Чем больше погружаюсь во вселенную Assassin's Creed, тем больше осознаю, какие громадные проблемы у серии с сюжетом. У нас ничтожно мало хорошо прописанных персонажей. А в случае, если с их внутренними мотивациями всё хорошо, они быстро умерщвляются разработчиками. Давайте вспомним 8 самых разочаровывающих персонажей.
Алкивиад (Assassin's Creed: Одиссея)
Начнём с исторического деятеля, потенциал которого не был раскрыт. Алкивиад был одним из самых искусных полководцев и политиков Древней Греции, с которым связаны довольно пикантные истории. Начнём с того, что он был очень красив. Из-за ранней смерти отца воспитывался в доме Перикла. Его избаловали. Вместо философии его интересовали вина, вместо политики — женские тела (да и не только!). До христианства с запретом на мужеложество оставалась ещё пара веков, до изобретения интернета того больше, поэтому напоследок люди развлекались, как могли.
Однако с ранних лет Алкивиад проявлял и незаурядные интеллектуальные способности, которые затем позволили ему проявить себя талантливым полководцем и политиком. Изначально его репрезентация в игре была передана в целом верно. Возможно, даже слишком целомудренно, ведь Кассандра знакомится с ним в тот момент, когда Алкивиад не был обременён делами государственными. В дополнительных заданиях он манипулирует главным героем и уже ведёт некоторые политические игры, пусть и скрытно (что сомнительно на тот период с исторической стороны).
Вместе с этим он ведёт себя достаточно высокомерно, что тоже вписывается в характер существовавшего человека. Самое странное отклонение, впрочем вписывающееся в повестку, в игре он женится по любви. Кассандре удаётся поговорить с избранницей, которая признаётся, что Алкивиад ей нужен лишь для того, чтобы самой подобраться к политике.
Реальная история умалчивает о её истинной мотивации, зато со слов Плутарха мы знаем следующее. Случилось так, что Алкивиад бахвалился своим друзьям, что подойдёт к очень богатому и влиятельному афинскому государственному деятелю по имени Гиппоник и ударит его. Товарищи его подзадорили, и он подошёл и сделал это. Об этой выходке быстро узнали, осудили, и Алкивиад решил извиниться перед политиком. Он пришёл к нему в дом, скинул с себя всю одежду и попросил Гиппоника поиздеваться над собой, чтобы понести заслуженную кару. Стратег простил все обиды — очевидно, там было на что посмотреть, и увиденное ему понравилось. Позже Гиппоник отдал замуж за Алкивиада свою дочь Гиппарету. Но красота юноши не смогла спасти этот брак. Гиппарета променяла Алкивиада на своего брата (!), античный красавец пытался её остановить, но та вскоре умерла. Видимо, не получилось с политикой.
«Одиссея» охватывает достаточно длительный период, за который реальный Алкивиад успел прославиться не только подвигами в постели. Однако в игре он не получает достойного развития, вовсе исчезая из повествования без внятного завершения. Даже в книге ему дали больше времени. Но в общем и целом его образ был сведён до уровня комического персонажа, озабоченного только вином и любовными утехами. Видимо, не представляют сценаристы, как можно из откровенно карикатурного героя сделать что-то комплексное.
Юхани Отсо Берг (Assassin's Creed: Братство крови — Assassin's Creed: Одиссея)
То, что вы видите сверху в скобочках и через тире — это тот промежуток, на протяжении которого появлялся этот персонаж. Юхани Отсо Берг — один из самых многообещающих антагонистов в Assassin's Creed. Как высокопоставленный агент «Абстерго Индастриз» и лидер команды «Сигма», он должен был стать новым лицом тамплиеров в современности. Но вместо этого Ubisoft раз за разом упускала его потенциал, не превратив в полноценного противника.
Впрочем, проблема у него свойственная большей части персонажей вселенной. Начали за здравие, а кончили за упокой.
Юхани родился в Финляндии и в детстве колесил по миру с отцом — по работе. После он вернулся в Финляндию и пошёл в армию, где проявил себя как отличный воин. Потом он женится, у него появляется дочь Элина, у которой рано выявили тяжёлое заболевание, требующее дорогостоящего лечения. Берг бросает службу, на которой больших денег не заработать, и становится наёмником. Однажды в дом семьи ворвались сотрудники «Абстерго», решившие не упускать замечательную возможность разжиться новым агентом. Они захватили Юхани и поставили ультиматум: он должен работать на тамплиеров, чтобы его дочь выздоровела. Берг соглашается.
Путь по карьерной лестнице в «Абстерго» для Берга был тернист и опасен. Очень часто компания добивалась от него сотрудничества путём манипуляций и выбора без выбора. «Абстерго» знало, за какие ниточки тянуть. Элина в руках тамплиеров так и осталась разменной монетой. Когда-то можно припугнуть её смертью, а когда-то — поощрить отпуском рядом с дочкой. В ответ «Абстерго» закрывало глаза на ошибки агента и продвигало по карьерной лестнице, особенно радуясь убийствам ассасинов.
При этом Берг плавно начинает разделять взгляды тамплиеров, угрожая несогласным. И это довольно странно, так как «Абстерго» им откровенно манипулирует, угрожая его семье. Единственное объяснение — стокгольмский синдром. Но запомним этот момент, здесь был нанесён первый удар по общей адекватности персонажа.
Большая часть событий из его жизни происходит в комиксах. Там он жестоко расправляется с ассасинами, ищет артефакты, раскрывает личности предателей тамплиеров. В целом — совершает кучу действий, но ничего сверхъестественного. Постепенно он получает всё больше и больше власти, становясь самым опасным соперником в современности. Что ещё хуже — он был силён не только физически, но и умственно. В определённый момент он руководствуется правилом «чтобы убить ассасина, надо думать, как ассасин», поэтому просматривает воспоминания наших бывших протагонистов и изучает методы скрытных убийц.
Одновременно со здравыми идеями проявляется и его шиза. Он интересуется ролью некоего «Чёрного креста» — это некая надзорная ячейка, следящая за неукоснительным исполнением тамплиерами своих заветов и карающая правонарушителей. Он решает, что должен стать этим самым инквизитором, поэтому в свободное от работы ночное время выслеживал крыс. И дальше у меня такое чувство, что создатели комиксов решили скопировать DC. Берг переодевается в супергеройский костюм и ведёт собственное расследование, пытаясь выйти на предателей.
Маскарад этот длится долго. Одновременно с собственными появлениями в костюме Юхани подговаривает это делать и своего соратника — Андре Болдена, чтобы сохранить таинственность и загадочность Чёрного креста. Да, речь всё ещё об Assassin's Creed, а не об утреннем зарубежном мультике в воскресенье в 1990-2000-х.
Затем рассудок вновь вернулся к Бергу. В своих расследованиях он наткнулся на ранее неизвестную ему группу под названием «Орудия Первой Воли», которые стремились вернуть Юнону к жизни. Он быстро узнаёт, что оживлять эту ису нельзя, потому что это непонятное и неконтролируемое зло, поэтому объединяется с ассасинами для препятствования планам новой фракции. Союз заклятых врагов — то, что хотели бы видеть игроки, пытающиеся следить за сюжетом. Понятно, что после великого сраженя всё вернётся на круги своя и они вновь начнут резать друг друга и всех, кто попадётся под руку, за свои идеалы. Но временный союз — тоже неплохо. Вопрос, какого дьявола мы получили его в комиксах, а не в полноценной номерной части? Опуская все однообразные подробности, у них получается остановить Юнону, и главный антагонист серии был убит.
Судьба Юноны — это отдельная боль. То, что было уготовано ей в комиксах, было ещё хуже. Подробнее можете почитать здесь:
После убийства Юноны Берг вернулся к своей рутине — поиску артефактов и убийству ассасинов. Так мы выходим из комиксов и отправляемся в «Одиссею». Юхани выслеживает Лейлу Хасан и готовится к расправе над ней. Но это было всего лишь иллюзией — на самом деле над ним окончательно хотели расправиться сценаристы. Всё дело в последнем сражении дополнения «Судьба Атлантиды», и Берг был финальным боссом. Какой ужас, битва с идеальным охотником на ассасинов! Точно нужно будет продумать тактику, составить план действий, несколько раз переиграть, потому что будет явно сложно! Сценаристы нас вели к этому 8 лет! А на деле мы получили обычную схватку. Как с наёмниками. Как с культистами. Это дополнение, так что помним — к этому моменту у игрока за спиной десятки, а то и сотни часов, наполненные однообразными битвами. Такой финальный босс, мягко говоря, не восхитил геймеров.
И в этой заурядной битве Лейла одерживает победу. Берг остаётся жив, но его ноги были парализованы.
Ок, хорошо, ладно. Исход для злодея закономерен. Но у Лейлы на тот момент в руках был посох, дарующий бессмертие обладателю. Она тоже умная девочка, читала досье Юхани и знала о болезни его дочери, поэтому пыталась отговорить его от схватки и вместе найти способ излечить девочку. Но Берга это абсолютно не заинтересовало, и он бросился в бой. Что он хотел дальше делать с этим артефактом — большая загадка, но по краткой сцене складывается ощущение, что он не для дочери это всё затеял, а для тамплиеров. Что это за стыд и нелогичное разрушение персонажа? Для новичков серии это, возможно, и норм. Но для тех, кто помнит, с чего персонаж начинал... Логичней было бы, если бы Берг перешёл на сторону ассасинов, став двойным агентом. Это и есть простор для воображения и новых интересных сюжетных арок.
Вместо этого Берг остался жив и попал в плен к ассасинам. По последним данным, он вернулся в «Абстерго» и вновь может ходить. Вопрос: куда он пойдёт с таким развитием персонажа?
Что по итогу? Хладнокровный и умный спецназовец, главный антагонист современной сюжетной линии после смерти Уоррена Видика, устрашающий молчаливый профессионал, который наряжается в супергеройские костюмы. В играх остаётся фоновым персонажем без развития. Развитие происходит в комиксах — но абсолютно непоследовательных и необъяснённых. Безликий, без запоминающихся фраз. При этом потенциал был: он мог бы стать хорошим антагонистом, будь у него личный конфликт с ассасинами. И ведь у него была трагичная предыстория, так что становление Юхани тамплиером было объяснено. Но вражда с ассасинами, когда они объективно могли ему помочь, остаётся притянутой за уши. Ну и финальная битва с Лейлой — это просто эпик фейл.
Хэйтем Кенуэй (Assassin's Creed III — Assassin's Creed: Изгой)
Сказать, что Хэйтем был плохим персонажем — это как сказать, что Николай Васильевич Гоголь — был плохим писателем. Но множество «но» вынуждают меня включить его в этот список.
Хэйтем Кенуэй начал хорошо. У него интересная семья: сам он тамплиер, отец его — пират, а сын — ассасин. Хэйтем обладал всеми данными, чтобы стать культовым антигероем. Он им и стал. Его харизма, интеллект и великолепные навыки борьбы не могли не понравиться каждому, кто запустил третью часть. В нём же и заключился один из главных сюжетных поворотов. Именно за Хэйтема мы начинаем играть, даже не подозревая, что он тамплиер, и уже скоро управление им у нас отберут, дав поиграть мальчиком-максималистом.
Кенуэй был отлично прописан и обладал как привлекательными, так и отталкивающими чертами. Это один из самых живых и правдоподобных героев всей серии. Было интересно следить за его временным союзом с сыном — ассасином Коннором. Но примерно к середине игры нас заставляют его убить.
Почему? Так надо. В итоге между родственниками происходит хаотичная, сумбурная и странная схватка, вызывающая разве что головокружение. При этом в ходе битвы Хэйтем продолжает разговаривать, произнося отличный монолог. Но он так плохо сшит, что из-за постоянных кат-сцен вечно прерывается. Выход — ставить блок и слушать, либо сконцентрироваться на быстром устранении противника и всё пропустить. Ну а осознание, что Хэйтем — прекрасный дуэлянт, делает его смерть от рук мальчишки совсем случайной.
Сюнин (Assassin's Creed: Вальгалла)
Речь пойдёт не столько о персонаже, сколько о важной геймплейной механике, преследующей все игры Assassin's Creed — это орлиное зрение. Поскольку большую часть игры имеет смысл проходить по стелсу, очень важно знать о местоположении врагов, чтобы их аккуратно обходить или устранять. Орлиное зрение позволяет подсвечивать врагов, друзей и ценные предметы, чтобы лучше ориентироваться в пространстве. Штука эта хоть и позволяет видеть сквозь стену, но всю карту так не подсветить. Орлиное зрение полезно на коротких дистанциях, когда речь идёт об узких улочках и помещениях.
С Assassin's Creed: Истоки главный герой практически лишается этой способности, но приобретает другую — возможность подсветки целей с помощью ручного орла — Сену. Работает она совсем как бинокль из Far Cry — только с дрона. Всё это позволяет осмотреть локацию побольше и продумывать план издалека. В Odyssey Икар получил ещё больше улучшений, быстрее определяя цели. Насколько это мотивировано лором? Да так себе, вменяемых объяснений этой способности мы не получили, но геймплейно это было очень удобно.
Всё закончилось в следующей части. Игроки жаловались на имбалансность системы и на сильное упрощение стелса. В «Вальгале» разработчики оставили ворона, но убрали у него орлиное зрение (как бы это ни звучало).
Теперь уже Эйвор должен был сканировать местность глазами, и сделано это было ещё более имбалансно, чем в предыдущих частях. Ворон Сюнин тем временем лишился вообще всех бонусов, став просто средством для красивого обзора карты. Складывается ощущение, что его вообще должны были вырезать, но что-то пошло не так. Геймплейно его роль сводится к подбору лута. Но и это способность, которую ещё надо прокачать (и найти в самых запутанных зарослях навыков за всю историю видеоигр). Очередной шаг назад.
Айя (Assassin's Creed: Истоки)
А здесь было больше вопросов к работе сценаристов. В прошлом нам дали поиграть сразу за двух героев: Байека и его жены Айи. В прологе у них погибает сын Хему от рук Ордена Древних. Добро пожаловать в очередную историю мести.
Но, видимо, заезженный сюжет не устроил сценаристов, поэтому параллельно охоте на Орден развивается история становления Незримых — будущего братства ассасинов. Попытки угнаться за двумя зайцами привели к обрывочному и бессистемному сюжету. По задумке Айя предположительно должна была отвечать именно за привязку к основным играм серии, но не была раскрыта на том уровне, на котором от неё это ждали поклонники вселенной.
Это неосознанно было видно и по геймплею. Основная прокачка велась через Байека, именно его глазами мы проживаем все драматичные события истории. Айя ощущалась каким-то посторонним персонажем, даже почти никак не реагируя на смерть собственного сына. Её характер несколько изменяется в процессе, но если её мужа в основном сформировало отчаяние после гибели ребёнка, на мать больше повлияли политические интриги. Странно, не находите?
Жермен (Assassin's Creed: Единство)
Отправляемся в революционную Францию. Франсуа-Тома Жермен является реальным историческим персонажем. Он был ювелиром, причём очень хорошим. В политику он не лез, но в игре стал Великим магистром тамплиеров. Ну, допустим.
О том, что Жермен является главным антагонистом, мы узнаем постепенно. По сюжету это должно произвести вау-эффект. И, надо сказать, это действительно было неожиданно. Жермен начал как интересный антагонист, но, появившись всего в нескольких сценах в игре (да и то по большей части в воспоминаниях и письмах), к финалу его мотивы так и остались неясными. Просто потому, что никто его не запомнил. А как можно запомнить кого-то с несколькими минутами диалогов на многочасовой геймплей? Игра оставляет много вопросов неотвеченными. Кто? Куда? Зачем? Почему?
На фоне Жермена сильнее выглядел Пьер Беллек, которого Арно убивает в середине приключения. И это уже какая-то традиция: избавляться от самых интересных персонажей не к финалу. Я сейчас о Хэйтеме из третьей части.
Культ Космоса (Assassin's Creed: Одиссея)
Спустя время разработчики подумали: «Игроки совсем потеряли совесть и осмелились критиковать наши замечательные сюжеты и диалоги с глубоким смыслом. Так пусть сидят без диалогов и лора вовсе». Добро пожаловать в Культ Космоса.
Элпенор
Этот персонаж иллюстрирует большую проблему сюжета «Одиссеи» и причину, почему эта часть кажется настолько оторванной от остальной серии. Забудьте про быструю смерть харизматичных героев, в части про Древнюю Грецию разыгралась более драматичная история. Кому нужно убивать неплохо прописанных антагонистов в середине игры, если их можно убить в прологе?
Вот у нас есть Кассандра. Наёмница, причём довольно неплохая. Живёт на Кефалинии и ужасно хочет оттуда уплыть. Повидать мир, так сказать (пусть даже в этом мире только война). Но денег у неё нет, никакого влияния тоже. Так бы и умерла мечта в девушке, если бы не...
Элпенор — человек жестокий; из тех, кто наслаждается, глядя, как страдают его друзья. Рука Элпенора то и дело приподнимала тугой мешочек, набитый монетами. Их хозяин решал, куда выгоднее вложить эти деньги.
И вот у нас есть Элпенор, который внимательно наблюдает за молодой наёмницей и так и грезет об её использовании в своих корыстных целях. Он встречается с Кассандрой в очень интимный момент — она только что расправилась с бандитами и боится быть кем-то замеченной, а то придёт большой и одноглазый разбойник и перебьёт всех. Но вместо пера под ребро, Элпенор предлагает ей хорошо оплачиваемую работу — сплавать на другой остров и добыть ценный саван. Всё это побуждает Кассандру разжиться кораблём и верной командой. Она добывает саван и возвращается к нанимателю. Тот щедро расплачивается, но просит девушку оставить саван себе и говорит о том, что это всего лишь была проверка перед более серьёзным испытанием. Её следующий шаг, ещё более высокооплачиваемый — убить Волка из Спарты, полководца.
Не ведая, что творит, Кассандра отправляется за новой головой. В пути она узнаёт, что спартанец — никто иной, как её родной отец-предатель Николаос, по бездействию которого её и её брата сбросили со скалы двадцать лет тому назад. Игрок волен как убить, так и пощадить безответственного папашу, но протагонист в любом случае вернётся к Элпенору со шлемом полководца — в знак выполненной работы.
И тут можно приостановиться. Исходя из обрывков информации из самой игры, а также её одноимённой новеллизации, можно сделать вывод, что Элпенор — совсем не дурак. Он давно следил за Кассандрой. Он знал, что девушка — не дочь Николаоса. А ещё Элпенор, являясь членом Культа, просто не мог не знать об истинных отношениях девушки с её семьёй. И если к отцу она могла испытывать ненависть, то к матери чувство было совершенно противоположное. Что же Элпенор предлагает дальше?
Он предлагает Кассандре убить свою мать. Та наотрез отказывается, и Элпенор даёт знак охране, чтобы те расправились с девушкой. Но та была проворней и расправилась с нанимателем. Истекая кровью, он признался, что без него она бы уже была убита Культом, но он их убедил, что живой Кассандра полезнее. Так мы узнаём о главном злом зле игры и о том, чем нам предстоит заниматься все десятки и сотни часов геймплея. Так произошло введение Культа Космоса, вопрос в том, стоила ли эта смерть такого сомнительного откровения, которое мы в будущем так или иначе получили бы?
Что мы знаем о его роде деятельности за пределами тайной организации? Элпенор был торговцем из Кирры. Керамика, масла и вина его совсем не интересовали, вместо этого он нашёл более прибыльное ремесло — торговля оружием и припасов для враждующих армий — Спарты и Афин. Кому война, а кому мать родна.
Больше всего Элпенор ценит власть и деньги. У него есть рабы, с которыми он жестоко обращается. Короче говоря — типичный неприятный персонаж вселенной Assassin's Creed. В одних играх они становятся антагонистами, во вторых — союзниками, а в третьих — и вовсе теми, за кого мы играем. То есть у Ubisoft уже был опыт разворота истории на 360 градусов и серой морали.
Поведение как Элпенора, так и Кассандры было очень странным. Я с лёгкостью могла представить их союз, когда оба друг друга обманывают. Допустим, Элпенор бы продолжил разживаться на войне за счёт наёмницы, а Кассандра бы через купца и через Культ нашла свою мать. Вариантов развития событий с этими вводными можно придумать множество, но у нас получился самый убогий вариант. Именно это убийство в самом начале игры повернуло историю в ранее неизведанное русло. Кассандра не обращается за помощью ни к одной из сторон и вольна враждовать со всеми. Получилась песочница, но какой ценой.
Сомневаюсь, что Элпенора взяли из древнегреческой мифологии. По легендам, он был спутником Одиссея и умер, упав с крыши. Пересечений с игровым Элпенором нет, то есть разработчики взяли только имя. То есть его ранний слив совсем никак не обосновать.
Клеон
Ещё один попусту растраченный потенциал «Одиссеи». Клеон — один из главных членов Культа Космоса, по его собственным словам — самый опасный. Афинский политик, противостоящий Периклу — отцу демократии. Благодатная почва для развития главного конфликта вселенной.
И поначалу так и было. Впервые Кассандра и Геродот встречаются с ним в ходе дебатов, где Клеон говорит вполне здравые мысли, пусть и излишне экспрессивно.
Отец истории отзывается о нём как о популисте. Тем не менее он осуждает, как Перикл распоряжается казной. Вместо поднятия благосостояния народа он тратит деньги на постройку храма Афины Паллады (это тот самый Парфенон). По мнению Клеона, самое разумное вложение средств — это сильная армия. Флот в войне со Спартой себя абсолютно не оправдал, сухопутные силы были разбиты, а Афины тем временем осаждает враг. Постройкой храма боевой дух умирающим от голода и болезней согражданам таким образом не поднять.
Спустя длительное время война действительно пришла в Афины, опустошив их чумой. Культ решил воспользоваться возможностью и руками Деймоса убил Перикла. Клеон же захватил власть, став авторитарным лидером и делая множество наземных вылазок, большая часть которых плохо заканчивалась.
«[Демократия?] Кто только о ней не болтал! Многие желали занять место во главе стола. Но правителем Афин может быть только один человек. И этот человек... я».
Клеон ткнул себя в грудь, и его лицо расплылось в самодовольной улыбке.
Впрочем, свои «предвыборные обещания» он сдержал и стал тратить огромные деньги на армию, ввергнув Афины в милитаристский психоз. Казна тем временем пустела, а Клеон гордился собой. Головокружение от успехов.
Злое зло. Думаете, сейчас я буду опираться на историю и доказывать, что он был хорошим парнем? Вовсе нет.
Это забавно, но у нас абсолютно нет ни одного источника с положительной оценкой этого исторического деятеля. Все, кто писал о политике того времени, отзывались о нём негативно. То есть не получится ссылаться на факты — их просто нет. Несмотря на реальные заслуги перед Афинами, имя Клеона стало синонимом демагогии, жестокости и политической безнравственности. По сути, все ужасы о характере этого человека были переданы в игре. Почему же я его вписала в эту статью?
История пишется победителями. Все источники, дошедшие до нашего времени — работы политических противников Клеона. Например, аристократ Фукидид был подвергнут остракизму предположительно с согласия Клеона. Комедиограф Аристофан, очевидно, получал больше признания за сатирические и издевательские пьесы, пока правитель был на поле битвы. Сторонники Клеона не оставили после себя записей. При этом в дошедших до нас источниках в основном высмеивалось поведение политика во время речей (а вёл он себя крайне вызывающе, кричал и оскорблял оппонентов), упоминаются случаи жестокости (когда он настаивал на казни пленных), в конце концов, он всегда был против мира со Спартой. Однако на поле битвы он принёс Афинам множество побед.
После смерти Клеона власть вернулась в руки его оппонентов и сторонников Перикла. Античные авторы любили морализаторство — так со своим эксцентричным поведением Клеон стал примером плохого политика. А на контрасте с Периклом он вообще выглядел истеричкой.
Итак, мы имеем жестокого политика, обвинённого во всех правдах и неправдах. Но всё равно кажется, что что-то в этой истории не сходится. Правильно, потому что Клеон вполне спокойно удерживался на вершине политической жизни Афин не менее пяти лет, при этом став стратегом. Объяснить это можно разными способами. Во-первых, он умел говорить языком простых людей. Во-вторых, он обещал быстрые и простые решения, и в условиях войны это ценилось. В-третьих, он указывал на реальные проблемы в руководстве Афинами Периклом (а проблемы были очевидны), так что люди к нему прислушивались. Да, его власть держалась на манипуляции страхами толпы. Да, многие решения принимались в атмосфере истерии. Но он держался у власти и вполне успешно. Погиб он не от заговора, а на поле боя. Его карьера — классический пример того, как народ может добровольно поддержать жёсткого лидера в условиях войны и нестабильности.
И вот мы включаем игру. И Клеон у нас — чистый антагонист без единого плюса. Короткая сцена с дебатами между ним и Периклом вообще не убеждает, что перед нами будущий правитель. Ubisoft выбрала упрощённый «злодейский» архетип, чтобы игроки быстро идентифицировали врага. И тогда Клеон совсем становится типичным козлом отпущения, виновным во всех грехах Греции: и чума по его вине произошла, и Культ Космоса отлично себя чувствует рядом с ним, и война никак закончиться не может. Игнорируется его роль в укреплении экономики, а военные победы стали просто случайностью. Ubisoft жертвует исторической правдоподобностью ради упрощённого повествования, удобного босса и контраста с идеализированным Периклом (который совсем не был ангелом божьим и тоже творил разные ужасные дела).
Таким образом, игра просто пересказывает стереотипы о нём, но не делает Клеона правдоподобным. Если вдумываться в то, что нам показано по сюжету, можно сильно разочароваться в повествовании. Видимо, поэтому нас принуждают выполнять бессмысленные доп. задания. Чисто по-человечески, мне Клеона даже жалко. Представьте, если бы вас осуждали сначала современники, а спустя 2500 лет потомки.
Заключение
Вселенная Assassin's Creed подарила нам множество запоминающихся персонажей, но далеко не все они получили достойное завершение историй или грамотную реализацию в рамках геймплея. Многие начали как интересные герои или злодеи, но закончили свой путь настолько неудачно, что это оставило горький привкус у фанатов, а то и просто разозлило их.
Какой-то нравоучительный вывод хотелось бы вынести. Разработчикам серии стоит помнить, что впечатление от персонажа формируется именно в последние моменты его экранного времени. И хотелось бы верить, что однажды мы получим более продуманные и удовлетворительные завершения историй. У вселенной Assasssin's Creed огромный потенциал, который Ubisoft до сих пор не может раскрыть.
Другие статьи по вселенной Assassin's Creed: