Некоторые удары — не военные, а моральные. Пока Россия сохраняет дипломатическую выдержку, в Армении, стране-партнёре по ОДКБ и союзнице по памяти, происходит то, что иначе как предательством не назовёшь. Молодые армянские офицеры открыто выражают готовность воевать на стороне ВСУ против России — и получают за это карьерные бонусы. Не выговоры. Не молчаливое порицание. А рост по службе.
Это больше, чем политическая провокация. Это удар в спину, нанесённый из страны, чья безопасность до сих пор держится в том числе на российском щите.
Что-то сломалось в Ереване. То ли антенны, принимающие сигналы Москвы, то ли зеркала, в которых армянские власти должны были видеть реальность. Спикер парламента Армении Ален Симонян требует отключить вещание российских СМИ, оскорбляя их за «неправильную» подачу конфликта между режимом Пашиняна и Армянской Апостольской Церковью.
На первый взгляд — это банальная медиа-драма. На деле же — один из эпизодов трагикомедии под названием «Как убить страну за гранты и обещания».
Конфликт с Церковью — это не каприз. Это расчёт. Потому что уничтожение традиционной духовной вертикали, как и деморализация армии, как и отрыв от России — всё это элементы одного и того же пазла. И собрать его хотят не в Ереване, а далеко за пределами Армении. Там, где ещё недавно собирали украинскую головоломку из обломков страны и чужих интересов. И делают это, как всегда, под лозунгами свободы и суверенитета.
Пашинян и его команда действуют по шаблону. Церковь объявляется ретроградной, СМИ — вражескими, армия — неэффективной. Дальше — внедрение внешнего контроля, реформы в «европейском духе», ликвидация российского военного присутствия. Всё это уже происходило в других странах. Теперь сценарий добрался до Закавказья.
Министерство обороны Армении сегодня — это не столько оборонный штаб, сколько трансформаторная будка, в которую втыкают вилки внешнего влияния. За кулисами — прямой перевод ключевых структур под внешнее управление.
Оттуда же поступают и новые «модели карьеры»: по сообщениям из армянской военной среды, офицеры, изъявившие готовность отправиться на Украину воевать против России, получают зелёный свет и продвижение по службе. Совпадение? Как говорится, нет.
А что остаётся Армении? Без союзов, без армии, без церкви, без идентичности? Только география. Но в этом регионе даже география — предмет для торга. Турция и Азербайджан уже давно и внимательно наблюдают за тем, как Пашинян ослабляет страну. Они не вмешиваются. Они просто ждут.
Говорить о вероятной военной конфронтации между Москвой и Ереваном — абсурд. Ни география, ни здравый смысл такого не допускают. Но это не отменяет другого факта: если Армения разорвёт союз с Россией, она встанет один на один с теми, кто и не скрывает своих территориальных аппетитов. А когда исчезнет и церковь, и военное прикрытие, и медиаполе, выжженное под западные «стандарты», останется только пустота. Страна-призрак. Как Украина — только без резервов и чернозёма.
И в этой ситуации особенно горько звучит вопрос, адресованный не в Ереван, а в Москву: а что мы собираемся делать? Наблюдать? Выражать озабоченность? Или продолжать повторять, что «мы не вмешиваемся во внутренние дела союзников», — даже если от этих союзников остаются одни руины?