Я наткнулся на эту историю случайно, листая пожелтевшие страницы старой книги о Романовых. Имя Леонида Седнёва, 14-летнего поварёнка, мелькнуло где-то в сносках, и я замер. Подросток, который был рядом с царской семьёй в их последние дни, видел их страх, слышал их шепот — и выжил. В ночь, когда дом Ипатьева в Екатеринбурге стал могилой для Романовых, этот мальчишка каким-то чудом ускользнул. Кто он такой? Что знал? И почему его отпустили, когда других не пощадили? Давайте разберёмся. Лето 1918 года. Екатеринбург утопает в пыли, а дом Ипатьева, обнесённый забором, словно крепость, охраняют хмурые большевики. Здесь, в тесных комнатах, пропахших сыростью и тревогой, живут Николай II, его жена Александра, их пятеро детей и горстка верных слуг. Среди них — Леонид Седнёв, племянник лакея Ивана Седнёва. В свои 14 он чистит картошку, таскает дрова, подносит тарелки к столу. Ну, представьте: пацан, который пытается не уронить миску под взглядом охранника, чья винтовка кажется больше, чем он сам