Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
оСССГ

Кресло убийца (14)

Криминальная сага с детективным окончанием Глав 15: «Как куют короткометражки» (Акт первый) Через пару дней Криста снова на проводе: – Завтра вечером свободна? – Как птица в небе, – ответила я.
– Отлично. Работа будет. Приличная, на вид. Подъехала к указанному ресторану. Наша небольшая группа ютилась в уютной отдельной "боковушечке". Первый, кого я увидела, переступив порог, был... Роман. Причем восседал чуть ли не во главе стола! Оказалось, ему таки пробили деньги на его короткометражку! Во истинном же главе стола восседал Глава – этакий олицетворение продюсерской воли. Дорогущий костюм сидел на нем, как ведро на скелете. Все присутствующие усердно пели ему осанну. Слева от Главы примостилась наша "веселушка" – девчонка, чья мораль весила меньше кошелька. Она с визгами и хихиканьем "случайно" касалась его то локтем, то плечом, то... более пикантными частями тела. Роман сидел справа от Главы, меня посадили справа от Романа. Рассадка – верх дипломатии. За веселушкой сидел тамада – масте

Криминальная сага с детективным окончанием

Глав 15: «Как куют короткометражки» (Акт первый)

Через пару дней Криста снова на проводе:

– Завтра вечером свободна?

– Как птица в небе, – ответила я.
– Отлично. Работа будет. Приличная, на вид.

Подъехала к указанному ресторану. Наша небольшая группа ютилась в уютной отдельной "боковушечке". Первый, кого я увидела, переступив порог, был... Роман. Причем восседал чуть ли не во главе стола! Оказалось, ему таки пробили деньги на его короткометражку! Во истинном же главе стола восседал Глава – этакий олицетворение продюсерской воли. Дорогущий костюм сидел на нем, как ведро на скелете. Все присутствующие усердно пели ему осанну. Слева от Главы примостилась наша "веселушка" – девчонка, чья мораль весила меньше кошелька. Она с визгами и хихиканьем "случайно" касалась его то локтем, то плечом, то... более пикантными частями тела. Роман сидел справа от Главы, меня посадили справа от Романа. Рассадка – верх дипломатии.

За веселушкой сидел тамада – мастер тостов и ненавязчивого подталкивания. Каждым провозглашением он невзначай прижимал девчонку плотнее к священной особе Главы.

Роман пил скупо, как дипломат. Главе же подливали виски с завидной регулярностью. Мужик, однако, оказался из породы несокрушимых – хоть цистерну ему влей, держался.

Но градус все же полз вверх. Веселушка уже красовалась на коленях у Главы. Из большого зала полилась музыка, и она, ловко уцепившись, потащила его танцевать. Часть стада потянулась следом. За столом остались четверо мужиков да я – тихая гавань перед бурей. Один из мужиков, уставился на меня взглядом, от которого по спине побежали мурашки. Роман небрежно махнул рукой: «Пущай». Но мужику этого было мало. Он вышел и вернулся с молодым парнем – видом явно не из нашей братии.

– Своди даму потанцевать, – буркнул он парню. Роман кивнул в знак согласия. Приказ есть приказ.

Протанцевали пару медленных. Потом вышел Роман – следующий танец был наш. Музыка лилась томная.

– Роман, – шепнула я ему на ухо под звуки саксофона, – можешь даже потискать немного. Контрактом флирт с "креативщиком" разрешен. Премия не светит, но и выговор не схлопочешь.

– Прекрати, – буркнул он сквозь зубы.
– А где твой кошелек? – спросила я, оглядывая зал с наигранным беспокойством. – Не вижу. Не украли ли?

– Ты невнимательна, – усмехнулся он криво. – Это же гостиница. Мы... сняли номер. – Произнесено было с таким многозначительным подтекстом, что танцевать расхотелось окончательно и бесповоротно.

Вернулись к столу. Допили остатки. Народу заметно поубавилось. Вернулся Глава с девицей на буксире – она висела на нем, как украшение. Теперь он усадил ее на колени безо всяких дурацких церемоний.

– Ну что, пацаны, завершим нашу ассамблею красиво? – изрек он властно. – Официант! Гони эти мензурки к чертовой матери. Стаканы нормальные! Да побольше, чтоб душа развернулась.

Официант принес стаканы и пару бутылок виски. Налил всем по скромным 50 граммам.

Полные, я сказал! – рявкнул Глава, как сержант на плацу.
Официант послушно налил почти доверху. Глава сжал девицу в объятиях так, что она пискнула – то ли от восторга, то ли от нехватки воздуха.

– Виски пьешь? – спросил он ее, как будто от этого зависела судьба картины.
– А то! – бодро рявкнула та, изображая боевой дух.
Глава перевел тяжелый, мутноватый взгляд на меня. Я кивнула с видом ветерана. Еще одна наша девушка тоже подтвердила готовность к подвигу.

– Бабам – по полстакана! – скомандовал Глава великодушно. – Не отставать!

Когда всем налили эту жидкую взрывчатку, он поднял свой стакан, полный до самых краев:
– Ну, за наше киношное дело! – И добавил тоном ледника: –
До дна.
Он занюхал куском хлеба, как заправский алкаш, потом ткнул пальцем сначала в Романа, потом в мужчину, сидевшего рядом со мной (Сергея Петровича, как оказалось):
– Поговорим. Тет-а-тет. А остальные – ату его, развлекайтесь! – Он показал большим пальцем в сторону зала.

Минут через пятнадцать Сергей Петрович вышел из импровизированного кабинета и жестом созвал всех обратно к столу. Лицо его было непроницаемо.

Официант принес еще две бутылки.
– Наливай! – снова прогремела команда Главы.
Выпили еще по полной. Глава обвел всех тяжелым, заплывшим взглядом. Остановился на мне.

– Эта... твоя? – спросил он Романа, тыча пальцем в мою сторону.

– Моя, – не моргнув глазом, ответил тот.
Глава скользнул взглядом по нашей второй девушке (не веселушке), потом ссадил ту самую веселушку со своих колен:
– Пошли. Дело есть.

Когда они скрылись в коридорах гостиницы, Роман позвал тамаду, что-то быстро сказал ему на ухо. Тот кивнул и умчался, вернувшись минут через пять. Тамада увел куда-то другую девушку (не нашу). Роман налил себе виски – уже без команд, до краев. Выпил залпом. Видно было, как горит внутри.

– Ребята, – сказал он остальным, – свободны. Спасибо.

Остались только Роман, Сергей Петрович (тот самый, что сидел рядом) и... наша веселушка, слегка опешившая от внезапного исчезновения своего "кавалера".
– Сергей Петрович, – кивнул Роман, – выдай девочке сто баксов. За работу.
Тот достал из жирной пачки стодолларовую купюру и протянул веселушке.
– Свободна, – коротко бросил Роман. – Ты дальше не в кадре.

(начало)

(продолжение)

-2