. Про букмекеров. Про то, что ты врёшь мне с самого начала!
– Ты не понимаешь, о чём говоришь, – отрезал он. – Возвращайся домой. Завтра. Иначе будет хуже.
Он бросил трубку. Лена смотрела на телефон, чувствуя, как слёзы жгут глаза.
– Он угрожает мне, – прошептала она.
– Никто тебя не тронет, – твёрдо сказал Виктор. – Я позабочусь об этом.
На следующий день Виктор собрал Лену и Нину в гостиной. На столе лежала та же папка с бумагами, но теперь к ней добавились новые листы – распечатки, фотографии, какие-то заметки.
– Я связался с парой старых знакомых, – начал Виктор. – Они помогли собрать побольше информации. Дима действительно влип. Его кредиторы – не просто ростовщики. Это целая сеть, которая занимается отмыванием денег через подставные фирмы. Его автосервис – одна из таких фирм.
Лена слушала, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
– И что теперь? – спросила она. – Он… он опасен?
– Для тебя – нет, – ответил Виктор. – Но он в панике. Сергей говорит, что его кредиторы начали давить. Они хотят свои деньги и быстро. Поэтому он и цепляется за твою квартиру.
– Мы не дадим ему это сделать, – вмешалась Нина. – Леночка, ты останешься здесь. А мы с отцом разберёмся.
– Разберётесь? – Лена посмотрела на родителей. – Как?
– Для начала, – сказал Виктор, – мы с тобой идём к юристу. Ты закроешь все возможные лазейки, чтобы он не смог даже близко подойти к твоей квартире. А потом… я передам всё, что мы узнали, куда надо.
– Куда надо? – Лена нахмурилась.
– У меня ещё остались связи, – Виктор усмехнулся, но глаза его были серьёзными. – Люди, которые занимаются такими, как его кредиторы.
Вечером Лена сидела на крыльце родительского дома, укутавшись в старый плед. Небо было ясным, звёзды мерцали, как осколки стекла. Она думала о том, как всё изменилось за несколько дней. Ещё неделю назад она пыталась спасти свой брак, верила, что Дима просто запутался. А теперь… теперь она видела его таким, каким он был на самом деле.
Нина вышла на крыльце, держа две кружки с горячим чаем.
– Не замёрзла? – спросила она, садясь рядом.
– Нет, – Лена покачала головой. – Мам, я всё думаю… как я могла этого не видеть? Он же… он же был другим. Или я себя обманывала?
Нина вздохнула, глядя на звёзды.
– Знаешь, Лен, мы все иногда видим то, что хотим видеть. Ты любила его. И хотела верить в лучшее. Это не твоя вина.
– Но я чувствую себя такой дурой, – Лена горько усмехнулась. – Три года. И всё впустую.
– Не впустую, – Нина посмотрела на неё. – Ты стала сильнее. Ты научилась доверять себе. И у тебя есть мы. Всегда.
Через неделю Лена встретилась с юристом, которого нашёл Виктор. Женщина средних лет, с острым взглядом и твёрдым голосом, объяснила ей все шаги.
– Ваша квартира в безопасности, – сказала она. – Без вашей подписи никто ничего не сделает. Но я советую подать на развод. И как можно скорее.
Лена кивнула, хотя внутри всё ещё болело. Развод. Слово звучало как приговор, но вместе с тем – как освобождение.
Дима объявился через два дня. Он приехал к родительскому дому, выглядел помятым, с тёмными кругами под глазами. Лена встретила его на крыльце, Виктор стоял рядом, готовый вмешаться.
– Лен, нам надо поговорить, – начал Дима, но она подняла руку.
– Говорить не о чем, – её голос был спокойным, почти холодным. – Я знаю всё. Про твои ставки, про кредиты, про то, как ты пытался продать мою квартиру.
Дима побледнел.
– Кто тебе… – начал он, но осёкся, увидев взгляд Виктора.
– Я подаю на развод, – продолжила Лена. – И если ты хоть раз подойдёшь ко мне или к моему дому, я передам все документы, которые у нас есть, в полицию.
– Лен, ты не понимаешь… – он шагнул ближе, но Виктор преградил ему путь.
– Она всё сказала, – тихо, но твёрдо произнёс Виктор. – Уходи. И не возвращайся.
Дима постоял ещё секунду, потом развернулся и ушёл. Лена смотрела ему вслед, чувствуя странную смесь облегчения и пустоты.
Прошёл месяц. Лена вернулась в свою квартиру. Теперь она казалась ей ещё роднее – каждый скрип половиц, каждый луч света, падающий через окно, напоминал о бабушке Вере, о её тепле, о её силе. Лена начала ремонт – ничего серьёзного, просто покрасила стены в светло-голубой, повесила новые шторы, поставила на подоконник горшок с фиалкой. Это было её пространство, её дом. И никто больше не мог его отнять.
Виктор передал все собранные документы в правоохранительные органы. Через пару недель Сергей сообщил, что Диминых кредиторов начали проверять – их сеть оказалась куда больше, чем казалось на первый взгляд. Сам Дима исчез из города, оставив автосервис и свои долги. Лена не знала, где он, и, честно говоря, не хотела знать.
Нина и Виктор приехали в гости через неделю. Они привезли с собой яблочный пирог – тот самый, по рецепту бабушки Веры. Сидя за столом, Лена смотрела на родителей и думала, как ей повезло. Они не просто её защитили – они дали ей силы поверить в себя.
Для вас с любовью: