Телефон зазвонил так рано, что первые вибрации прозвучали мне в голову громче будильника. Я ещё была в полудрёме, но где-то внутри уже знала: ничего хорошего этот звонок не принесёт. Было в этом утре что-то липкое, тяжёлое. Неприятное предчувствие, которое я привыкла слушать без споров.
Я скинула с себя одеяло, взяла телефон со старого деревянного комода у кровати и прищурилась в тусклом рассветном свете. Экран светился именем, от которого в груди стало холодно: «Лидия Григорьевна».
Семь утра. Суббота. Моя свекровь.
– Алла, нужно поговорить. Серьёзно. Я приеду через час, – прозвучало в трубке вместо приветствия.
***
Слушайте аудиокниги неделю за 1 рубль 🎧
***
Щелчок. Тишина. Не спросила ни о здоровье, ни о самочувствии, как будто у меня, кроме обязанностей перед её сыном и ней самой, ничего в жизни не было. Она никогда не тратила слова на вежливости и уж тем более не считала нужным здороваться. Разговоры с ней всегда звучали, как приказы.
Я медленно села на кровати, держа телефон в руках, как холодный камень. Снизу тянуло прохладой от ламината, в окне разливался рассвет, и на этой серой заре я снова почувствовала себя школьницей, застигнутой на списывании, хотя мне было сорок восемь. Но перед Лидией Григорьевной я всегда оставалась «маленькой Аллочкой», которая должна слушаться и не перечить.
В зеркале напротив кровати отражалась женщина с растрёпанными рыжими волосами, которые ложились на плечи спутанными прядями. Лицо было помятое, щека в красных полосках от подушки. Я провела ладонью по коже – сухая, прохладная, натянутая, как лист бумаги. В глазах стояла мутная усталость, а во взгляде было только одно желание – чтобы этот день быстрее закончился, даже не начавшись.
Но у меня оставался час.
Я быстро пошла в ванную. Под горячей водой стояла, закрыв глаза, прислонившись лбом к кафелю. Слышала только гул падающих струй. Словно где-то далеко шёл дождь, а я была внутри, в тёплой, мокрой тишине, где не существовало ни свекрови, ни долгов, ни бесконечных маминых претензий.
Потом вытерлась, завернулась в махровый халат, из которого ещё поднимался пар. Волосы капали на плечи, вода стекала вдоль позвоночника и холодила спину. На кухне пахло ночной пылью и тишиной, пока я не включила кофемашину. Она зажужжала, запах чёрного кофе сразу же наполнил пространство, прогнал из головы остатки сна. Горький, обжигающий, почти спасительный.
Я подошла к окну и посмотрела на улицу. Серое небо без намёка на солнце. Тишина. В доме тоже всё спало. Виталий не просыпался. Он всегда ложился поздно, мог сидеть в гараже до трёх ночи, возясь с моторами, гайками, масляными фильтрами. Говорил, что ремонтирует машину, но я знала: он просто прятался там от всего мира.
А утром его ничем не вытащишь из кровати.
Я заглянула в спальню. Он спал на боку, поджав руку под щёку. Лицо было спокойное, как у человека, который знает: пока он спит, мир кто-то держит за него. Пусть отдыхает. Со своей матерью я разберусь без него.
Через сорок пять минут дом был в идеальном порядке. Я не терпела хаоса, особенно когда ожидала визит Лидии Григорьевны. Протёрла пыль с полок, поправила шторы, переставила вазу с сухоцветами ближе к свету, выровняла подушки на диване, чтобы углы смотрели точно вперёд. Проверила зеркала, собрала детские игрушки в коробку, хотя детей в доме не было уже много лет. Просто привыкла убирать всё до последней мелочи.
Потому что свекровь видела каждую пылинку. Её взгляд резал, как бритва. То шторы, по её мнению, были развешаны неровно, то обувь у входа стояла неправильно, то чашки в кухонном шкафу были повернуты ручками в разные стороны. Она вечно искала, где я «недорабатываю».
Звонок в дверь прозвучал ровно в восемь. Минуту в минуту. Пунктуальность – единственное её качество, которое вызывало у меня уважение. Я глубоко вдохнула, поправила волосы, стянула их в низкий хвост и открыла.
На пороге стояла она. Холодная, высокая, собранная в тугую линию строгого серого костюма. Волосы убраны в идеальный пучок, лицо – безупречное, словно вырезанное из камня. Глаза быстро пробежались по мне с ног до головы, останавливаясь на каждой мелочи, оценивая, запоминая.
– Здравствуйте, Лидия Григорьевна, проходите, – сказала я ровным голосом, хотя внутри всё сжалось в ледяной узел.
Она вошла в дом так, будто переступила порог собственной квартиры. Не говоря «привет», не задавая вопросов, прошла в гостиную, оставляя за собой запах дорогих острых духов с металлической ноткой. Остановилась, медленно оглядела комнату. Её лицо оставалось неподвижным, но я знала: в голове она уже выстраивает список замечаний.
– Чаю? – спросила я, ставя кружку обратно на поднос.
Она отмахнулась, как от назойливой мухи.
– Не до чая. Садись. Разговор серьёзный.
Я опустилась в кресло напротив, положила руки на подлокотники, чтобы не было видно, как дрожат пальцы.
И тогда, глядя в её колючие, бледные глаза, я впервые за много лет подумала, что, возможно, этот день действительно будет хуже всех предыдущих...
Продолжение следует...
Все части:
Часть 2 - продолжение
***
Книга на вечер от меня:
"Завтра будет вчера", Ульяна Соболева ❤️
Однотомник, роковая любовь и безумная страсть.