— Приходи, расскажу про твоего мужа кое-что интересное, только ему ни слова. Секрет.
— Кто вы? — в голосе Надежды прорезалась тревога, словно лед под ногами затрещал.
— Я-то? — в трубке скользнула насмешливая нотка, как тень по стене. — Назовем это так: я близкая знакомая твоего Стаса.
Растерянность волной окатила Надежду, но она постаралась удержаться на поверхности. Не нужно быть пророком, чтобы понять: звонит та самая женщина, чье имя Стас, распаленный сном, шептал в ночи.
— Вы Дарья, верно? — выпалила Надежда, стараясь скрыть дрожь в голосе.
— Неважно мое имя, важно то, что я могу открыть тебе глаза. У тебя ведь есть вопросы, Надежда? А у меня… ответы. Как насчет встречи?
Надежде почудилось, что она застряла в кошмарном сне. Она судорожно ущипнула себя за руку, но колдовство не рассеялось. Звонок был реальностью.
— Послушайте, вы, кажется, ошиблись номером, — в голосе Надежды сквозило раздражение, смешанное с тревогой. — И откуда у вас вообще мой телефон? Это что, новый способ вымогательства?
— Ты Надя, замужем за Стасом уже пятнадцать лет… Верно? — вкрадчиво прозвучал ответ.
Надежда замерла, лишенная дара речи.
— Если ты не Надя, а Стас не твой муж, — в трубке проскользнул зловещий смешок, — тогда прошу прощения, ошиблась. Но если все так, как я думаю, жду тебя завтра в сквере возле офиса твоего благоверного, у памятника Гоголю. В шесть тридцать вечера. И чтобы Стас ни о чем не догадался.
Женщина оборвала разговор, оставив Надежду наедине с обрушившимся на нее смятением.
Лишь спустя время, когда первая волна шока схлынула, обрывки разговора сложились в пугающую картину. Звонившая явно имела связь со Стасом. Связь давнюю, если не сказать — устоявшуюся. И обе женщины заочно знали друг о существовании друг друга.
Но что заставило ее позвонить сейчас? Зачем ей понадобилась встреча с женой своего любовника?
Мысли в голове Надежды метались, как испуганные птицы. Первым порывом было набрать номер Стаса, выложить все как есть и потребовать объяснений. Но, немного поразмыслив, она отбросила эту идею. Нет, звонить этому лжецу она не станет. Пока не станет. Но и бездействовать…
— Что-то ведь нужно делать! — вслух произнесла она, чувствуя, как внутри нарастает решимость.
Только вот что?
Надежда давно чувствовала этот холодок отчуждения, скользивший между ними, – измену, еще не обретшую плоть, но уже отбрасывающую зловещую тень. Доказательств не было, лишь смутное беспокойство грызло душу. Но последнюю неделю Стас во сне дважды прошептал чужое имя – Дарья… На все ее вопросы он лишь отмахивался, пряча взгляд.
– Ну, мало ли что приснится! – бормотал он. – Разве во сне себя контролируешь?
– А я разве во сне шепчу имена других мужчин? – парировала Надежда, и в голосе ее звенела сталь.
Стас клялся в верности, возводил неприступные крепости лжи, но однажды забыл закрыть страничку в соцсетях, и, словно ведомая злым роком, Надежда заглянула в его сообщения. Там, за яркой, безли
Фкой аватаркой, скрывалась Дарья, чьи слова обжигали дерзостью и откровенностью. Они встречались давно, это было ясно без слов.
Последнее ее сообщение, оставшееся без ответа, зияло как открытая рана:
«После того раза ты даже не позвонил!»
Ярость и растерянность нахлынули разом, словно цунами. Не думая, Надежда, словно одержимая, написала:
«Ты что, надеялась, он на тебе женится?»
Ответ прилетел мгновенно:
«Если надо, то и женится. А ты ему уже поперек горла!»
В этот момент из ванной вышел Стас, и разверзся ад. Надежда кричала, пока голос не охрип, Стас лепетал жалкие оправдания. Наконец, выплюнула она, словно яд:
– Выбирай сейчас же! Я больше не намерена терпеть твои похождения!
Стас выбрал семью, но… в отношениях с Дарьей он поставил не точку, а предательское многоточие.
«А вдруг она просто манипулирует им, пытается вернуть? – терзалась Надежда. – Бывают же такие, неугомонные…»
В итоге, она решилась на встречу с Дарьей, но Стасу не сказала ни слова.
Если утром Надежда пылала решимостью, то после обеда ее энтузиазм угас, оставив лишь пепел сомнений.
«Чего она хочет? – думала женщина, глядя в мутное стекло. – Отыграть какой-то свой сценарий? Доказать превосходство?»
Сердце сжалось от тревоги, но ближе к шести вечера, словно против воли, она твердо решила: она пойдет.
-Свидание не состоялось ...Она долго ждала.
— И что это, черт возьми, было? — прошептала женщина, словно пытаясь выудить ответ из гулкой тишины.
Ответ, словно злая насмешка, не заставил себя долго ждать.
Дома, ведомая неутихающей тревогой, Надежда машинально открыла страницу мужа в социальной сети. Среди пестрой толпы его виртуальных друзей Дарья отыскалась мгновенно – знакомый аватар врезался в память, как заноза.
Без колебаний перейдя на её страницу, Надежда застыла, словно пораженная молнией. Там, как наглое доказательство измены, красовалась её собственная фотография, сделанная исподтишка возле памятника Гоголю. Под снимком, словно плевок в лицо, – ядовитая надпись.
Фотография уже успела обрасти лайками и язвительными комментариями, но самым болезненным ударом стало то, что среди ликующей толпы был и Стас…
«У неё кошмарный вкус. Кто-нибудь, скажите ей, что на дворе не нулевые!» – злорадствовала Дарья.
«Она просто живёт в прошлом, ей вообще нравится всё, что пылится на антресолях десяти-двадцатилетней давности – одежда, музыка, отношения…» – вторил ей Стас, подливая масла в огонь.
Дальше читать Надежда не смогла. Ком в горле перекрыл дыхание.
Первым порывом было заскринить эту мерзость, отправить Стасу и…
— И что дальше? — уныло пробормотала она, глядя в пустоту. — Крики, битье посуды? Выгоню его, а потом что? Развод, дележка нажитого непосильным трудом?
Остыв, словно ошпаренная кипятком, и взвесив все «за» и «против», она решила, что поступит иначе. В её голове уже зрел план, коварный и сладкий, как месть.
Сначала Надежда выудила из сети несколько снимков Дарьи, словно драгоценные улики. Затем, точно профессиональный шпион, переписала номер из телефонной книжки мужа. И, наконец, прибегла к помощи технически одаренного коллеги, который, словно маг, взломал цифровую крепость Стаса. Теперь телефонные разговоры и личные сообщения стали для нее открытой книгой предательства.
И что же она прочла между строк?
— Моя жена… ошибка юности, — ныл Стас, — которая превратилась в тяжкую проблему…
— Что случилось? — кокетливо ворковала Дарья.
— Да она выпила из меня все соки, — жаловался муж. — Я сто раз хотел уйти, но она…
— Не отпускает?
— Угу. Пятнадцать лет, Даша, пятнадцать лет брака! Как можно разрушить семью? Я… я не только постарел рядом с ней, я выдохся, понимаешь?
— Ну что ты, Стасик! Ты любому мальчишке фору дашь, во всех смыслах! За это я тебя и люблю…
— Вот ты другое дело… — льстиво растекался Стас. — Молодая, красивая, с тобой так легко… После твоей фотографии в парке, знаешь, у меня словно глаза открылись. Я посмотрел на нее со стороны, и мне стало… стыдно, что ли. И как-то не по себе от того, как она выглядит…
— Бедненький… Приезжай сегодня, залечим твою психологическую травму!
Слова эти жгли Надежду, словно кислота. Месть требовала выхода, но с кого начать этот танец возмездия?
Она позвонила старой подруге, Ларисе, чья жизнь тоже была испещрена шрамами предательства.
— Слушай, Надь, — рассуждала Лариса, — зачем тебе мстить этой кукле? Она тебе никто, клятв не давала.
— Я хочу поставить ее на место, — твердо ответила Надежда.
— Допустим, ты отыграешься на ней, — продолжала Лариса. — Но ты уверена, что после нее у Стаса не появится вторая, третья, четвертая?
Надежда молча покачала головой.
— Вот именно! — воскликнула Лариса. — Может, дело не в ней?
— Я знаю, что не в ней, — прошептала Надежда, — но все же…
— Ты хочешь поставить ее на место.
— Да. И мне нужна твоя помощь. Ты же ас в фотошопе?
— Ну… кое-что умею, — уклончиво отозвалась приятельница.
— Отлично! Тогда сотвори чудо…
Вскоре Надежда, словно сбросив с себя старую кожу, преобразилась. Сначала парикмахерская, где ножницы отсекли не только посеченные кончики, но и, казалось, груз прошлых обид. Затем – ревизия гардероба, и вот уже Надежда примеряет дерзкие, стильные вещи, подчеркивающие внезапно вспыхнувшую уверенность.
— Прикинь, она в салон побежала! — хмыкнул Стас своей пассии. — Прическу сварганила. И тряпки новые выгуливает…
— Видать, стрижка "последняя надежда"? – ехидно уточнила Дарья.
— Что-то типа того. Все еще тешит себя иллюзиями, дурочка…
Но вопреки их ожиданиям, Надежда больше не ощущала той давящей боли. Лишь ледяное презрение к человеку, которому она безвозвратно подарила пятнадцать лет, расцветало в ее душе.
Через пару дней Лариса прислала на почту фотографии Дарьи, старательно "украшенные" фотошопом. Оставалось нанести решающий удар.
Надежда разместила отредактированные снимки на нескольких сомнительных сайтах, сопроводив их лаконичным объявлением: «Доступна в любое время, согласна на эксперименты, оплата символическая». И указала номер Дарьи.
— Поздравляю, милочка. Теперь скучать не придется, – прошептала она, тронув уголки губ холодной улыбкой.
Спустя некоторое время, движимая любопытством, Надежда решила подслушать телефонный разговор Стаса и Дарьи. И не разочаровалась.
— Стасик, я ничего не понимаю… — голос Дарьи дрожал на грани истерики. — Мне названивают какие-то извращенцы! И всем от меня нужно… одно и то же! Я не давала никаких объявлений! Что происходит, Стас?!
— А ты у меня спрашиваешь? – огрызнулся Стас. – По ссылке, которую ты мне скинула, твои фотки и твой номер! Кто еще мог это сделать, если не ты?!
— Да не знаю я, не знаю! – завопила Дарья. – Это… Это кошмар, Стас! Защити меня!
— Не представляю, как тут можно помочь, – проворчал Стас. – Удали объявление, симку выкинь, что ли…
— Да не могу я его удалить!
— Не можешь или не хочешь? — его голос сочился ядом.
— Стас! Ты за кого меня принимаешь? Думаешь, я настолько опустилась, чтобы выкладывать в сеть эти убогие фотожабы?! Да зачем мне этот балаган?
— После того как ты украдкой запечатлела мою жену и выставила ее фото на всеобщее обозрение, я готов поверить во что угодно, — пробурчал он, избегая ее взгляда. — И откуда мне знать, что у тебя на уме? Может, ты на этом деньги делаешь? А передо мной строила невинную овечку!
Надежда ощутила триумф. Кажется, первая битва выиграна, осталось добить зарвавшегося супруга.
— Я ему как-то красного перца в трусы насыпала, да утюжком прошлась для верности, а следы замести, — шептала Лариса, поблескивая глазами. — Он надел, и началось: зуд, сыпь… Бегал потом по врачам, как ошпаренный.
— Эффектно, но в моем случае слишком затяжно, — отмахнулась Надежда. — Нет, я придумала кое-что поинтереснее. Но мне снова нужна твоя помощь, подруга!
— Да я всегда за!
Надежда, словно опытный кукловод, создала в соцсети фальшивую страницу их бывшего однокурсника, давно осевшего за границей. Несколько дней вела активную переписку с фейком, исподтишка наблюдая за реакцией мужа.
Стас ходил хмурый, словно в воду опущенный, молчаливый, но робкие попытки сблизиться все же предпринимал.
— Ты сейчас выглядишь просто потрясающе, — проронил он как-то, пытаясь поймать ее взгляд. — Впрочем, ты всегда была красавицей, но сейчас… Новая прическа тебе очень идет!
— Спасибо, — сухо бросила Надежда, отворачиваясь.
На следующий день он похвалил ее новую блузку, а потом неуклюже закинул удочку насчет совместного ужина в ресторане.
— Как-нибудь обязательно сходим, — уклончиво ответила она.
— Как насчет завтра?
— Завтра не могу, у меня встреча.
С нарочитой небрежностью она оставила открытой переписку с фейковым ухажером, который как раз назавтра «назначил» ей свидание, и удалилась в ванную. Когда она вернулась, в глазах мужа плескались подозрение и настороженность, но он молчал, словно готовясь к решающему бою.
«Попался!» – ликовала про себя Надежда, словно хищница, загоняющая жертву в сети.
На следующий вечер она, предвкушая развязку, уже сидела в ресторане, где ее ждала Лариса – верная подруга и соучастница.
– Не гложет совесть, что ввязалась во все это? – тихо спросила Лариса, с тревогой глядя в глаза Надежде.
– Ни капли.
– А мне, если честно, девчонку жаль… После такой грязи отмываться придется долго, – Лариса покачала головой, словно оплакивая чужую судьбу.
– Пусть бежит в другой город. В другую страну. Хоть на Марс улетает, – с ледяным равнодушием пожала плечами Надежда. – Мне плевать. Зато впредь будет думать, прежде чем чужих мужей окучивать.
– Мне в таких играх всегда обеих баб жалко, – задумчиво протянула Лариса. – А мужикам – раздолье. И ведь не перевоспитаешь их… Кстати, как думаешь, объявится?
В этот момент у входа показался Стас. Вытянув шею, словно страус, он нервно озирался, выискивая в полумраке зала неверную жену и ее мнимого любовника.
– Кажется, охотник учуял дичь, – усмехнулась Надежда, предвкушая триумф.
Наконец, Стас заметил ее. Их взгляды встретились, и по лицу мужа пробежала судорога смущения. Надежда нарочито приветливо махнула ему рукой. Стас, словно парализованный, замер на месте, но, помедлив секунду, все же двинулся к их столику.
– Какие случайные встречи бывают, – с напускным весельем промурлыкала Надежда. – Стас, дорогой, какие судьбы?
Муж выглядел, как человек, попавший под колеса парового катка. Полное непонимание происходящего застыло в его глазах. Он был настолько обескуражен, что, казалось, даже не способен соврать. Переводя взгляд с жены на Ларису, он судорожно пытался понять, что происходит, и нервно оглядывал посетителей ресторана, словно ища спасения.
— Стас, кого высматриваешь? — голос Надежды прозвучал мягко, но в нем чувствовалась сталь.
Муж, словно ужаленный, выпрямился.
— Где он?!
— Присядь, — предложила она, — я все тебе объясню.
Стас тяжело опустился в кресло.
— Ну и как тебе? — Надежда смотрела на него в упор. — Каково это — быть на моем месте?
— Не понимаю…
— Неужели? — в голосе Надежды зазвенел лед. — Неужели ты не понимаешь, что я чувствовала, когда ты, за моей спиной, шептался с этой своей Дарьей, когда высмеивал мои фотографии?
Кровь прилила к лицу Стаса, мышцы напряглись.
— Ты о чем вообще? Хватит ходить вокруг да около! Выкладывай, что за хмырь тебе тут свидания назначает, пока я жив! Где он сейчас?!
— Зачем он тебе, Стас?
— Что за вопрос? Как минимум, хочу увидеть в глаза этого… этого разрушителя нашей семьи!
Вместо ответа Надежда достала из сумочки зеркальце, маленькое и зловещее, и протянула мужу.
— Вот он. Смотри. Смотри в его глаза, Стас!
— Да пошла ты! — Стас с силой отшвырнул зеркальце, которое со звоном отлетело в угол комнаты, и вскочил на ноги. — Ты… Ты знай…
— На развод подам сама, — оборвала его Надежда, ее голос был холоден и тверд, как гранит. Она кивнула подруге. — Пойдем отсюда.
Вскоре они развелись. Но Стас долго еще преследовал ее тенью, неуклюже вымаливал прощение, клялся, что ни Дарья, ни кто-либо еще не значат для него ничего.
Но Надежда навсегда вычеркнула его из своей жизни, словно ненужную страницу из книги, которую больше не хотела перечитывать.