Наташа проснулась в половине седьмого утра от звонка телефона. Сквозь сон она почувствовала, как сердце забилось учащенно — звонить в такую рань могли только по очень важному делу. Или по очень плохому.
— Алло? — голос прозвучал хриплее, чем она рассчитывала.
— Наташ, ты спишь? — это была Лена, ее свидетельница. — Прости, что так рано, но я не могла дождаться. Ты видела, что Михаил написал в группе?
Наташа села на кровати. Свадебное платье висело на шкафу, белоснежное и торжественное. Через четыре часа она должна была стать женой.
— Что он написал? У меня телефон был на беззвучном.
— Наташ... — Лена замолчала. — Лучше сама посмотри. Я сейчас к тебе приеду, хорошо?
— Лен, ты меня пугаешь. Что случилось?
— Просто посмотри сообщения. Я уже в машине.
Наташа открыла мессенджер дрожащими пальцами. Последнее сообщение от Михаила пришло в три часа ночи: "Наташ, прости. Не смогу прийти сегодня. Все объясню позже."
Она перечитала несколько раз, не веря глазам. Потом открыла группу, где они обсуждали детали свадьбы с родственниками и друзьями. Там было то же самое сообщение, только чуть длиннее: "Друзья, извините, что так получилось. Свадьба отменяется. Наташа ни в чем не виновата. Всю ответственность беру на себя."
Телефон выскользнул из рук и упал на постель. Наташа смотрела на него, не понимая, что происходит. Вчера вечером Михаил провожал ее домой после репетиции в ресторане, целовал на пороге и говорил, что завтра будет самый счастливый день в их жизни.
Она набрала его номер. Сначала длинные гудки, потом автоответчик. Еще раз. То же самое.
Дверь хлопнула — это вернулись родители. Они ездили за цветами к знакомой тете на дачу.
— Наташенька, вставай, красавица! — крикнула мама из прихожей. — Сегодня твой день!
Наташа не ответила. Она все еще сидела на кровати в пижаме, уставившись в стену.
— Наташ? — мама заглянула в комнату. — Что случилось? Ты плачешь?
— Мам... — голос сорвался. — Михаил не придет. Свадьба отменяется.
Мама замерла в дверях. В руках у нее был огромный букет белых хризантем.
— Что ты говоришь? Какая отмена? Я не понимаю.
Наташа протянула ей телефон. Мама прочитала сообщения, и лицо у нее стало серым.
— Этого не может быть. Вчера же все было нормально! Он так мило говорил тост на репетиции...
— Мам, я сама ничего не понимаю.
Папа появился на пороге с охапкой георгинов.
— Что за лица такие? Где жених? Пора бы уже приехать, мы же договорились встретиться в девять.
Мама молча показала ему телефон. Папа читал долго, шевеля губами.
— Да что за чертовщина? — он швырнул цветы на комод. — Где этот... Я ему сейчас позвоню!
— Пап, он не отвечает.
— А мы к нему поедем! Что за дела такие?
— Не надо, — Наташа устало покачала головой. — Если человек не хочет жениться, принуждать бессмысленно.
Звонок в дверь. Лена влетела в квартиру красная и взволнованная.
— Наташ, я все разузнала! — она запыхалась, видимо, бежала по лестнице. — Я звонила Диме, они вчера вместе были на мальчишнике.
— И что?
— Он говорит, Михаил вел себя странно. Пил больше обычного, все время в телефон смотрел. А потом около полуночи сказал, что идет домой.
— Может, простыл? — с надеждой предположила мама. — Или разволновался? Мужчины же тоже переживают перед свадьбой.
Лена покачала головой.
— Дима сказал, он получил какое-то сообщение и сразу изменился в лице. А потом начал бормотать что-то про ошибку, про то, что не готов.
Наташа снова взяла телефон и попыталась дозвониться. Автоответчик.
— Ладно, — она встала с кровати. — Нужно всех предупредить. Гостей, ресторан, тамаду...
— Наташенька, может, подождем до обеда? — мама все еще надеялась. — Вдруг он одумается?
— Мам, если мужчина за три часа до свадьбы пишет, что не придет, он уже одумался. Только не в ту сторону.
Следующие два часа прошли в кошмарных телефонных разговорах. Наташа методично названивала всем приглашенным, объясняя, что свадьба отменяется по независящим от нее обстоятельствам. Реакции были разные — от сочувственного молчания до возмущенных восклицаний в адрес жениха.
Тетя Галя, мамина сестра, приехавшая из другого города, плакала в трубку:
— Наташенька, милая, что же это такое? Как он мог? За день до свадьбы!
— За три часа, тетя Галь. За три часа до свадьбы.
— Господи... А что теперь с платьем? С кольцами? С рестораном?
— Не знаю. Разберемся.
Сложнее всего было звонить Михаилиным родителям. Его мама Валентина Петровна сначала не поверила.
— Наташенька, ты что-то путаешь. Миша дома, спит. Правда, дверь в комнату заперта, но он же волнуется, не выспался, наверное.
— Валентина Петровна, разбудите его, пожалуйста. Пусть сам все объяснит.
Через десять минут перезвонила, голос растерянный:
— Наташ, а он... он уехал. Записку оставил, что свадьба отменяется и чтобы мы его не искали. Что за ерунда такая? Я ничего не понимаю!
— Я тоже ничего не понимаю.
К одиннадцати утра, когда они должны были уже стоять в загсе, Наташа сидела на кухне в халате и пила чай. Звонки закончились, гости предупреждены, ресторан отменен. За окном светило солнце — идеальная погода для свадьбы.
— Доченька, — мама села рядом и погладила ее по волосам. — Может, все-таки попробуем до него дойти? Поговорить нормально?
— Мам, какой смысл? Если он сбежал в последний момент, значит, не хотел жениться. А я не собираюсь принуждать.
— Но три года отношений! Он же предложение делал, кольцо покупал!
— Видимо, передумал.
Лена молча накрывала на стол. Она привезла торт, который был заказан для свадьебного стола.
— Давайте хотя бы чай попьем, — сказала она. — С тортом. Все равно уже оплачен.
Наташа посмотрела на розовый крем и марципановых лебедей.
— Знаешь, а давайте. Почему нет?
Они сидели втроем — Наташа, мама и Лена — и ели свадебный торт под мирный шум дождя, который начался после обеда. Папа ушел к соседу, сказал, что не может смотреть на эту красоту.
— Наташ, — осторожно начала Лена, — а у вас в последнее время все было нормально? Может, какие-то ссоры, недопонимания?
— Не было ничего особенного. Обычные мелочи — где жить после свадьбы, когда детей рожать. Но мы обо всем договорились.
— А он что хотел?
— Остаться в своей квартире, детей через год-два. Я согласилась, хотя мне больше нравилась моя квартира. Ну и с детьми я бы повременила еще.
Мама отложила ложку.
— Наташенька, а может, он почувствовал, что ты соглашаешься через силу?
— Да нет, мам. Мы же взрослые люди, все обсуждали спокойно.
— Обсуждали или ты просто соглашалась?
Наташа задумалась. Действительно, в последние месяцы она чаще уступала, чем настаивала на своем. Но разве не так должно быть в отношениях? Компромиссы, взаимные уступки...
Телефон пискнул. Сообщение от неизвестного номера.
"Наташа, это Дима, друг Михаила. Не знаю, стоит ли писать, но чувствую себя виноватым. Вчера на мальчишнике Мише написала какая-то девушка. Он с ней переписывался, а потом сказал, что совершает ошибку. Больше ничего не знаю, но подумал, ты должна быть в курсе."
Наташа перечитала сообщение несколько раз.
— Что там? — спросила Лена.
— Пишет Дима. Говорит, Михаилу вчера кто-то писал. Какая-то девушка.
— Ага. Другая женщина. Классика жанра.
— Не обязательно, — вступилась мама. — Может, просто подруга какие-то сомнения посеяла.
Наташа набрала номер Димы. Он ответил сразу.
— Дима, это Наташа. Ты можешь рассказать подробнее про вчерашний вечер?
— Наташ, я не знаю, стоит ли... В общем, мы сидели в баре, все было нормально. Миша немного нервничал, но это понятно. А потом ему пришло сообщение, он посмотрел и прямо побледнел.
— А что в сообщении было?
— Он не показывал. Только сказал: "Она мне пишет". А потом начал бормотать что-то про то, что не может так больше.
— Кто "она"?
— Не знаю. Он не объяснял. Выпил еще рюмку и ушел. Сказал, что должен все обдумать.
— И все?
— Ну... он еще сказал, что любит тебя, но не может быть честным. Что-то в этом роде.
Наташа поблагодарила и отключилась. Мозаика начинала складываться в картину, но картина эта ей не нравилась.
— Лен, а помнишь, в прошлом месяце Михаил ездил в командировку в Петербург?
— Ну да. На конференцию какую-то.
— А он потом как-то странно себя вел. Задумчивый был, в телефон постоянно смотрел.
— Думаешь, там кого-то встретил?
— Не знаю. Но что-то же случилось.
Мама вздохнула.
— Наташенька, а может, и к лучшему? Если у человека есть сомнения, лучше уж до свадьбы, чем после.
— Мам, легко сказать. А как теперь жить? Все планы рушатся.
— Планы — это не жизнь. Жизнь — это когда человек рядом с тобой счастлив и ты счастлива рядом с ним.
— А я была счастлива. Мне казалось.
— Казалось или была на самом деле?
Наташа задумалась. Последний год их отношений действительно был скорее спокойным, чем счастливым. Они привыкли друг к другу, строили планы, обсуждали бытовые вопросы. Но когда она в последний раз чувствовала бабочек в животе при его звонке? Когда считала минуты до встречи?
— Наверное, мы просто привыкли друг к другу. Мне казалось, это и есть взрослая любовь.
— Взрослая любовь — это когда ты готова биться за отношения даже в трудные времена, — сказала Лена. — А когда просто привыкаешь — это уже не любовь.
Телефон снова пискнул. На этот раз пришла фотография от Михаила. На ней он обнимал незнакомую девушку на фоне моря. Оба улыбались. Под фото была подпись: "Прости, Наташ. Я встретил ее в Питере и понял, что не могу жить по-другому. Не хотел причинять тебе боль, но получилось еще хуже. Ты заслуживаешь настоящей любви."
Наташа показала фото маме и Лене. Мама всплеснула руками:
— Какая наглость! Прислать такое в день свадьбы!
— Зато честно, — неожиданно сказала Наташа. — Мог бы жениться, а потом изменять годами.
— Наташ, ты что, его еще и оправдываешь?
— Не оправдываю. Просто... знаешь, смотрю на эту фотографию и понимаю — он никогда не смотрел на меня так, как смотрит на нее.
— И что теперь?
Наташа встала и подошла к окну. На улице дождь почти закончился, выглядывало солнце.
— А теперь буду жить дальше. Одна пока что. Зато честно.
— А ты не жалеешь?
— О чем? О том, что не вышла замуж за человека, который любит другую? Нет, не жалею.
Она сняла с руки помолвочное кольцо и положила на стол.
— Знаете что? Давайте допьем чай и пойдем гулять. Погода хорошая, я в платье красивом — пусть хоть кто-то его увидит.
— Наташенька, ты серьезно?
— Вполне. Три года я готовилась стать женой. Теперь буду учиться снова быть собой.
Через час они втроем шли по парку — Наташа в свадебном платье, мама с фотоаппаратом, Лена с остатками торта в коробке. Прохожие оборачивались и улыбались. Дети показывали пальцами на красивую невесту.
— Мам, сфотографируй меня вон у той скамейки. Пусть будет память.
— О чем память? О несостоявшейся свадьбе?
— О дне, когда я поняла, что лучше быть одной, чем с тем, кто не уверен в своих чувствах.
Мама щелкала фотоаппаратом, а Наташа улыбалась в объектив. Первый раз за весь день улыбалась искренне.
— А знаете что? — сказала она, поправляя фату. — Я, кажется, даже благодарна ему. За то, что не дал мне совершить ошибку.
— Какую ошибку?
— Выйти замуж за удобство, а не за любовь.
Они сидели на скамейке и доедали свадебный торт прямо из коробки пластиковыми ложками. Солнце садилось, окрашивая небо в розовые тона.
— Наташ, а что дальше? — спросила Лена.
— Не знаю. Поживу для себя немного. Съезжу куда-нибудь в отпуск. Может, займусь тем, что давно откладывала.
— Например?
— Например, выучу наконец французский. И в Париж съезжу. Одна.
Мама обняла ее за плечи.
— Правильно, доченька. Ты еще молодая, красивая. Найдешь того, кто будет любить тебя по-настоящему.
— А может, и не найду. И ничего страшного. Зато не буду больше довольствоваться полумерами.
Домой они вернулись, когда уже стемнело. Наташа аккуратно повесила свадебное платье в шкаф.
— Что с ним делать будешь? — спросила мама.
— Пока оставлю. Может, еще пригодится. Только в следующий раз надену его для человека, который точно будет ждать меня в загсе.
Перед сном Наташа написала Михаилу ответ: "Спасибо за честность. Желаю вам счастья. И спасибо за то, что помог мне понять — я тоже заслуживаю настоящей любви."
Отправив сообщение, она выключила телефон и легла спать. Завтра начинался новый день. Первый день ее новой жизни.