Вчера Тимур принёс домой очередную медаль. Золотую. И знаете, глядя на этого пятнадцатилетнего парня — подтянутого, уверенного в себе, с ясными глазами, — я вспоминаю тот день, когда увидела его впервые. Тощий, грязный, с капюшоном, натянутым почти на глаза. И это пятно... Господи, как же болело сердце.
Но обо всём по порядку. А началось это три года назад, когда мой Максим вернулся из Европы. Полгода он там провёл — учился ресторанному делу, говорил. Хотя я-то знала, зачем он туда поехал на самом деле. Операция. Та самая, которую мы с мужем оплачивали, не считая денег.
Звонит мне сын:
— Мам, прилетаю в шесть вечера.
— Как дела, Максимка?
— Да всё отлично! Сам не ожидал такого результата.
Слышу — голос другой. Лёгкий такой, радостный. Раньше всегда была какая-то зажатость, будто извинялся за что-то.
— Теперь сможешь любым нашим рестораном управлять, — говорю я, хотя в душе до сих пор не пойму — зачем ему понадобилось это пятно убирать.
У его отца точно такое же было. Может, чуть поменьше. От лба и на верхнее веко спускалось. Все давно привыкли, никто внимания не обращал. Но Максим... он этим очень мучился. "Меткой" называл. Хотел быть нормальным, как все.
— Мам, для тебя я всегда самый красивый, в любом виде, — смеётся он.
— Ладно, молчу уже. Твоё решение уважаю. Ждём тебя.
— Надеюсь, не ресторанной едой кормить будете.
Приехал — не узнать. Лицо чистое, ровное. Шрамиков почти не видно. Мы его так и не знали куда посадить, чем угостить. Счастливый такой весь.
Отец за ужином спрашивает:
— Ну что, сын, какой ресторан под крыло берёшь?
А Максим вдруг серьёзно так:
— Нет, пап. Я хочу настоящим ресторатором стать. С самых низов начну. И чтобы никто не знал, что я твой сын.
Валентин даже удивился:
— Интересно... Думаю, правильно. В "Берёзке" месяц назад персонал полностью поменял. Проблемы там. Определим тебя помощником администратора.
— Отлично! Попробую "Берёзку" в порядок привести.
Сижу, слушаю их разговор и думаю — как быстро дети взрослеют. Вроде вчера Максимка маленький был, а сегодня уже серьёзные дела обсуждает.
В "Берёзке" у нас действительно не всё гладко было. Администратор — Олег Петрович — мужичок самолюбивый, недалёкий. Максим первые дни за ним хвостом ходил, всё записывал.
— Наш ресторан лучший в городе, — важничал тот.
— А я слышал, проблемы есть, — осторожно заметил сын.
— Конкуренты пакостят! У нас всё хорошо организовано.
И тут же на кого-то орёт:
— Светлана! Где бродишь? Перекур по расписанию!
Девушка остановилась в коридоре, покраснела вся:
— Я не... А что случилось?
— Что случилось? — вспыхнула она.
— Капусту гнилую привезли! Половину выбрасывать придётся!
Олег Петрович к Максиму повернулся: — Молодо-зелено, ничего в бизнесе не смыслит.
Потом голос понизил:
— Светлана, зачем мне каждую мелочь объяснять? Половина нормальная — её и используй. А подпорченную — в борщ через пару дней.
— Да это же глупость! — не выдержала девушка. — Лучше чуть дороже закажем, но качественное!
— Иди работай, а не лезь не в своё дело! Ты кто такая? Помощник повара! Вот и помогай.
Девушка ушла, аж губы сжала от злости.
— Учись, молодой, — поучает Олег Петрович Максима.
— У хозяина денег и так достаточно. Нам зачем лишние траты?
Максим мне потом рассказывал — персонал отец поменял, а толку мало. Новые работники оказались не лучше прежних. Только вот девушка эта — Светлана — в голове не выходила. Неделю он её почти не видел, лишь раз слышал, как она опять с администратором спорила. Теперь из-за мяса.
— Уволю, помяни моё слово! — грозился Олег Петрович.
— К хозяину пойду жаловаться! — не сдавалась она.
— Сходи, посмотрим, что получится.
— Не надо так с девушкой разговаривать, — не выдержал Максим.
А через день сын с работы выходит — видит ту самую Светлану на остановке. Машина у него в соседнем дворе стояла, но он не задумался — к ней подошёл.
Она улыбнулась, а он сразу выпалил:
— А как вас зовут? А то только "Светлана, Светлана" слышу.
— Светлана меня зовут, — засмеялась она.
— А вас Максим, я знаю.
Автобус подошёл, сын следом за ней запрыгнул:
— Вам тоже на Садовую?
— Да, на Садовую.
Врёт, конечно. Понятия не имел, где эта Садовая. Светлана заметила:
— Хоть бы подготовились. Садовая в противоположную сторону.
Рассмеялись, на следующей остановке вышли, пешком пошли.
С тех пор подружились крепко. Максим домой приходил — только о Светлане и говорил. Видно было — девушка ему нравится. И умная, и красивая, и характером не вышла.
Однажды она ему рассказала, почему Олег Петрович её недолюбливает:
— Понимаете, когда он к нам администратором пришёл, решил, что он тут главный. И все девушки ему принадлежат.
— А вы?
— А я ему вазой по голове заехала.
Максим аж расхохотался:
— Светлана, я от вас другого не ожидал. Или ваза по башке, или... ну, что-нибудь такое же решительное.
Встали они, во дворике сидели:
— Побудьте здесь, — говорит она. — Я быстро. Один человек должен подойти.
Остался Максим ждать. И видит — появляется откуда-то мальчишка маленький. Одежонка на нём — не одежда, а лохмотья настоящие. Подходит к Максиму:
— Здравствуйте... У вас ничего не осталось?
Сын сначала не понял, а потом увидел — Светлана тарелку с едой вынесла. Остатки с кухни, значит.
Пока мальчик ел, отвернувшись, Светлана тихо объясняла:
— Родители у него были когда-то. Потом бросили. Не смогли... не смогли принять.
Повернулась к мальчишке:
— Тимур, подойди к нам.
Подошёл, тарелку протянул:
— Спасибо.
И тут капюшон с головы упал. Максим аж дыхание перехватило — половину лица родимое пятно закрывало. Большое такое, тёмное. Сразу понятно стало, почему родители не смогли.
Сын осторожно мальчика за руку взял:
— Скажи, где живёшь?
— По-разному. То в подвале, то где потеплее найду.
— А в детский дом не хочешь? Я не собираюсь тебя сдавать, просто интересуюсь.
Тимур руку отдёрнул:
— Не хочу. Там был уже. Дразнят сильно. И бьют.
Поблагодарил и к выходу направился.
— Тимур! — крикнул Максим. — Приходи ещё! Обязательно приходи!
Мальчишка обернулся, кивнул серьёзно:
— Приду. Кушать ведь хочется.
Светлана на Максима смотрит с удивлением — он весь не на себе:
— Что с тобой? Жалко, конечно, ребёнка. Помогаем как можем. Впервые его видишь?
— Светлана, — говорит Максим. — Хочешь, фотографию покажу? Мою, трёхлетней давности.
— Покажи. Только не понимаю, при чём тут это.
Телефон достал. Светлана глаза округлила — аппарат дорогущий, на её годовую зарплату потянет.
Показал фото, которое врачу отправлял. Где всё видно было.
Долго она молчала, потом:
— Понятно... Сейчас-то у тебя ничего нет.
— Потому что операцию сделал. Меня никто не бросал, не обижал. Но мучился я страшно. Представляю, каково ему.
— Не ожидала... — задумчиво посмотрела на него.
— Думала, богатые только о себе думают.
— Светлана... — Ты врать не умеешь. И я в этом районе с детства живу. Знаю, какие машины тут появились. Выяснить, кто приезжает, несложно.
— Кто ещё в курсе?
— Никто. Я молчу.
Пришёл Максим домой мрачный, всю ночь не спал. Утром отец спрашивает:
— Дела в ресторане совсем плохи? Ты какой-то не такой.
— Не в ресторане дело.
Рассказал про Тимура. Отец слушал внимательно:
— Хорошо, что сострадание у тебя есть. Что делать думаешь?
— Хочу свою квартиру снять и ресторан возглавить.
— Правильно. Попробуй самостоятельно жить.
Надо было видеть лицо Олега Петровича, когда отец объявил о новом руководстве. Я бы фотографию сделала на память.
Светлана внимательно на Максима посмотрела:
— Что-то задумал?
— Помогать мне будешь?
— Если не криминал, то помогу.
Узнала, что он планирует, — расплакалась:
— Максим, ты хороший...
— Раз такой хороший, замуж за меня выходи.
Растерялась девушка:
— Но ты же... у тебя деньги, а у меня...
— Понял. Не пара мы.
— Из разных миров мы.
— Не любишь меня и не полюбишь.
Подняла глаза, но не кивнула почему-то.
— Знаешь ведь, что врёшь. — Тогда проблемы не вижу.
Прошло три года. Быстро пролетели. Максим из ресторана выбежал, к машине бросился — опаздывал на соревнования. У Тимура важный бой, обещал быть.
Светлане звонил, звонил — не отвечает. Странно.
На трибуны в последний момент успел. Тимур его увидел, улыбнулся. Максим облегчённо вздохнул — не подвёл парня.
А Светлана всё не отвечала. Максим забеспокоился — до родов ещё три недели, но всякое бывает.
Жара стояла невыносимая, пиджак снял. Телефон зазвонил: — Наконец-то!
Но голос незнакомый: — Поздравляем! Девочка, три килограмма сто грамм.
Максим чуть трубку не уронил. Отбежал в сторону, Светлане звонить стал. Не берёт. Снова, снова...
Наконец взяла: — Алло?
— Света, где ты?
— В роддоме.
— Как так получилось? Почему не предупредила?
— Потому что ты бы тут торчал, а мальчишка на соревнованиях один остался. Он переживает, что ненужным станет. Приезжай после окончания.
Тимур всех победил. Медаль получил, к Максиму подбежал. Не узнать парня — лицо чистое, красивое. Следов пятна не осталось.
— Пап, а мама где?
— Мама дочку нам родила. Сейчас к ней поедем.
— И ты здесь остался?
— Ты же мой сын. Этот бой для меня важен.
Тимур глубоко вздохнул:
— Люблю вас всех. И сестрёнку, хоть не видел ещё.
Побежали к машине, счастливые.
Вот такая история.
Глядя на эту семью — Максима, Светлану, Тимура и маленькую Дашеньку, — понимаю: деньги не всегда проблемы решают. Иногда нужно сердце открыть, шанс дать. А родимые пятна... они не на душе же.
***
Если история вас тронула, нажмите "палец вверх" — буду знать, что она не зря написана.
❤️❤️❤️❤️❤️
🥰 Уважаемые читатели, огромное Вам спасибо за прочтение и Вашу поддержку!
☺️👇 Так-же рекомендую к прочтению еще похожие увлекательные рассказы от моей близкой подруги писательницы: