В детском возрасте – психика ребенка представляет из себя пластичную систему саморегуляции. На уровне нейронных связей – формируются новые паттерны (повторяющиеся шаблоны) поведения. Детский мозг впитывает в себя информацию через различные каналы сенсорной связи. Ребенок учится, развивается, адаптируется к окружающей среде.
И вот, однажды, ребенку наносят ущерб. При столкновении с насилием, пренебрежением со стороны людей (особенно близких), ребенок испытывает острую стрессовую реакцию. Произошедшее событие идентифицируется как опасное, экстремальное. Психика ребенка стремится сбалансировать уровень гармонии. И потому, происходит расщепление личности. Появляется фрагмент ребенка «Тот, с кем случился инцидент». Этот механизм позволяет отделить себя от травмы, дабы сохранить собственную ценность. Дистанцироваться от травмирующего события, выжить в условиях травмы, оставаясь в рамках системы семьи. Мол, это событие случилось не со мной, это был не я. Подобная стратегия мозга является нашей врожденной способностью отделять один объект от другого. Это адаптивная стратегия выживания. Ярким примером диссоциации является Билли Миллиган. О нем написано ЗДЕСЬ.
После фрагментации, ребенку нужно поддерживать диссоциацию путем вытеснения или подавления расщепленной части. Это происходит путем забывания, отрицания либо ненавистью к себе.
Несмотря на травму, человек движется путем биологического развития. Развивается, учится, вырастает, становится взрослым. За свое время развития, в человеке копятся подобные фрагментации. Это внутренние изгнанники. Их вытеснили, о них забыли, их подавили. Но, они остались проживать жизнь в «тайном месте», никуда не делись.
Стратегия расщепления играет важную роль в человеческой жизни. Остается «хороший Я» (для демонстрации себя на публике, в различных ситуациях) и «плохой Я» (тот, на кого можно переложить все травмирующие воспоминания).
Травмирующие воспоминая, как правило, способны проявляться спонтанно, неожиданно. Они могут носить характер навязчивости, вспышек паники, тревоги, депрессии, чувством неуверенности в себе, одиночества, чувством стыда. Этим самым, изгнанные части «прорываются» наружу, заявляя о себе миру. Таким образом, травмированные фрагментированные части образуют собой симптом (как психический, так и физический).
Изгнанные части замирают во времени. Остаются в том виде, в том возрасте, когда с ними случилось травмирующее событие.
Когда человек отвергает одни части, а с другими сливается, то это не способствует возникновению чувства целостности, не располагает к качественному ощущению безопасности себя в этом мире.
Потому становится важным различить, признать и подружиться с Изганником. Лишь таким образом мы сможем избавиться от бремени прошлого. Этот подход интегрируется в терапии IFS.
Кому интересно поработать по методике , добро пожаловать в группу "Охотник за снами".
Если понравилось - поддержи автора лайком и подпиской 👍😊