«Настоящие друзья не спрашивают, просто приходят. Помогают, поддерживают, шутят, когда весело, и грустят, когда беспокойно. Друзья делают так, чтобы стало легче. Настоящая дружба — не на словах, а в мелочах.
Надя уезжает, но вот только тошнота не проходит. Усталость? Стресс? Или причина совсем другая?..»
Глава 36
— Надь, а с однушками что делать будешь? — чуть смущаясь спросил Денис.
— Сдавать, — пожала плечами Надя.
Парень обнял Майю, поймав на себе не очень довольный взгляд Петровича.
— А нам сдашь с Майей?
Все загалдели разом:
— Да ладно!
— Да вы что?
— Женитесь?
— Какие молодцы!
И лишь Петрович стоял молча, но меж тем все обратили свои взоры именно на него:
— Эх, — махнул он рукой, — устали с бабкой их отговаривать. Говорю, обождите. С кафе ничего не ясно… какая вам женитьба… а тут и вправду вон чего.
— Петрович, вы не волнуйтесь. Я быстро работу найду, — с надеждой глядя на мужчину, проговорил Денис.
— Да понимаю я! Такие повара не залеживаются. Найдешь, конечно.
Все зашикали на Петровича:
— Да ладно тебе, что ты скулишь? — наехала Дуся. — Пусть женятся. Себя вспомни. Ни кола ни двора не было. Зато любовь.
— Молодые, кровь кипит! — подбодрила Анжела. — Молодцы!
— Надь, так че? Сдашь нам квартиру? — снова спросил Денис.
Надя весело рассмеялась:
— Квартиры еще нет, а на нее уже очередь. Сдам, конечно, сдам, куда ж я денусь. С превеликим удовольствием! Всегда лучше своим!
…Анжела, как и обещала, взялась за дело быстро. Уже на следующий день она привела первого покупателя, который со скучающим видом прошел по кафе и даже не стал выходить на задний двор и осматривать времянку.
— Турист! — презрительно бросила Анжела, когда за ним закрылась дверь.
— Это что значит? — удивилась Надя.
— Да ниче ему не надо. Шатается по объектам, глазеет. Ниче не купит, скорее всего. Турист, говорю же.
Потом еще приводила человек пять или шесть, таких же туристов. А вот через неделю нашлась настоящая покупательница — сухонькая женщина, лет шестидесяти, зашла, все пристально оглядела, задала толковые вопросы и попросила время до вечера — подумать.
Рассказала, что давно мечтала открыть небольшой продуктовый магазин — с простыми товарами, без супермаркетного блеска.
— Место хорошее. Я тут детство провела недалеко. В Лысовке.
Надя кивнула. Знаю, мол.
— Тянет меня сюда, — проводя пальцем по столу, протянула она. — Не получится с бизнесом — буду просто жить. Я квартиру свою продала уже. Времянка ваша мне прям очень понравилась, и так кстати. Как удобно! Живешь, и магазин рядом.
«А я ведь так же тогда подумала», — с тоской взглянула Надя на покупательницу.
— А куда оборудование денете? — спросила вдруг женщина.
— Так продадим, — ответила Надя.
— А давайте я у вас и оборудование куплю, если в цене сойдемся! Уступите?
— Думаю, сойдемся, — обрадовалась Надя и даже не стала спрашивать, на кой ляд ей столовские печи.
В тот же день пошли смотреть дома, которые Анжела подобрала для них, — все в тихом квартале, с палисадниками, где можно посадить овощи, цветы, кустарники.
Все дома были достойны, чтобы их купить: чистенькие, уютные, со всеми коммуникациями, с верандами. Но один Наде понравился особенно.
В нем она почувствовала себя как-то особенно хорошо и уютно. Она посмотрела на Таню:
— Мам, тебе как?
— Надюш, нравится. Светлый, комнаты просторные, кухня большая. Кладовых две, не вдоль дороги, что тоже важно. Тишина и покой! А то что-то я устала от столовского гвалта…
— Мам, да. А меня будто кто изнутри даже толкнул! Ну вот честно. Ну наш это дом!
Две однокомнатные квартиры присмотрели тут же, неподалеку, в хороших домах. И снова Надя почувствовала, будто кто тихонько толкнул ее внутри живота.
Сделка прошла быстро, без суеты. И покупательница, и продавцы оказались милейшими спокойными людьми.
Все подписали, пожали друг другу руки, улыбнулись на прощание — и все…
Закончился еще один этап жизни. У Нади не было ни радости, ни грусти. Было лишь ощущение, что так и должно быть.
Вечером, когда вернулись в уже не свою времянку, но пока еще домой, мама сварила борщ, поели молча, усталые, но спокойные.
А утром снова сборы — коробки, баулы, пакеты…
После всех расчетов у Нади осталось совсем немного — такая сумма, что, глядя на нее, захотелось спрятать подальше, на случай, если завтра грянет что-то плохое. В это плохое Надежда уже стала верить.
Она так и сделала: положила деньги в отдельный конверт и сунула в потайное дно рюкзака, решив, что в новом доме обязательно найдет хорошее место для небольшой суммы «на всякий случай».
Собирались в этот раз вдвоем, никуда не торопясь. У Анжелы совсем не было времени, чтобы помочь как с прошлым переездом. Таня складывала все аккуратно, иной раз подолгу застревая на какой-то вещи.
— Мам, знаешь… Грустно мне… не получилось ничего. Я Ласло сегодня вспомнила. Все зря… все, что он сделал для нас… ничего нет.
— Что ты, Надюша? Как же зря? Не зря. Как нет? А дом? А квартиры? Разве было бы это без его помощи? А все, что с душой, — оно ведь всегда с грустью. Но ведь мы не просто уходим, а переходим. Это другое.
— Надеюсь, что в лучшее, — сказала Надя.
— Всегда только в лучшее. Надо надеяться! Только так и можно жить.
…Переезд наметили на субботу. Утром Надя проснулась рано, сразу встала, снова ощутив изматывающую тошноту. Быстро собрала то, что оставила на последний момент.
К восьми утра приехал Петрович с Валерой.
— Привет, Надюшка! — поздоровался он. — Уверен, моя помощь понадобится!
— Спасибо! Конечно! — Надя обняла Валеру и Петровича.
Чуть позже пришла Дуся:
— Надюш, я обед сварю, проголодаетесь. Весь день сегодня в суматохе, на ногах. Людей накормить надо.
Надя кивнула:
— Спасибо, теть Дусь. Пирожков обязательно испеки!
— Эх, а все из-за них, окаянных, моих слишком вкусных пирожков!
Потом подтянулись и Майя с Денисом, Лева с Анжелкой.
Надя едва сдерживала эмоции.
— Ну что, погнали новую жизнь начинать? — улыбнулась Анжела, и работа закипела.
Все суетились, перетаскивали коробки, громко спорили, куда класть хрупкое, где лежат инструменты, и что значит «эта коробка не тяжелая, просто ее неловко нести».
Анжела, как всегда, держала все под контролем:
— Лева, подними! Не умрешь!
— Умру! — честно отвечал он.
— Тогда потом, после переезда.
Левка удивленно смотрел на нее, она смеялась:
— Да кто ж тебе помереть даст?
Вдруг из-за поворота медленно выехала черная машина и остановилась чуть поодаль.
Надю передернуло.
«Принес черт, чего притащился? — с холодной ясностью подумала Надя. — Видно, дознаться решил — правда ли мы не печем больше или еще что задумали».
Через минуту машина медленно тронулась и уехала.
«Ну что, гад, убедился?» — Наде очень хотелось показать ему вслед неприличный жест, но она сдержалась.
И вот тут вдруг впервые за все эти дни — стало по-настоящему спокойно. Все. Точка. Уехал навсегда. В животе снова что-то будто булькнуло. Надю это сильно насторожило. Но тут же ее кто-то отвлек вопросом.
Она выдохнула, взяла очередную сумку и понесла к уже почти загруженной Газели.
Татьяна Алимова
Все части здесь⬇️⬇️⬇️
Рекомендую к прочтению⬇️⬇️⬇️веселое